Алексей Степанов – Сердце дезертира (страница 19)
— Всё, идём! — Ждать было нечего. — Идём через поле, не рассыпаться! Поворот только по моей команде! И старайтесь на всякий случай поменьше задевать эту картошку…
Норис только покачала головой. Рябой понял, что ей идея идти через поле не нравится. Но она пошла первой.
«Значит, ставки её игры выше женского здоровья, — рассудил он. — Радиация. Сам знаю, что радиация, но она же тут везде, чуть больше, чуть меньше, какая разница? А Норис думает иначе, но идёт. В целом это, наверное, хреново. Что за цель у девки? Не перестреляет ли она их, если я уйду?… А, чёрт с ними! Не унывай, жандарм!»
Он постарался сосредоточиться мыслями на Флер — настолько, конечно, насколько может себе это позволить сталкер в Зоне. С другой стороны, им пока ничто не угрожало, кроме кровососа-подранка. Опасная тварь, но тоже жить хочет — может, ещё и побоится на большую группу нападать. А другим мутантам тут делать нечего, никакой кормежки. Увязая в жирной, будто недавно перекопанной и политой земле, Рябой то и дело поглядывал на первый ориентир.
Когда-то давно, ещё до появления Рябого в Зоне, Периметр проходил где-то здесь. Солдат частью привезли на вертолётах, а частью просто десантировали на парашютах, так спешили. Это произошло сразу после второй Чернобыльской Катастрофы, когда появились мутанты и случились первые Выбросы. Высокому начальству и в Киеве, и в Минске, и в Москве казалось, что проблему можно быстро решить, если загнать сюда кучу служивых с автоматами. Большая часть тех стриженых ребят тут и осталась. А Периметр они построить всё равно не успели — случился очередной Выброс, Зона расширилась, и все, кто уцелел, бежали. От первой попытки обуздать Зону осталась теперь лишь одна «прожекторная вышка», как её прозвали. Наверное, там должны были располагаться и пулемёты, но сталкеры знали лишь о прожекторе, по той простой причине, что он всегда горел.
— Я никогда его не видела, — в такт мыслям Рябого сказала Норис. — В смысле, света. Его вообще видно с поля?
— Ага, — кивнул сталкер. — И с поля, и с той стороны. Вот как по глазам нам ударит с той раскоряки — значит вышли на линию. Метра два-три луч, а в стороне ничего не заметишь. Вон там примерно стоит эта раскоряка. Говорят, и мёртвые солдаты ещё там, наверху. Обглоданные, в шинелях… Не унывай, жандарм, мимо не пройдём!
— А этот свет… — Норис немного смутилась. — Кто-то мне говорил, что можно ослепнуть.
— Ерунда! — убежденно сказал Рябой. — Надо просто потом глаза промыть… Ну, ты знаешь.
— Нет, не знаю! Как — промыть?
— Ну… Вот тоже, столько ходишь, а не знаешь! — Рябому стало просто неудобно. — Мочой надо промыть. А что такого? Старый способ. Бабушка моя промывала, моей, когда я маленький был. Ничего особенного.
Норис ничего не сказала, но губы её сложились будто бы для звука «фу!». Пожав плечами, сталкер продолжил чавкать берцами по полю. Сил и времени на нежных девушек у него уже не осталось — и так весь день без жратвы.
— Плоть! — крикнул Шейх, идущий чуть позади. — Много плоть!
Рябой обернулся с улыбкой — ну что здесь делать потомкам чернобыльских свиней, уродливым, злобным, но прожорливым тварям? Не картошку же жевать, от которой и бюрер сдохнет? Обернулся и онемел. По полю будто шла волна, сминающая кусты на своём пути. Прыгая на толстых, покрытых наростами конечностях, несколько десятков, а то и за сотню плотей шли в атаку, и не как-нибудь, а «свиньей», будто тевтонские рыцари на Александра Невского.
— Ко мне! — заревел он, сам кидаясь навстречу группе. — Блин, сомнут же нас!
Он добавил ещё много слов, которые не поняли бы не только Фарид, но даже и видавшая виды Норис. Положение и правда сложилось аховое. Плоти, без сомнения, были те самые, вчерашние. Откуда ещё взяться такому стаду? Теперь они неслись на людей, потеряв прежнюю миролюбивость, а спрятаться на картофельном поле просто негде. Не порвут, так затопчут. Огнём их, разогнавшихся, не отогнать.
Слева раздались два хлопка — «мистеры» выпустили по гранате из подствольников. Дельно, но мало. И даже если бы все так поступили, было бы мало. Гранаты взорвались перед бегущим стадом, но плоти и не подумали свернуть или остановиться.
— До леса далеко! — Норис неожиданно подпрыгнула, словно от нетерпения. — И что делать? Что делать, Рябой?!
— В кучу! — Он будто услышал свой голос со стороны. — Первый ряд на колено! Бьём только в центр!
Ему подчинились все, мгновенно и беспрекословно. Даже трясущийся Фарид тяжело опустился в грязь и поднял ствол.
— Пусть уж ближе подойдут, — решился Рябой. — Чтобы ни пули мимо! Если пробьём дыру, наше счастье!
Плоти шли прямо на них — колышущаяся от прыжков, грязно-розово-красная масса. Гул нарастал, слышалось грозное похрюкивание. Шейх оглянулся на Рябого, и сталкер на мгновение оторопел: он улыбался!
«Точно наркоман! А ещё извращенец и просто придурок!»
— Огонь! — заорал Рябой, когда, казалось, уже и запах плотей они могли почувствовать. — Очередями, стволы держать ровно!
«Хопфул» имеет тенденцию задирать ствол после выстрела. Но стрелки это знали, и пули добросовестно находили цели. Не так просто свалить в лоб бегущую на тебя тварь, покрытую жесткой «кольчугой» из окостеневшей щетины. Но шесть стволов в умелых руках справлялись с задачей: передние плоти начали спотыкаться, падать, образовался завал.
«Почему они так лезут, почему?! — думал Рябой, глядя, как плоти скачут по трупам сородичей, сбивают друг друга, ползут, но неотвратимо надвигаются на людей. — Ведь не Выброс же?! Если Зона сейчас проснулась — хана нам!»
Шейх визжал, ему вторила баском «госпожа Кайл». Краем глаза сталкер заметил, что плоти, бежавшие на флангах, уже почти поравнялись с обороняющимися, но и не подумали остановиться. Это, с одной стороны, давало шанс — в окружении они бы точно не отбились от такого количества. Но в таком случае плоти бегут к Периметру, как всегда во время Выброса. Рябой предпочёл не думать об этом, сосредоточившись на целях, до которых оставалось уже меньше двух десятков метров.
— Ч-чёрт! — Норис защёлкала затвором, пытаясь выкинуть заклинивший патрон, бросила винтовку и выхватила «зигзауер». — Я отстрелялась!
Да, пистолет в такой ситуации плохой помощник. Но «хопфулы» с четырьмя магазинами каждый сделали своё дело — напор плотей ослабел, строй стал дырявым. И всё же патроны кончались, а на перезарядку времени не было. Рябой, услышав щелчок затвора своей винтовки, вырвал оружие у Фарида и пихнул ему своё.
— Заряди!
Всё равно он был худшим стрелком. Шейх что-то крикнул и начал пятиться, перейдя на короткие очереди. Два «мистера», стараясь не перекрывать ему линию огня, тоже пошли за ним. В спину «госпожи Кайл» Рябой исхитрился упереться локтем, а коленом прижал Фарида — на ругань не было времени. Ещё одно долгое мгновение, и передние плоти добрались до людей.
«Госпожа Кайл» высадила последние пули, уже упёршись стволом в брюхо насевшей на неё плоти. Монстр ещё раз взревел, рыгнул и тяжело повалился, подминая под себя блондинку неопределённого рода. Ещё одна тварь, с до боли знакомым рваным ухом, оказалась перед Рябым в тот самый момент, когда у него снова кончились патроны. Быть бы ему порванным той самой плотью, что вышла вчера на него из кустов с задумчивым взглядом, если бы Норис не добила её уже многократно раненную, из пистолета. Фарид как раз вовремя протянул снизу заряженный «хопфул», и Рябой достаточно спокойно расстрелял ещё трёх, последних перед ними.
Обернувшись на отступившего Шейха, сталкер увидел, что тому приходится худо — разорвав строй, он тем самым снизил плотность огня. Пять или шесть плотей, серьёзно раненных, но всё ещё живых, прыгали и ползли к Шейху. Один «мистер» уже ворочался, хрипя, среди собственных кишок. Второй, бросив бесполезную винтовку, кинулся с ножом на того мутанта, что сбоку подбегал к хозяину.
Эту тварь Рябой и прикончил первой, чтобы потом, уже короткими очередями, расправиться с остальными. Спасённый телохранитель, серый от дыхания смерти и грязи, без сил опустился на колени в жирную землю поля. Усмехнувшись про себя, сталкер перестал обращать на парня внимание. И лишь когда Норис закричала, снова повернул голову.
Появившийся из ниоткуда кровосос прокусил «мистеру» затылок и пил спинной мозг. Мгновенно забыв о Шейхе, Рябой высадил в грозного мутанта целый магазин, пока не понял, что дёргается монстр уже только от выстрелов.
И наступила пугающая, страшная тишина. Рябой огляделся. Шейх и Фарид, наверное, пришедший на помощь хозяину в конце боя, помогали выбраться из-под трупа плоти «госпоже Кайл». Кровососа они, судя по всему, просто не заметили. Норис трясущимися руками снова стучала затвором своей винтовки. Он подошёл, забрал у неё оружие и с первого раза выщелкнул застрявший патрон.
— Возьми «хопфул», — посоветовал он. — В рюкзаках должны ещё быть патроны. Однако Шейх уже всех своих «подготовленных» ребят положил, а мы ещё не дошли никуда…
— Я положила, — вдруг всхлипнула Норис. — Кровосос на меня шёл. Я видела отпечатки на земле, но не успела выстрелить. Да и из чего стрелять?… А этот парень вдруг встал и пошёл к своему другу. — Сталкерша кивнула на затихшего наконец «мистера» с разорванным плотью животом. — И прямо наткнулся на кровососа. Он его не видел!