Алексей Слаповский – Успеть. Поэма о живых душах (страница 9)

— Актерствовать, что ли? — спросила бледная девушка.

— Ни в коем случае! Управлять голосом! Владеть им! Это как с телом. Мало кто без подготовки сразу хорошо танцует. Но вот один урок, второй, третий, и человек начинает получать удовольствие от танца, от своих движений. И те, кто смотрит, тоже получают удовольствие. То же касается гимнастов, бегунов, вообще спортсменов. Наслаждение своим телом! Но голос у нас у всех — в полном забросе. Мы принимаем его как абсолютную и неизменяемую реальность, не пытаемся ничего с ним сделать, даже когда он нам не нравится. Вот вы, Петя, — обратился он к круглоголовому, — любите свой голос? Только честно?

— Не очень.

— И что делаете для того, чтобы он понравился? Ничего! А ведь это легко исправляется, так легко, что вы сами поразитесь! Если не трудно, встаньте и подойдите. Подойдите к Стелле.

Круглоголовый встал и вдоль стены, боком, по шажку приблизился к напарнице Геры, которая смотрела приветливо и ободряюще.

— Осанку держите, осанку! — напомнил Гера. — Мы с вами три занятия на это ухлопали!

Круглоголовый выпятил живот и откинулся назад дугообразной сколиозной спиной.

— Ну, хотя бы так, — согласился Гера. — Теперь вот вам ситуация. Перед вами девушка, с которой вы хотите познакомиться. Эпидемия вручила вам бонус — полуанонимность за счет маски. Даже самый застенчивый человек становится вдвое менее застенчивым. Прикрытый рот раскрепощает. Уверен, что ученые психологи уже пишут об этом диссертации. Что видит девушка? Глаза. Глаза ей нравятся. Нужно добавить голос. Тут важно единство формы и содержания. Девушки любят оригинальность. Вы обычно что говорите, когда хотите познакомиться?

Круглоголовый Петя замялся. Все понимали, что он никогда не знакомился с девушками на улице или в общественных местах, и ждали, что он придумает.

И Петя придумал.

— Телефон спрашиваю, — сказал он.

— Тускло, плоско, не оригинально, — отверг Гера. — Предлагаю вариант: «Девушка, пандемия напомнила, что жизнь коротка, раньше я бы не решился с вами заговорить, а теперь вдруг я завтра умру, и вы не успеете узнать, какой я хороший. Не верьте на слово, дайте телефон, созвонимся, и вы поймете, что я вам нужен!»

— Длинно очень, — пробурчал Петя.

— Скажите короче.

— Попробую.

Петя тяжко вздохнул и выдавил:

— Девушка, вдруг мы завтра умрем, дайте телефон!

Стелла удивленно округлила глаза и осмотрела окружающих, спрашивая их взглядом: это что за нелепое чудо тут нарисовались?

— По смыслу сойдет, — сказал Гера. — В вашей формулировке — простодушие, наивность, не так уж плохо. Но почему так мрачно, Петр? Веселее, легче, бодрее, чтобы не напугать! Девушки любят веселых и бодрых!

Бред какой-то, подумал Галатин. Неужели эти бедолаги воспринимают всерьез эту чепуху? Да еще, наверно, и деньги платят — иначе с чего купил бы Гера такую замечательную квартиру?

Меж тем Петя выставил ногу вперед, поднял руку, покрутил зачем-то в воздухе пальцем и крикнул, будто через улицу:

— Девушка, дайте телефончик, а то умру от ковида и не успею позвонить, а вы мне нравитесь!

Стелла засмеялась, засмеялись и другие, кроме девушки с жиденькими волосиками.

— Отлично! — ободрил юношу Гера. — По словам совсем хорошо, нелепо и симпатично, но голос очень уж клоунский. Интонация-то у вас веселая, но намерения-то серьезные, Петр! Еще раз!

Петя скрестил руки на груди и произнес со странно высокомерными нотками, будто одолжение делал:

— Девушка, такое дело, все могут умереть, а вы мне нравитесь. Дайте телефон, и я вам тоже понравлюсь.

— Уже лучше! — воскликнул Гера. — Но гонора поменьше, Петя, поменьше гонора! Откуда он у вас? Будьте самим собой! Хорошо, мы еще с вами позанимаемся, а пока сделаем так: разобьемся на пары и будем тренироваться. Тема: познакомиться, попросить телефон.

— У нас состав не парный, — заметил мужчина в свитере-кольчуге. — Женщин больше.

— Ничего страшного, они потренируются друг на друге. Важно освоить интонацию, найти голос, объекты в жизни все равно будут другие. Отстраняемся от конкретики, представляем, что никого вокруг нет, вы это уже прекрасно умеете!

Все, повернувшись друг к другу, начали тихо совещаться, готовясь к выполнению упражнения. Тут зазвонил телефон Галатина.

Только сейчас Гера заметил его.

— Василий Русланович?

И посмотрел на Стеллу.

Галатин достал из кармана телефон, успокаивающе помахал Гере рукой и пошел в кухню-холл, которая была не меньше гостиной.

— Ты где? — спросила Нина.

— Уже здесь.

— Где?

— В квартире.

— Я просила подождать!

— Ничего страшного. У вас же не секта, — пошутил Галатин.

— Не секта, но работа! Ладно, жди, сейчас буду!

В это время вошли Гера и Стелла.

— Здравствуйте, — сказал Гера, не снимая маски. — Нина мне не сказала, что вы придете.

— Хотел у подъезда подождать, а девушка вот ошиблась, позвала. Она не виновата.

— Я понял. Надеюсь, вам понравились наши игры?

— Даже не знаю, что сказать…

— Тут все просто, Василий Русланович. Вы, наверно, подумали, что мы флирт-коучингом занимаемся…

— Флирт-коучинг — это… — подхватила было Стелла, намереваясь объяснить, но Гера ей не позволил:

— Стеллочка, Василий Русланович — продвинутый человек, он все знает. Так вот, у нас не флирт-коучинг, не обучение тому, как знакомиться и общаться. Нет, и это тоже, но это обертка, фантик. Конфетка в том, что они думают, будто репетируют, а сами уже и знакомятся, и общаются.

— Уже пары наметились, — похвастала Стелла.

— Да! И потом, — Гера понизил голос и оглянулся, — разве в реальной жизни несчастный Петя осмелится попросить у такой девушки, как Стелла, телефон? И вообще заговорить с ней? А тут — пробует! Они ведь до пандемии все сидели по домам, общались и знакомились через сеть, а тут поняли, что могут сдохнуть в одиночестве, потянуло на волю!

— Вам на счастье? — с улыбкой спросил Галатин.

— И нам, и себе!

В это время в квартиру вошла Нина, быстро разделась и проследовала в кухню.

— Все нормально, — упредил ее Гера, видя, что она собирается сказать отцу что-то укоризненное. — Беседуем, понимаем друг друга. Я объяснил Василию Руслановичу, в чем гуманистическая суть нашей деятельности.

— Это не совсем официально у нас, — сказала Нина отцу. — Рассказывать не обязательно.

— Официально, — поправил Гера, — но вы же знаете, сейчас все клубы запрещены, все массовые мероприятия[2]. Поэтому да, почти подпольно получается. Ну что ж, пообщайтесь тут, а мы еще немного поработаем.

Они со Стеллой ушли, и Галатин изложил дочери свою просьбу — пожить у отца несколько дней. Удобней было бы взять его к себе, но он ни за что не согласится оторваться от родного угла.

— А я хочу к Антону съездить, посмотреть, как там и что. Ты знаешь, что происходит?

— Знаю. Ничего особенного. Давно ему пора с этой креветкой разойтись.

— Почему креветка?

— Скрюченная она какая-то. По натуре. Скрючится, и не поймешь, что думает, как к тебе относится. Хитрая.

— Он ее любит.

— Не повезло. Ничего, молодой еще, найдет кого-нибудь. А ты ничем не поможешь. Поэтому, пап, нет. С дедом сидеть не буду, и тебе ехать никуда не надо. Ты как собирался, поездом, самолетом?

— Придумаю. На поезде проблема — из-за температуры могут не пустить. На самолете, наверно, еще строже. Да и дорого.