Алексей Сказ – Я Зомби Навечно? Мда… "Повезло"! Финал (страница 41)

Из синего портала полезли механические дроиды. Те самые Паровые Стражи, о которых говорила Лера.

Из зелёного — твари, которых я видел в Некрополе. Костяные гончие, призрачные воины, какие-то летающие черепа с горящими глазницами.

Из золотого — существа, которых я не узнавал. Какие-то искажённые гравитацией твари, чьи тела постоянно меняли форму.

— КА-КА-КА! ПРИЯТНОГО АППЕТИТА! — завопила Справка и исчезла в яркой вспышке, оставив за собой только эхо садистского смеха.

Хаос начался мгновенно.

Команда эльфов — та, что потеряла троих — оказалась ближе всего к багровому порталу. Лавовый голем резко ринулся на них обрушил кулак. Я увидел, как двое выживших разлетелись в разные стороны, один ударился о стену и больше не поднялся.

Киборги открыли огонь по механическим дроидам. Залп плазмы, взрывы, искры — но дроидов было слишком много. Их танк без руки попытался выстроить защитный периметр, но так просто сомнут численным превосходством.

Зверолюды — те, что сидели в ступоре — даже не успели среагировать. Костяные гончие набросились на них стаей.

— Макс! — голос Леры прорезал какофонию боя. — Приказы?

Я быстро оценил ситуацию.

Монстры валили из всех порталов — это был уже не жалкий поток, а настоящее цунами. Десятки, сотни тварей всех видов и размеров. Другие команды либо паниковали, либо пытались занять оборону на месте.

Но это была ошибка.

— К центру! — я указал на платформу. — К лифту! Это единственный путь!

Митяй оскалился.

— Наконец-то нормальный рейд!

Мы двинулись как единый организм.

Я шёл первым, активировав «Костяное Формирование». Из-под павших тел монстров вырвались костяные шипы, пронзая ближайших гончих. Их тела рассыпались, но я уже использовал останки как строительный материал, создавая защитный коридор из костей.

Ника шла справа от меня. Её «Аура Панического Страха» работала на полную — твари, попадавшие в радиус действия, замирали на долю секунды. Этого хватало, чтобы Лилит накладывала на них «Очарование», и обезумевшие монстры начинали грызть друг друга.

Митяй… ну, Митяй был Митяем. Он вытащил карту из «Шулерской Колоды», и над его головой материализовался огненный вихрь, который прошёлся по группе дроидов, оставляя за собой оплавленный металл. Потом он активировал «Доспех Духа», сформировав энергетические когти, и врубился в самую гущу, орудуя копьём как безумный дирижёр оркестра смерти.

Каната и Бастиан работали в связке, которую я раньше не видел. Бастиан не просто её защищал — он буквально нёс её на щите, перемещаясь по полю боя как живой танк. А Каната из «Позиции Архимага» обрушивала на врагов «Ледяные Кометы», используя урок от Титана: её лёд не просто замораживал лавовых големов — он вызывал термический шок, разрывая их изнутри.

Инвок и Зеленюк прикрывали фланги. Зеленюк работал как таран — его «Пояс Кровавой Жатвы» конвертировал получаемый урон в исцеление, позволяя ему буквально купаться в ударах врагов. А Инвок… Инвок был светом во тьме. Его «Щит Праведности» отбрасывал нежить, «Взрыв Праведности» выжигал целые группы призраков.

Лера и Рачок действовали где-то на периферии моего восприятия — я не видел их, но чувствовал результаты. Монстры падали с перерезанными сухожилиями, их атаки срывались в последний момент. Если Рачок координировал атаки через дроны, находя уязвимые точки, а Лера… Лера была везде и нигде одновременно.

Мы продвигались к центру зала как ледокол через замёрзшее море.

Другие команды заметили нашу тактику. Элдрик первым понял, что к чему — он повёл своих людей в наш кильватер, используя созданный нами коридор. Драскор врубился в толпу монстров рядом с Митяем, и на секунду я увидел, как два берсерка обменялись одобрительными кивками.

Кто-то ещё попытался присоединиться. Остатки каких-то команд, одиночки, потерявшие товарищей. Они бежали, прячась за нашими спинами.

И Сирилл. Конечно же, Сирилл.

Я заметил, как он пробирается сквозь хаос, используя других как живые щиты — в его стиле. Но убивать его сейчас было бы расточительством — каждый удар, потраченный не на монстров, замедлял нас.

Мы наконец достигли платформы.

Древние руны вспыхнули багровым светом, когда первые тела монстров упали на её поверхность. Я почувствовал, как платформа… завибрировала? Нет, не то слово. Она стала буквально пить и насыщаться — жадно впитывая кровь и эссенцию, как губка впитывает воду.

— Все на платформу! — я отдал приказ. — Продолжаем убивать!

Команда заняла позиции. Монстры напирали со всех сторон, но теперь у нас было преимущество — мы защищали ограниченный периметр.

Руны на платформе разгорались всё ярче. С каждым убитым врагом, с каждой каплей крови, пролитой на её поверхность.

И когда свечение достигло критической точки…

Платформа дрогнула и начала подниматься.

Платформа двигалась рывками.

Каждый раз, когда мы убивали достаточно тварей, руны вспыхивали ярче, и платформа дёргалась вверх на несколько метров. Потом вдруг замирала, жадно ожидая новой порции крови.

— Это самый больной лифт, в котором я когда-либо ездил! — проорал Митяй, насаживая на копьё очередного механического дроида. — Даже по сравнению с лифтом торгового центра во время зомби-апокалипсиса!

Монстры не прекращали атаковать. Они сыпались на платформу сверху — буквально падали из разломов, которые открывались прямо в воздухе над нами. Летающие твари пикировали из темноты шахты. Какие-то гравитационные аномалии выплёвывали искажённых существ прямо в центр нашего построения.

Но мы держались.

Более того — вполне успешно.

Я поднял руки, и из тел павших врагов вырвались десятки костяных конструктов. Не просто шипы или барьеры, а полноценные големы, каждый размером с человека. «Костяное Формирование» работало на полную мощность, превращая поле боя в мою личную фабрику смерти.

— Макс, слева! — голос Рачка раздался рядом.

Я повернулся. Из очередного разлома вывалилась стая летающих черепов — знакомых из Некрополя. Штук двадцать, не меньше.

— Ника!

Она уже была там. Её «Аура Панического Страха» накрыла стаю, и черепа на мгновение замерил. Секунду спустя последовал взрыв инфернального пламени и они моментально сгорели.

— Красиво, — одобрил я.

— Стараюсь, — Ника улыбнулась, и в её улыбке было что-то хищное. Демоническое. — Хочу произвести впечатление.

С другого края платформы раздался грохот. Бастиан принял на щит удар лавового голема, но не сдвинулся ни на сантиметр. Его «Поле Бастиона» вспыхнуло золотым, поглощая энергию удара.

— Госпожа! — рявкнул он.

Каната уже была в «Позиции Архимага». Её глаза светились холодным синим светом, волосы развевались от магической энергии.

— Термический шок, — произнесла она почти ласково. — Спасибо за урок, Горн.

«Ледяная Комета» врезалась в голема. Но не в его броню, а в трещину, которую Бастиан создал своим молотом долей секунды раньше. Лёд встретился с магмой, и…

Голем взорвался изнутри. Раскалённые куски разлетелись во все стороны, но Бастиан уже накрыл Канату щитом.

— Следующий! — потребовала она.

Я заметил, как другие выжившие смотрят на нас. Элдрик и Драскор сражались рядом — паладин методично рубил дроидов своим святым мечом, берсерк крушил всё, до чего мог дотянуться. Но даже они время от времени бросали взгляды в нашу сторону.

— Твои люди стали монстрами, — Элдрик оказался рядом со мной, отбивая атаку костяной гончей. — В хорошем смысле.

— Мы просто учимся.

— Учитесь? — он хмыкнул, обезглавливая очередного врага. — Слышал, вы прошли красные порталы, причем все. И вернулись сильнее.

— Титаны нас кое-чему научили.

Элдрик замер на мгновение.

— Титаны… — он покачал головой. — Я до сих пор не понимаю, почему их здесь нет. Они должны были пройти раньше всех.

Я не ответил. Потому что сам не понимал.

— ВНИМАНИЕ! — голос Рачка снова прорезал шум боя. — Большая волна сверху! Секунд через десять!

Я поднял голову. Высоко над нами, в темноте шахты, открывался гигантский разлом. Не один из тех маленьких порталов, что выплёвывали по несколько тварей — настоящий разрыв в пространстве, из которого уже лилось что-то… большое.

— Все ко мне! — я активировал «Ауру Несокрушимости» — один из последних навыков. — Митяй, карты!