Алексей Шумилов – Окончание кровавой весны 91-го (страница 36)

— Первый подъезд, второй этаж, восьмая квартира, — покорно ответил дед.

— Я знаю, где, покажу, — торопливо сообщил участковый.

— Бегом, мать вашу, — прорычал начальник УГРО, отпуская Петровича.

Климович, несколько милиционеров и участковый метнулись через дорогу, заставляя машины притормаживать. Пархомов в сопровождении оперов побежал за ними. Четверо оставшихся оперативников, повели понурого алкоголика и гопников за угол, во дворы к гаражам, где стояли машины.

Восьмая квартира встретила милиционеров открытой дверью. Внутри никого не было. Только занавески колыхались от ветра, ворвавшегося в открытую форточку, и возле початой бутылки водки, медленно тлела в пепельнице, выпуская в воздух хлопья сизого дыма, недокуренная сигарета.

Глава 18

Новенький, сияющий белоснежным лаком, «кадиллак Девилль» и синий джип «додж» заехали на одну из небольших улочек жилой застройки. За ними следовала милицейская «шестерка», мигающая проблесковым маячком. Вся процессия притормозила и остановилась на парковочной площадке возле небольшого двухэтажного здания. Над входом висела большая, заботливо выписанная красками, вывеска — «Телекомпания Колизей».

Чуть в углу, на стоянке, скромно пристроились черная «волга» Лесина, бежевая «восьмерка» второго секретаря райкома ВЛКСМ и милицейский «УАЗ».

Дверцы иномарок распахнулись, выпуская приехавших. Из «каддилака» выбрались пассажиры: трое ухоженных серьезных джентльменов в легких темных плащах и молоденькая девушка в голубой куртке. «Додж» покинуло трое молодых людей. Двое держали камеры, третий на ходу, передвинул висевший на плече ремень сумки, одним быстрым движением расстегнул молнию и вытянул из бокового отделения, блокнот, ручку и маленький диктофон.

Из машин, припарковавшихся в углу, вылезли Лесин и главный комсомолец города — Валентин Соколовский. Чиновники направились к приехавшим.

Горовой, выскочивший встречать гостей, остановился у входа. Вышедший следом, Романов тоже притормозил, стал рядом. Журналист глянул на чиновников, затем на начальника, криво усмехнулся. Судя по промелькнувшему на лице Горового недовольству, желания общаться с партийными функционерами, он не испытывал.

Трое заграничных джентльменов остановились, и с невозмутимыми лицами ждали приближения чиновников. Рядом замерли журналисты с нацеленными камерами.

Первой заговорила девушка в голубой куртке:

— Здравствуйте, меня зовут Людмила Привалова. Я переводчица, прикомандирована к нашим американским друзьям, на время поездки в Пореченск. Представьтесь, пожалуйста.

— Добрый вечер, уважаемые американские гости, — вежливо поздоровался первый секретарь. — Меня зовут Владимир Петрович Лесин, я первый секретарь райкома КПСС. По-вашему — мэр.Рядом со мною, Валентин Соколовский, руководитель нашей молодежной организации — комсомола.

Мила бойко защебетала на английском, переводя слова Лесина.

— Bernard Aslin, senator, — коротко представился полный представительный джентльмен.

— I am John McNamara, — сухо кивнул высокий рыжий мужик. Выглядел Мак-Намара колоритно. Огненные вихры с посеребренными нитями седины на висках, контрастировали со снежно-белой кожей, усыпанной гроздьями потускневших веснушек. Прямоугольное надменное лицо с выдвинутой вперед мощной челюстью и волевым подбородком, невольно притягивало взгляды окружающих, подчеркивая надменность и силу характера шотландца.

— I am in business, — после секундной паузы добавил он.

— Меня зовут Шон Райан, — по-русски, с еле слышным акцентом, представился третий. — Второй секретарь посольства. Сопровождаю сенатора Аслина и мистера Мак-Намару.

Аслин и Мак-Намара растянули губы в искусственных улыбках. Но гостей выдали глаза: Бернард смотрел равнодушно, как на насекомое под ногами, Джон — холодно и чуть насторожено.

Шон указал на троицу вышедшую из «доджа»:

— Это корреспонденты Чед Лэйси из «Уолл Стрит Джорнэл», Тэд Баркли из «Нью-Йорк Таймс» и Барри Скот — сотрудник «СиЭнЭн». Мы планируем взять интервью у мистера Горового и снять небольшой фильм о развитии средств массовой информации и в частности кабельного телевидения в СССР. Мистер Мак-Намара, известный в Великобритании и США, уважаемый бизнесмен, партнер Руперта Мэрдока. Его основной бизнес — медиасети, кабельное телевидение и пресса. Мистер Аслин входит в комитет Сената по торговле, науке и транспорту, осуществляет надзор над Федеральной комиссией связи, регулирующей телевещание. Они приехали пообщаться с владельцем «Колизея» мистером Сергеем Горовым.

В глазах Лесина мелькнула секундная растерянность, сразу сменившаяся ещё более широкой и радушной улыбкой:

— Мне позвонили из Москвы, предупредили, что приедут важные люди — американские дипломаты, бизнесмены и журналисты. Попросили достойно встретить, обеспечить культурный досуг и познакомить вас с городом, — сообщил первый секретарь. — Когда вы закончите свои дела, мы готовы организовать экскурсию по Пореченску, а вечером приглашаем вас в ресторан «Царица Тамара», отведать экзотические кавказские блюда. Потом, если высокие гости изъявят желание, посетим наш замечательный санаторий «Зеленый бор». Там прекрасный бассейн, бильярдная, сауна и всё необходимое для отдыха.

Девушка перевела.

Трое в плащах переглянулись. Полный седой джентльмен с породистым лицом разразился ответной речью.

Когда он замолчал, Мак-Намара добавил несколько коротких фраз.

— Господа Эслин и Мак-Намара говорят, город им уже обещал показать, мистер Горовой, — сообщила девушка в голубой куртке. — Они будут заняты до вечера. К сожалению, время у них ограничено, нужно возвращаться в Москву, поэтому в санаторий не поедут. Но поужинать в ресторане согласны, мистер Мак-Намара не против попробовать кавказскую кухню.

— Отлично, — кивнул первый секретарь, стараясь не выдать своего разочарования. — Когда наши гости освободятся, пусть Горовой позвонит секретарю, я буду на рабочем месте.

Американцы выслушали переводчицу, Мак-Намара величественно кивнул:

— Окей.

— Обязательно, позвонит, — вежливо ответил дипломат. — Я напомню мистеру Горовому, что вы просили связаться с секретарем, когда мы освободимся.

— Буду ждать звонка, — кивнул Лесин.

Гости, поняв, что разговор закончен, развернулись и двинулись навстречу, к спустившимся со ступенек Горовому и Романову. Репортеры продолжали снимать встречу и здание, водя в стороны объективами камер.

Как на стоянке перед зданием телекомпании оказался пацан лет двенадцати в легкой шерстяной шапочке, первый секретарь и главный комсомолец города, не заметили. Мальчишка неожиданно вынырнул из соседнего дома, неторопливо приблизился, пока чиновники разговаривали с американскими гостями. На него никто не обратил внимания, идёт ребенок по своим делам, что здесь такого?

Когда американцы двинулись навстречу Горовому, пацан неожиданно оказался совсем рядом с Владимиром Петровичем. Будто случайно, наступил на начищенный туфель первого секретаря ботинком и сильно вдавил каблук прямо в лакированную поверхность носка кожаного «Саламандер».

— Ах, ты сученыш, — вскрикнул Лесин и прихватил пацана за плечо. — Ты, что творишь, обормот⁈

Американцы услышали крик, развернулись. Объективы камер хищно нацелились на первого секретаря, продолжая фиксировать всё происходящее на пленку. Сенатор, бизнесмен и дипломат с любопытством рассматривали искаженное злостью и болью лицо Лесина, задергавшегося в его руках подростка.

— Дяденька, пожалуйста, не заставляйте меня делать это, — лицо пацана страдальчески скривилось.

— Я ещё маленький, мне недавно двенадцать исполнилось. Не надо, пожалуйста, у вас взрослые тети есть, к ним идите, не нужно ко мне приставать, я всё маме расскажу, — плаксиво заканючил пацан.

— What is he saying?? — шотландец вопросительно глянул на дипломата.

Тот покорно перевел.

Улыбки медленно сползли с лиц американцев. Иностранцы насторожились, напряглись, взгляды стали подозрительными. Делегация замерла на ступеньках, внимательно наблюдая за происходящим и ловя каждое слово.

— Да что ты несешь, сопляк? — побагровевший Лесин, быстро глянув на американцев и нацеленные камеры, отпустил пацана, даже оттолкнул его от себя подальше. — Вали отсюда!

Ушлый ребенок рванул прочь, выкрикнув на ходу:

— Все равно всё мамке расскажу! Будешь знать, как к детям приставать!

Переводчица молчала, не зная, как поступить.

Сенатор и бизнесмен вопросительно глянули на дипломата. Тот вздохнул и перевел вопли паренька.

Тем временем, дверца «УАЗа» распахнулась, наружу выпрыгнул старшина, проводил взглядом улепетывающего со всех ног подростка, вопросительно глянул на первого секретаря.

Американцы с брезгливым интересом наблюдали за Лесиным. Камеры нацелились на милиционера, фиксируя каждое движение. Владимир Петрович едва заметно качнул головой, старшина послушно залез обратно и захлопнул дверцу.

Красный как рак Лесин быстро дошел до машины, уселся рядом с водителем. От души, срывая злость, хлопнул дверью. Черная «волга» выстрелила из выхлопной трубы клубом черного дыма и покатила прочь. За ней уехала «восьмерка» главного комсомольца и милицейский «УАЗ».

Американские гости проводили уезжающие машины взглядами, повернулись к Горовому.

— Господа, вы что-то хотели спросить? — на безупречном английском поинтересовался Сергей Дмитриевич.