Алексей Шумилов – Кровавая весна 91-го продолжается (страница 53)

— Годится, — солидно кивнул Максимов. — Тогда два бургера, чай и пару кусочков наполеона на десерт.

Хорошо, — официантка деловито черкнула пару строк в блокнотике. — Чай сразу принесу, бургеры придется минут пять подождать. Наполеон сразу после них.

— Действуйте девушка, — разрешил Стас. — Тащите чай. А мы пока пообщаемся.

Официантка тихо удалилась.

— Ну что, поговорим? — старший брат прищурился.

— Давай, — согласился Андрей.

— Буду откровенен. Я пообщался со следователем, Викой, поговорил с тобой, и у меня сложилось впечатление, будто ты буквально мою диссертацию цитируешь. А ещё ты умудрился встретиться с Янкелевичем и он, вдруг, неизвестно чего, рассказал обо мне и о моей диссертации, малознакомому пацану. Слишком много совпадений получается, не находишь.

Взгляд Стаса сверлил Максимова, пытаясь что-то увидеть по безмятежному лицу политтехнолога.

— Не нахожу, — пожал плечами Андрей. — Это именно совпадение. На вашу кандидатскую и связанные с ней плюшки я абсолютно не претендую. А вот встреча с Янкелевичем на меня влияние оказала. Именно после этого, я психологией, в том числе и маньяков заинтересовался. У бабушки много литературы переворошил и перечитал по этой теме.

Появилась официантка с чаем. Максимов и брат замолчали. Девушка выставила два исходящих паром стакана в железных подстаканниках, как в поезде, пузатую сахарницу, улыбнулась и удалилась.

— Литературу о маньяках? — Стас недоверчиво улыбнулся.

— Нет, конечно, — пожал плечами Максимов, — о психических патологиях. Но и о маньяках тоже кое-что откопал.

— Да, я наслышан, — кивнул старший брат. — Комплекс Наполеона, классификация серийных убийц, грамотные выводы о мотивах поведения, создание психотипа нашего маньяка. Интересно было бы познакомиться с твоей бабушкой.

— Она терапевт по специальности, а не психиатр, — усмехнувшись, сообщил Андрей. — До своих выводов я дошел сам.

— Тогда у меня возникает логичный вопрос, на который я очень хочу получить ответ, — Стас твердо глянул в глаза Максимову. — Ты либо чертов гений, с потрясающими мозгами, будущее светило психиатрии, способное делать профессиональный анализ на основе далеко не полных сведений и обрывочных знаний, почерпнутых из книг. Либо…

Психиатр замолчал.

— Либо? — Андрей вопросительно поднял бровь.

— Либо врешь и не говоришь всей правды, — твердо заключил брат. — В любом случае, во всей этой истории ты появился внезапно, выпрыгнул, как черт из табакерки. Если бы не твоя схватка с убийцей, помощь в поиске улик и установлении его личности, стал одним из подозреваемых. Слишком много странностей и совпадений.

— Знаешь, у меня тоже возникают серьезные вопросы, — хмыкнул Максимов. — Например, почему бублики готовят с дырками? Или, что мешает плохим танцовщицам? Можешь ответить?

— А если без шуток? — Стас продолжал сверлить Андрея напряженным взглядом.

— А если без шуток: Стас, не надо искать у меня камня за пазухой, особенно, когда его там нет, — вздохнул Максимов. — Я уже рассказал всю правду, помог, чем смог, и сейчас вызываю огонь на себя, чтобы его поймали. Если хочешь, можешь лично понаблюдать за мной и сделать собственные выводы. Я не против. Ты привлечен как консультант в состав следственной группы. Можем побывать у меня дома, познакомлю с родителями. Ты же психиатр, по обстановке и общению уже можешь сделать определенные выводы. После сдачи экзаменов и окончания школы, летом поеду в Москву поступать в ВУЗ, при желании, можем и дальше общаться, чтобы твои наблюдения были полными. С бабушкой познакомлю, книги по психиатрии покажу. А ты меня к себе домой приведешь.

— Это ещё зачем? — насторожился старший брат.

— А просто, чтобы все было взаимно, на доверии, — улыбнулся Максимов. — Дружить с тобой хочу. Не буду скрывать, Янкелевич так расхваливал молодого талантливого коллегу, что мне просто стало интересно. К тому же я преследую и личные, корыстные цели. Собираюсь заниматься бизнесом, а там очень важные моменты — работа с психологией покупателей, исследование реакций общества, умение вычислять по внешнему виду и демонстрируемому характеру будущих партнёров: как с ними вести переговоры, чем привлекать. И мне бы такой талантливый консультант-психолог и психиатр как ты, очень пригодился. Поэтому я очень рассчитываю с тобой подружиться. Видишь, я с тобой полностью откровенен. Так что, приглашаешь в гости?

— Я подумаю, — смущенно буркнул Стас, отводя глаза.

«Куда же ты денешься, братик, с подводной лодки», — мысленно ухмыльнулся Максимов.

Глава 27

Раннее утро пятницы выдалось прохладным. Ветер пронизывал до самых костей, заставляя Андрея зябко ежится и расправлять воротник куртки.

— Может, в машину сядешь, побудешь там, пока Влад подъедет? — предложил Дима, кивнув на свою белую «копейку» устроившуюся недалеко от подъезда.

— А смысл? — Максимов кинул взгляд на часы. — Он через минут пять уже должен быть.

— Слушай, я спросить хочу, — в глазах Димы светился интерес энтомолога, вдруг обнаружившего редкий насекомых. — Зачем тебе это?

— Что это? — спокойно уточнил Андрей.

— Устраивать такую провокацию, — пояснил опер. — Он же и так на стенку лезет от бешенства, тебе послания оставляет, а ты ещё и масла в огонь подливаешь.

— Вот потому и подливаю, — усмехнулся Максимов. — Когда человек пребывает в состоянии бешенства, он не может мыслить объективно и хладнокровно, эмоции преобладают. Заманиваю маньяка в ловушку с гарантией, чтобы не соскочил.

— Смотри, этот урод может тебя на клочья порезать. Мы, конечно, будем рядом, но уж больно он хитрая сволочь.

— Может, — согласился Андрей. — Но и я могу из него инвалида сделать. А вообще, ты, твои коллеги, московские опера для чего тут? Чтобы меня прикрывать, правильно? Вот и прикрывайте, не допускайте, чтобы мою драгоценную тушку попортили.

— Я с москвичами дополнительно поговорю, — пообещал Дима. — Накручу их, чтобы не расслаблялись. Ладно, я не о том сказать хотел. После того, что ты на передаче наболтал, отпускать в Москву без сопровождения тебя нельзя. Даже с Петром Ефимовичем и остальными. Я сейчас подскочу в гостиницу, захвачу москвичей, и мы следом за вами поедем. Будем держаться на расстоянии на всякий случай. Со Смирновым и Владом уже все договорено. Так даже лучше будет. Обратно они повезут большую сумму денег, заодно и за всеми вами присмотрим, чтобы не было чего. Времена сегодня, сам понимаешь, непростые.

— Влад в курсе? — поинтересовался Максимов.

— Не полностью, — усмехнулся Дима. — Петр Ефимович сообщил, что я со своими друзьями на подхвате буду. Влад на днях подписал договор с нашей новообразованной охранной фирмой «Бастион», дал Петру Ефимовичу полный карт-бланш в работе с магазинами. Естественно, все действия, требующие серьезных затрат, с ним предварительно согласовываются. На мелкие расходы тоже выделил. Мы за счёт этих денег как раз заправляться будем.

— У него вопросов не возникнет, если что?

— Нет. Влад обратно в Пореченск под двести тысяч рублей повезет. Задача Петра Ефимовича — обеспечить безопасность. Так что, он только рад будет, когда узнает. Кстати, я Смирнову с согласия Максима Олеговича рацию для связи передал, под свою ответственность. Мы в прошлом году группировку, работающую на загородных трассах, взяли. Нападали на водителей фур и грабили, забирали легковые машины. Суд прошел, а у нас вещдоки остались — рации, которые бандиты у местного умельца закупили. Километров пять держат, проверяли. Когда я к Пархомову обратился, он зубами поскрипел, но разрешил взять на поездку, под мою ответственность. Так что связь у вас будет, а мы на небольшом расстоянии поедем, чтобы перед глазами не маячить.

— А московские опера даже и не знают, что не меня, а коммерсанта охраняют, — усмехнулся Андрей.

— Они охраняют именно тебя, а не деньги и Влада, — серьезно пояснил Дима. — Я парней в темную не использую. Сказал, что ты подрабатываешь у коммерса, едешь в Москву с ним по делам, а он обратно повезет крупную сумму денег. Просто предупредил. И денег им немного выделим, как дополнительные командировочные. В принципе ребята не против, если не в ущерб основному делу.

— Как-то у вас хитро всё получается, впрочем, это уже не моё дело. От меня что требуется?

— Не отрываться от компании, постоянно быть на виду, из московского магазина Влада никуда не выходить.

— Слушаюсь, товарищ командир, — шутливо козырнул Максимов.

— К пустой голове руку не прикладывают, — усмехнулся Громов. — Нас ещё в армии учили. Впрочем, тебе как будущему духу, можно простить.

Из дома напротив вышли Петр Ефимович и Лера. Одновременно на дорогу, ведущую к подъезду, свернула бежевая «восьмерка» Влада.

Через минуту машина остановилась перед «копейкой» опера. Коммерсант вылез наружу, хлопнув дверью. Подошел, поздоровался с Димой и Максимовым.

— Холодновато, что-то сегодня, — сообщил он.

— Конечно, холодновато. Семь утра, — фыркнул опер.

— Привет всей честной компании, — Петр Ефимович, поправил висевшую на боку небольшую сумку, обменялся рукопожатием с коммерсантом и опером, потом протянул ладонь Андрею. — Ну что, едем? Чего время терять?

— Привет, — помахала ручкой Лера. — Доброе утро, Петр Ефимович, Влад и Дима.

Мужчины заулыбались.

— Доброе утро, красавица, — за всех добродушно ответил майор.