Алексей Шумилов – Кровавая весна 91-го продолжается (страница 14)

— Вон, на выходе стоит, — Рудик посторонился, показывая фигурку девушки противоположном конце арки. — Так что произошло?

— Показалось, что из арки за нами кто-то наблюдает, — честно ответил Андрей.

— Креститься надо, раз показалось, — недовольно буркнул Вадик. — Мы уже думали, опять попадалово какое-то.

— Андрюха, я понимаю, на тебя много всего за короткое время свалилось, — примирительно добавил Рудик, — маньяк, Георгадзе, разборки с зареченскими — нервишки пошаливают. Если тебе по-прежнему в каждой подворотне будет что-то чудиться, так недолго и мозгами тронуться.

— Я знаю, — вздохнул Максимов.

«Откуда тогда взялось это ощущение ненавидящего тяжелого взгляда? Может, действительно, паранойя накрывает? Да нет, не должна, всё таки с девяностых многое прошел, да и на выборах такие ситуации были, кому-то расскажешь, не поверят. Тело у меня молодое, но психика тренирована: мозг и личность прежними остались».

— Чего задумался? — толкнул плечом Вернер. — Пошли уже, Лерка уже заждалась.

— Идём, — согласился Андрей и глянул на часы. — Надо поторопиться. Через сорок минут нужно у больнички быть.

Судмедэкспертиза прошла без проблем. Около кабинета уже никого не было, и улыбающийся Дима с пакетом, в котором что-то формой напоминающее бутылки периодически звякало, зашел первым. Общался он недолго, через пять минут вышел, улыбающийся, с пустыми руками, и пригласил проходить Максимова.

Эксперт, представившийся Маратом Эльдаровичем, смуглый лысоватый мужичок лет пятидесяти с уже обозначившимся животиком, поочередно принял парней.

Задал уточняющие вопросы, скрупулезно осмотрел повреждения, заполнил документы, достал «Смену». Сделал несколько снимков с разных ракурсов, быстро набросал непонятные схемы, дал расписаться в журнале в журнале посещений и отпустил домой.

На следующее утро, пришлось выслушивать упреки и нравоучения матери, уже узнавшей о драке во дворе и оценившей потрепанный вид сына. Отец, слава богу, ушёл рано, и подключиться к процессу воспитания отпрыска не смог. Пришлось успокаивать встревоженную родительницу и клятвенно обещать «по возможности не ввязываться в драки и подобные приключения». Мать не особенно поверила, но немного успокоилась и после чего убежала на работу, а Максимов отправился на встречу с Владом.

Коммерсант ждал Андрея в своем кабинете и сразу же перешел к делу. Сказал, сверху тридцати тысяч ежемесячного оборота с точки он готов платить, как обещал пятнадцать процентов, и двадцать с предложенных Андреем новых моделей. Выдал пятьсот «расходных» рублей на месяц, и неделю на набор продавцов, две — на прочие рекламные мероприятия и начало работы. Напомнил: через месяц подведение первых итогов. Договорились, когда юный компаньон будет готов, съездить в московский магазин.

Просьба Алексея дать подработку Гринченко грузчиком на неполный рабочий день, была встречена с пониманием. Влад сразу согласился. Пообещал платить сдельно за разгрузки машин, вечернее перемещение тюков со склада в магазин, распаковку и развешивание одежды. Сказал, что в месяц будет, примерно, рублей сто пятьдесят, в зависимости от объема работы. Договорились, что Гринченко придет завтра вечером, после закрытия магазина, поможет перетаскать тюки с товаром на первый этаж, а потом начнёт с понедельника. Коммерсант под ответственность Андрея согласился одеть Олега авансом в счёт будущих зарплат. Разрешил вместе с рыжим вечером зайти Лере и Максимову, чтобы выбрать подходящие вещи.

После переговоров Андрей отправился на встречу с «влюбленным и безумно одиноким», с отличным настроением.

Нескладную фигуру в серой потертой куртке он заметил сразу, как только зашел во двор. Гринченко неуверенно переминался с ноги на ногу.

— Привет, — весело поздоровался Андрей. — Ну что, готов к труду и обороне?

Рыжий неуверенно кивнул.

— Отлично. Дома есть кто?

— Н-нет, — с запинкой ответил Олег.

— Значит, пошли к тебе, — повелительно распорядился Максимов. — Эволюция сделала из обезьяны человека, а мы будем из тебя создавать уверенного, привлекательного и популярного у девушек парня. Но для начала надо предварительно серьезно поговорить и озвучить правила.

Квартира Гринченко находилась в пятиэтажной хрущевке, через два дома.

— Мда, — саркастично хмыкнул Андрей, обозревая маленький коридор с пожелтевшими обоями, прибитую потертую вешалку с крючками для одежды и потертый шкафчик.

Рыжий промолчал, но покраснел.

Максимов шагнул в гостиную, осмотрелся.

Из прихожей было два выхода. Маленький коридор вёл в крохотную кухоньку. Холл плавно перетекал в идущие вагончиком две комнаты: гостиную и находящуюся за закрытой дверью вторую. Первая смотрелась достаточно просторно с примостившимся к стенке продавленным диванчиком, покрашенным коричневой краской полом, на котором лежал старенький, встопорщившийся во все стороны нитями, небольшой коврик. К стене примостился продавленный диванчик, рядом два потрепанных кресла и древний журнальный столик с облупленным лаком и сколами. На такой же старой тумбочке — черно-белый ламповый «Горизонт».

Гринченко проследил за взглядом Андрея и покраснел ещё больше.

— Веди к себе, — невозмутимо приказал Максимов.

Олег молча раскрыл дверь и посторонился, пропуская гостя.

Маленькая комната напоминала большой чулан. Письменный стол с полкой наверху и стулом нагло отхватил почти треть помещения. На оставшейся свободной площади почти вплотную примостились шкаф и кровать с железными спинками.

— Присаживайся, — Максимов указал взглядом на кровать.

Багровый Гринченко скромно пристроился в уголке. Андрей подхватил стул, развернул и сел напротив.

— Олег краснеть не надо, — наставительно заметил Максимов. — Бедность не порок. Наоборот, отличный стимул изменить жизнь к лучшему. Впрочем, я хотел поговорить о другом. Помнишь, мои слова должны иметь силу приказа, если хочешь встречаться с Леной?

— Д-да, — подтвердил рыжий.

— Учти, жалеть тебя никто не будет, — предупредил Андрей. — Если я сказал, убейся, но сделай, как бы тебе трудно не было.

Гринченко неуверенно кивнул.

— Вот и отлично, — удовлетворенно отметил Максимов. — Сначала небольшая лекция. Помнишь, что говорил? С этого самого момента, ты больше не смотришь на неё печальными глазами голодной коровы. Ведешь себя так, будто её рядом нет. При этом у тебя всё должно получаться естественно. Улыбайся, общайся с другими одноклассниками. Будь спокоен, приветлив, дружелюбен, но без наигранности. Завтра начнем тебе кардинально менять имидж. Будем тебя одевать у Влада. Об оплате не беспокойся, я уже договорился, он вычтет из твоей будущей зарплаты. Потом поведем тебя к парикмахеру. Пусть тебя постригут по-человечески.

— А деньги? На парикмахера? — поднял голову Олег.

— Выделю, — пообещал Андрей. — Но их придется отработать. Будешь выполнять мои поручения.

— Я не против, — буркнул Гринченко. — Только когда всё это успевать? Ты хочешь, чтобы я занимался спортом, работал грузчиком, твои поручения выполнял. Ещё надо в школе учиться. Где на всё это время взять?

— А это уже твои проблемы, — твердо заявил Максимов. — Хочешь достичь результата, ищи не отговорки, а возможности. В недалеком прошлом наши предки по колено в грязи, города возводили, промышленность поднимали, аграрную страну в индустриальную превращали. Пахали в спартанских условиях, ютились в сколоченных на скорую руку землянках и фургонах. И творили историю. Ещё и знания умудрялись получать и отдыхать культурно — жили на полную катушку. Так что ныть не надо, нужно действовать и идти к цели. Показ возраст и здоровье позволяют. Всё понял?

— Понял, — вздохнул Олег. — Постараюсь.

Глава 7

— А раз всё понял, раздевайся, — приказал Максимов.

— З-зачем? — глаза Гринченко чуть не вылезли из орбит, а веснушки поблекли. Он даже опять заикаться начал от потрясения.

— П-почему?

— Мы договорились, я скажу — ты делаешь, — жестко напомнил Андрей. — Никаких вопросов, возражений и пререканий.

— П-полностью? — пролепетал побелевший от ужаса Олег.

Андрей глянул на ошарашенного одноклассника и от души расхохотался. Гринченко порозовел и смущенно отвел глаза.

— Ага, — отдышавшись, весело ответил Максимов. — Можешь даже трусы снять. И надеть их себе на голову, будет прекрасной иллюстрацией твоего умственного развития.

— Да пошел ты, — буркнул багровый Гринченко. — Извращенец чертов. Иди отсюда чокнутый. Без тебя справлюсь.

Андрей глянул на ощетинившего как еж рыжего с новым интересом.

— Молодец, — похвалил он. — В первый раз вижу у тебя проявление мужского характера. А то всё мямлишь и ноешь. Противно слышать. Теперь вижу, ты не совсем потерян для общества.

Максимов помолчал и добавил.

— А вообще-то ты всё превратно понял. Я имел в виду снять свитер, майку можешь оставить. Объясняю свои слова в первый и последний раз. Я буду лепить из тебя другого человека — не зашуганного, унылого дрыща, а физически крепкого, уверенного в себе парня. Чтобы влюбить Лену в себя, надо со всех сторон выглядеть привлекательно: телом тоже. Нужно глянуть, с чем предстоит работать. Ну и чего греха таить, сказал так специально, после того, как потребовал исполнять мои приказы. Это был маленький тест на адекватность. Стало интересно, как ты отреагируешь. А потом я пошел дальше, оскорбил и спровоцировал тебя на ответ. Решил посмотреть, проявишь ты характер или будешь безропотно выполнять то, что скажу. Ты проявил. Доступно объяснил?