Алексей Штейн – Победителей не судят (страница 13)
Глава 4.
Все получилось просто отлично, и даже лучше, чем меня уже насторожило - плохо, когда с самого начала все идет так гладко. Расчет оправдался полностью - с баррикады минимум половина коммунаров рванули вверх по улице, нескольких срезали-таки пулями на баррикаде, остальные спешно карабкались, намереваясь организовать оборону. Пулеметчики качественно придавили огнем, похоже, на всю ленту, баррикаду у завода - оттуда никто и не стрелял, считай. А мы, после второго залпа, рванули бегом к мосту. По нас грохнуло от силы пару выстрелов, и то пистолетные. Тут и случилась первая мелкая накладка. Мои, как я их и инструктировал - подбежав на дальность броска, сходу хренакнули за баррикаду по гранате. Но, накрученные Геркой остальные, на них глядя, сделали то же самое - и в итоге размесили ее защитников с диким перерасходом боеприпасов. И, как без этого, пара гранат грохнула по эту сторону, кого-то, кажется, осколками зацепило, а одну гранату, я сам видел, пинком из-под ног один из наших оболтусов отправил в ручей с мостика. Но обошлось, могло быть хуже. Заняли баррикаду без потерь, не считая парочку раненых, и то легко. Мы уже заняли позицию, а пулемет только дострелял ленту. Пушка ожила спустя полминуты, не меньше - и жахнула куда-то в несчастный домик, но, по-моему, безрезультатно. Потом еще несколько дали они туда же, а мы затеяли бесполезную перестрелку с верхней баррикадой. Разгорячившись, наши обалдуи стали сыпать весьма резко, все же спрессованные полсотни человек на неширокой улице это серьезно - ну и выпросили. Повезло, что Герка как раз заорал, чтоб берегли патроны, и под его рыком, все и попрятались, делая вид, что вообще воздухом дышали. Тут-то сверху картечью с пушки и шарахнули. Как песком вдоль улицы швырнули, с шипением, визгом и жужжанием что-то сверху пролетает, щелкает и грохает, по брусчатке на мосту искры, воняет камнем, как ежли по нему бывает топором попасть, с искрами. Отвалился один из риссцев от амбразуры мешком, один из улльцев с воем завертелся, лицо зажимая - этих достали. Все попрятались поглубже, ну а мы-то с Геркой сразу заняли место, прикрытое от пушечного огня поворотом улицы. Прикрикнул, чтоб раненого приняли, тут еще раз жахнуло картечью, так же, но уже безрезультатно. Пока там заряжают, приказываю всем дать по два выстрела быстро, и укрыться. Ясное дело, что в белый свет, но чтоб позлить - мол, плевали мы на вашу картечь. И успели все вроде спрятаться до третьего пушечного выстрела - а его и не было. Снова заработал пулемет, на этот раз немного совсем, отстрелял две длинные очереди - и стих. Тут же им туда полетел заряд картечи, нам приготовленный. Только, смотрю, по домику белыми облачками крошка каменная летит. Ничего, может муниципалитет компенсацию выдаст потом хозяевам. Тут же приказал своим по выстрелу еще дать - пусть они там, суки, понервничают!
- Почему мы не атакуем? У нас приказ атаковать! - ба, я чего-то раздухарился, даже и забыл про начальство, раскомандовался тут, а ведь лейтенант с мичманом за нами рванули. А я как-то и подзабыл. Лейтенант, впрочем, не мешается, он, оказывается, за нами с Геркой у стеночки присел, с наганом в руке, но в целом вполне адекватный, не высовывается, а эта сопля вишь, в бой рвется. Лейтенанту идея насчет атаковать, похоже, не очень-то нравится, но тут, как назло, доносится стрельба со стороны, куда ушел отряд брать Нахимовку. Сначала пара выстрелов, потом заполошная стрельба, густо. Нарвались, или запалились, и началось там, раньше, чем планировалось, похоже.
- Их жеж мать... - озвучивает эти мои мысли Лоран, и подытоживает - Придется атаковать, надо отвлечь мятежников...
Мне очень хочется ему сказать, что у нас запасных бойцов нет, и потому может больше одного раза отвлечь и не выйти. Но приходится держать при себе соображения. Лоран собирает всех, и не долго думая, приказывает идти в атаку. Как раз в этот момент по баррикаде жахает очередная картечь, и все, как-то пригнувшись, замирают.
- Мать вашу! Вперед! - Лоран вскакивает на баррикаду, машет наганом, рядом начинает карабкаться мичман с восторженной мордой - и тут с верхней баррикады начинают стрелять. Лейтенант валится навзничь брызнув башкой так, что любо дорого, еще пару особо ретивых дуболомов, выскочивших наверх, тоже цепляет - одного в грудь, другого в ногу, но оба живы, и, упав, орут от боли. Остальные моментально вжимаются в баррикаду - все, атака сорвана, эк его угораздило неудачно башкой пулю словить. Жалко, вроде не дурак был, толковый. Тут нас снова выручает пулемет - пушка снова переключается на него. А я смотр на нашего нового командира - не, ну я так не играю. Сдулся мичман. Полностью. Бледный, губы дрожат, глаза раскрыты шире некуда, на убитого Лорана смотрит, вжимаясь в баррикаду... Оно понятно, что в первый раз и не такое бывает... но сука, ты же командир! На тебя, сучёнка, мои солдаты смотрят, что ж ты творишь, падла?!
- Господин мичман! Командуйте! - тормошу я его за плечо - Господин мичман!
- А? ...Н-нет... Нет-нет, я обязан... сообщить командованию... Примите командование, сержант! Я обязан!... - и эта сволочь, как есть, с низкого старта, с пистолетом в руке - вдруг рвет когти, и чешет по дороге к пулеметчикам! Ну, епа-мама, как говорила малолетняя дочка одной моей знакомой! И ведь везучий, падла - вон пуля высекла по брусчатке - кто-то в него пальнул, да мимо. И пушкари чего-то замешкались, картечь не пришла в спину сучёнку. Так и добежал до домов и там скрылся. Не, ну не падло ли?
Тут пушкари вражеские снова нас вниманием радуют - бухает пушка, и что-то смачно грюкается в баррикаде, из недр ее идет дымок. Поначалу перепугавшись, я соображаю, что это, похоже, они шрапнелью на удар засадили, желая нас испугать. Вышло, как по мне, так не очень, эффект околонулевой. Шрапнель против такого дела не играет вовсе. Однако, оглядевшись, понимаю - все одно солдаты у меня испуганы и растеряны. Хуже нету, чем лучше не надо, как командира убьют. Надо что-то делать, смотрят все на меня 'Ты скажи, боярин, чего нам делать-то?' Лишь бы кто сказал, а то сам чего не так сделаешь... пусть лучше кто другой, хоть и неправильно, чем самому-то решать...
- Залпом, два патрона, и заряжай! Огонь!!! Шевелись, абизяны! - во, побежали, чуть не лыбятся - ну, не может человек без начальственного рыка жить, без руководящего пинка под сраку, противно это природе человеческой, а как рявкнет кто - сразу все на свои рельсы становится! Тут нам еще одна шрапнель в баррикаду - бамс! - и снова дымок пошел - порох-то чёрный, дымный - чтоб разрыв на поле боя издалека хорошо видно. И смотри-ка ты - ожили желудки окаянные!
- Фуууу... дюже воняет!
- То не я, кум, то есть не все! То есть то не от страха, а от ненАвисти!
- От жеж голытьба поганая! Токмо и могут, что вонь пускать!
- Ничо... вот доберуся я до них, они у меня по-настоящему вонь пустят, поганцы...
Уже неплохо, солдатики повеселели чуть, хотя на убитого лейтенанта так и косятся, да и раненные оба тут. Надобно решать, чего дальше. Стоит с Геркой посоветоваться... Надо бы решать, кто из нас командовать станет. Он всеж более 'местный', чем я.
- Слышь, Гер... Тут такое дело-то... - поворачиваюсь к нему, и чувствую себя Дедом Морозом из анекдота - Не, ну Гера.. ну еп же твою мать!
Сидит Гера у стеночки, и лицо рукой закрывает, а через ладонь кровь течет. Ну что ж такое-то? Жив, правда, и ведь отвернулся, чтоб солдаты не видели...
- Что? - спрашиваю, руку пытаясь убрать. Убираю, и чуть только не сблевываю - глаза нет, дырища, течет по щеке мезкое... Нунахер, у Лорана и то пригляднее - башку навылет, и все... не буду смотреть, плюшек -майорских и кофе жалко... - Живой?
- Живой - хрипло отвечает Гера, и вдруг смеется, словно каркает - А вот и все, теперь меня в отставку, да с выплатой, как увечному в бою! От ведь, сподобился, а ведь никто б не поверил! Ахаха, дочего ж повезло-то, я думал, еще пять лет до полной выслуги, и все одно - гроши, а тут, как ни крути, в бою увечен... ахахах...
- Эй, уроды! Бинты, перевязать сержанта... - грохает опять пушка, визжит и жужжит над башкой картечь - снова по пулеметчикам метят, надеюсь, парням там повезет больше. Это ж надо, так неудачно - дурная пуля лейтенанту, и шальной рикошет картечью Герке. И еще этот сопляк куда-то делся. Отвечай за него еще потом, кстати сказать. Ну, и что мне теперь со всем этим делать?
...А делать что-то придется. У нас чуть все угомонились, и слышна стрельба в стороне Моручилища - сыпят там, будь здоров, и гранаты в ход пошли. Как хошь, а приказ надо выполнять, и своих подводить нельзя. Вот только как? Не поднять мне солдатиков в атаку. Политрука Клочкова изображать - пристрелят, как лейтенанта. Самому вперед броситься, как Гастелло на амбразуру - так ведь не факт, что даже мои рванут. Может и рванут, да если не все - толку не будет. Перебьют нас, и все. Дворами и домами обходить? Так это, кстати, еще вопрос, кто кого, может нас уже по дворам обходят. Хоть тут застройка у завода больше 'городская', тут скорее чердаками-крышами... Некогда, конечно, но, похоже, другого пути у нас просто нет. Распорядился раненых посадить рядом с Геркой, тот, на удивление, бодрячком держится, да и раненый в ногу, в общем, неплох - авось отобьются, если что. А остальных стал готовить идти в обход, разбить на группы хотел. Да не успел. Заорал заполошно что-то дежурный на баррикаде, солдатики разом туда кинулись - решили, что атака. А хрен там. Мало того, что нам на эту радость картечи прилетело - чудом только никого не зацепило. Так еще и атаки никакой. Грохочет сверху что-то, пару раз кто-то с наших стрельнул... как-то прямо вот так... неуверенно. А потом бумкнулось что-то в баррикаду - и тут же с той стороны полез черный дым, запахло керосином и креозотом каким-то. Брандер нам что ли какой скатили? Бочку с горючкой? Идиоты совсем что ли? Баррикада не особо и горючая, дома и ограды каменные. Дым разве что мешает... ну так и им не взять баррикаду будет, если с той стороны горит... Хот им-то брать и не надо, пока что. Но все равно неясно.