Алексей Шмаков – Око Государево (страница 2)

Лобачевский отвёл взгляд в сторону, сделав вид, что ему интересен барон Устюгов, уже успевший пройти примерно треть до двери управления. А ещё лицо парня явно говорило о том, что причина, озвученная князем, лишь прикрытие.

– Или он просто единственный способный Видящий, показывающий реальные умения. Я слышал, что в последнее время дела с нахождением кандидатов в академию обстоят совсем плохо. Но даже не предполагал, что настолько. Ваше сиятельство, вы же понимаете, что наша работа весьма и весьма опасна? Третий курс – это, по сути, ещё ребёнок, который даже не знает, с какой стороны подступиться к серьёзным чарам.

Шанин был крайне серьёзен и говорил всё не из‑за того, что ему откровенно пытаются подсунуть желторотого новичка, который будет только мешаться под ногами. Прямо из управления граф собирался отправиться в место очередного преступления, и там до сих пор может быть опасно.

– Ты прав, Андрей – единственный способный Видящий, что поступил в академию за последние восемь лет. И он действительно единственный, кого мы можем выделить тебе в помощники. Принимай стажёра, Алексей, – ошарашил Шанина князь.

Выходит, что в скором времени «Око» может и вовсе перестать существовать. Граф нахмурился, но уже совершенно иначе посмотрел на паренька и пожал всё ещё протянутую руку.

– Обещаю, что позабочусь о тебе до тех пор, пока не получишь часы. А пока ты должен выполнять все мои указания без малейших вольностей и свободных трактовок.

Глаза парня по‑прежнему горели. Если они были похожи на два ярких, любопытных, непослушных, впитывающих всё на лету огонька, то глаза Шанина оказались их полной противоположностью: холодные, спокойные, невероятно внимательные и рассудительные.

Встретились две противоположности, которым предстоит научиться работать вместе.

Повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь городским гулом, доносившимся из‑за здания полицейского управления. Нарушило его карканье, привлёкшее внимание Андрея, удивлённо вскинувшего брови, что не ускользнуло от Шанина. Он крепче сжал руку парня, привлекая его внимание к себе. Как только Андрей вернул взгляд к графу, тот едва заметно покачал головой и облегчённо выдохнул, когда парень кивнул.

Одновременно с этим прозвучал требовательный трамвайный гудок, отвлёкший внимание Лобачевского. Автоматон академии явно спешил вернуться в родной док.

– Что же, Алексей, я невероятно рад, что ты вошёл в наше положение. Уверен, что только ты и сможешь достойно обучить всему Андрея. Дело у тебя здесь действительно крайне сложное, поэтому, если вдруг случится что‑нибудь из ряда вон выходящее, сразу же сообщай напрямую мне. Постараюсь приехать лично. А теперь прошу меня простить – действительно дел невпроворот.

Сказав это, князь стремительно обнял своего бывшего ученика, на этот раз даже не попытавшись превратить его рёбра в осколки, пару раз хлопнул по спине и в три шага оказался в салоне, махнул рукой на прощание, после чего трамвай тронулся в обратный путь, на ходу убирая трап и закрывая двери.

– Алексей Валерьевич, а в Новограде много вольных потусторонних? – спросил Андрей, отчего Шанин с трудом сдержал ругательства.

Такой подставы от столичного управления он точно не ожидал.

***

Машина Шанина находилась на стоянке управления. Белоснежный, словно только выпавший снег, кузов привлекал к себе внимание хищными обводами единственного в городе настоящего спорткара. Гордость графа и причина завистливых взглядов большинства жителей Новограда. Даже некоторые аристократы говорили прямо, что восхищены его «Енисеем». Всё же индивидуальный заказ, единственная в своём роде машина, презентованная графу лично князем Бестужевым, являющимся крупнейшим автомобильным магнатом империи.

Поэтому Шанин совершенно не удивился, когда Андрей замер с открытым ртом возле его машины. Такую сложно встретить даже в столице. Она выгодно выделялась среди автомобилей работников управления, особенно на фоне служебного транспорта – блёклого, угловатого и совершенно невзрачного. Да и номера на машине Шанина были особенными: не только с обязательным для всех автомобилей национальным флагом с левого края, но и отсутствием самих номеров. Их заменил собой эмблема «Ока Государева», позволяющая открывать любые двери в империи, что порой очень помогало в работе, но в большинстве случаев мешало, создавая совершенно ненужные проблемы.

– Подарок князя Бестужева, – безэмоционально произнёс Шанин, прикоснувшись к часам, тем самым сняв защиту с машины. Совершенно невидимую для всех, кто проходил рядом, но только не для Шанина и Андрея.

Парень после этого вздрогнул и удивлённо посмотрел теперь уже на графа, который тяжело вздохнул. Одно дело – слушать лекции в академии, и совсем другое – увидеть всё своими глазами. Хорошо ещё, объяснений по поводу ворона Андрею вполне хватило, и он не стал поднимать панику.

– Стандартная защита от угона. Чародейская, естественно. Накладывал также князь Бестужев. Вещей у тебя не много, и это хорошо – всё поместится на заднее сиденье. Времени вводить в курс дела особенно нет, так что втягивайся по ходу. Сейчас отправляемся в поместье Кулибиных. Толком пока ещё ничего не знаю, но всё говорит о том, что в деле замешано чародейство. Про потусторонних пока ещё рано говорить, но вероятность очень велика.

– Те самые Кулибины? – тихо спросил Андрей.

– Те самые. Те самые. В Новограде расположен Главный Имперский Завод Автоматонов, а управляли им с самого момента основания исключительно Кулибины. Но историю тебе должны были в академии преподавать.

Парень быстро кивнул, после чего прижал свой нехитрый скарб к груди и поспешил к машине.

Уже через минуту мотор взревел, и белая молния помчалась по дороге прочь из города. Поместье Кулибиных располагалось в десяти километрах южнее Новограда и занимало едва ли не большую площадь.

Сам завод автоматонов и все прилегающие к нему постройки также находились на территории поместья. Отчего некоторые завистливые языки говорили, что Кулибины уже давно присвоили себе самое прибыльное производство в империи и даже могут диктовать условия императору.

Но те, кому это положено, прекрасно знали, что ничего подобного не было. Кулибины являлись ярыми патриотами и буквально боготворили Михаила Фёдоровича Левашова, государя и вседержителя Северной Империи.

Только императорскому роду было под силу привязать потусторонних к лучшим механическим оболочкам, производимым на заводе Кулибиных.

Шанин наслаждался ревом мотора и ничуть не жалел чувств стажёра, выжимая из машины всё, на что она была способна. Благо дорога до поместья Кулибиных была великолепной, и на ней практически никогда не было других машин. Поэтому граф мог позволить себе выйти за рамки дозволенного законом. Но только исключительно ради того, чтобы впечатлить парня и посмотреть, как он реагирует на опасность.

За всю дорогу Андрей не произнёс ни слова, только побледнел и стал дышать гораздо тяжелее. С физическими данными придётся работать. А в остальном ещё необходимо разбираться. Но уже сейчас Шанин видел огромный потенциал парня в качестве Видящего. Он смог заметить Карлушу, хотя сам граф не смог бы увидеть его особенность на таком расстоянии. Да и князь Лобачевский ничего не заметил.

Машина резко затормозила возле массивных, кованых ворот, и Шанин нажал на клаксон, оповещая автоматонов‑привратников о своём прибытии.

– Что ты видишь на этих воротах? – обратился граф к бледному пареньку.

– Что их здесь трое. Помимо тех, что видят абсолютно все, есть ещё внешние и внутренние чародейские ворота. Судя по цвету чар, внешние и внутренние были созданы обычными чародеями, а центральные – чародеями‑механиками.

Шанин удовлетворённо кивнул. Преподаватели академии не зря едят свой хлеб.

К этому времени автоматоны в форме привратников уже начали открывать единственные физические ворота. Чародейская защита исчезла за мгновение до этого, что снова заставило Андрея вздрогнуть. Словно до сегодняшнего дня его специально держали вдали от чар.

Очень странно.

Но все вопросы потом. Сейчас необходимо узнать, что произошло у Кулибиных, и провести опрос.

Во внутреннем дворе уже находились две полицейские машины. И одна из них была криминалистической лабораторией.

– Держись рядом со мной и пока просто наблюдай. Ничего не трогай и постарайся увидеть все чары, что сможешь распознать. Это может быть крайне важно.

Андрей кивнул и встал за спиной у графа, внимательно принявшись изучать чары, что окутывали трёхэтажный особняк, построенный в античном стиле. Входную группу украшали резные колонны, поддерживающие сводчатый потолок, а вдоль мраморных ступеней были установлены статуи разнообразных мифологических существ Древней Греции. В основном фавны и дриады. Лишь возле входной двери были установлены статуи минотавров.

На эту сторону выходили сразу двенадцать окон: два на первом этаже и по пять на последующих. Одно из окон второго этажа было раскрыто настежь. И из него доносилась едва различимая, ненавязчивая мелодия.

– Охранные чары пятого ранга, но сейчас они отключены и находятся в режиме ожидания, так что нам нечего бояться, – сказал Шанин, когда они поравнялись с минотаврами, яростно сжимающими мраморные секиры.