Алексей Шишов – Полководцы Петра Великого (страница 76)
Как говорится, генерал-адмирал граф Ф.М. Апраксин «звезд с неба не хватал» и они на него не сыпались как из рога изобилия. В этом он был очень похож на другого соратника Петра Великого генерал-фельдмаршала Бориса Петровича Шереметева, тоже одаренного графским титулом и Андреевским орденом.
День Гангутского морского сражения в современной Российской Федерации объявлен викториальным днем – Днем воинской славы. Наряду с Полтавской битой и Бородинским сражением. Эта победа в отечественной истории связана с именами двух великих славой людей России – самодержца Петра I Великого и генерал-адмирала Федора Матвеевича Апраксина. За то им честь и слава в отечественной истории.
Государственник-реформатор Петр Великий до последних дней своей бурной жизни держал Ф.М. Апраксина в своем ближайшем окружении, продолжая нагружать его разного рода непростыми поручениями. Известен такой факт. Незадолго до своей смерти, будучи уже больным, император спешно написал инструкцию Камчатской экспедиции Витуса Беринга. Ей поручалось расследовать, не соединяется ли Азия на северо-востоке с Америкой. Передавая составленный своей рукой документ, Петр I сказал генерал-адмиралу:
«Нездоровье заставило меня сидеть дома; на днях я вспомнил, о чем думал давно, но чему другие дела мешали, – о дороге в Китай и Индию. В последнюю поездку мою за границу ученые люди там говорили мне, что найти эту дорогу возможно. Но будем ли мы счастливее англичан и голландцев? Распорядись за меня, Федор Матвеевич, все исполнить по пунктам, как написано в этой инструкции».
Федор Матвеевич ушел из жизни бездетным. Его младший брат Андрей Матвеевич был пожалован императором Петром I графским титулом в 1722 году в силу больших заслуг старших братьев. От него и продолжился, умножаясь, род Апраксиных.
Из носителей графских титулов Апраксиных в отечественной истории, в том числе военной, известные следующие лица. Ф.А. Апраксин, сын младшего брата, дослужился до чина генерал-поручика. Его правнук С.Ф. Апраксин, генерал-адъютант императора Николая I, получивший производство в генералы от кавалерии в 1840 году, во время восстания декабристов на Сенатской площади в Санкт-Петербурге командовал элитным Кавалергардским полком, а во время царствования Александра II был председателем Александровского комитета о раненых. Его сын генерал-лейтенант А.С. Апраксин являлся одним из первых военных журналистов и практиком по вопросам воздухоплавания. Его троюродный брат А.Д. Апраксин, писатель-прозаик в 1886 году был лишен графского титула за подделку векселей.
Существовала и другая ветвь Апраксиных, но не графская, а дворянская, которая шла от второго внука Андрея Апраксы – Ивана Матвеевича Темного. В этом роду наиболее известен С.С. Апраксин, дослужившийся в 1798 году до чина генерала от кавалерии. После него примечательных лиц для истории государства Российского в роду Апраксиных больше не находилось.
Родословная Апраксиных, графов и дворян, была связана с теми губерниями Российской империи, где они имели свои имения: Орловской, Курской, Владимирской, Симбирской и Санкт-Петербургской. Все они гордились своими родословными связями с генерал-адмиралом Петра Великого, что делало им немалую честь.
Приложения
Реляция о Полтавском сражении
Обстоятельная реляция о счастливой главной баталии меж войск его царского величества и королевского величества свейского, учинившейся неподалеку от Полтавы.
Сего месяца 20 дня перешли через Ворсклу и по ту сторону оной с малую милю от неприятельской армии встали. Потом же 24 числа пошли мы далее со всею армиею и стали в четверть мили от неприятеля; и дабы оной на нас нечаянно не напал, учинили около обозу транжемент; наша же кавалерия на правой руке между лесом поставлена была, и между оною несколько редут сделано с людьми и пушками осажены.
И позволил его царское величество всякое предуготовление чинить к нападению и на неприятеля; однакож оной, по своей обыкновенной запальчивой отваге, в тот нас упредил, и 27 числа поутру весьма рано, почитай при бывшей еще темноте, из дефилеев, в которых он во всю ночь свое все войско в строй поставлено имел, на нашу кавалерию как с конницею, так и пехотою своею с такою фуриею (здесь – энергиею) напал, что хотя он многократно с великим уроном от нашей кавалерии и от наших редут, к которым приступал, отогнан есть, однакож наша кавалерия, понеже оную нашею инфантериею толь скоро выручить не могли, последи немного к нашему ретранжементу уступить принужденна; однакож паки скоро остановилась и неприятеля атаковали, и оного правое крыло весьма сбили, и генерал-майора Шлиппенбаха, который тем крылом командовал, в полон взяли.
Между тем же послал его царское величество его светлость генерала князя Меншикова, да при нем генерал-лейтенанта Ренцеля с некоторою частию кавалерии, инфантерии к Полтаве, дабы еще в сикурс неприятелю идущия войска, також и в шанцах оставшегося неприятельского генерала Розе (Розена) с неприятельскими войски атаковать и помянутый город от блокады весьма освободить, и выше помянутый его светлость встретил на дороге неприятельский корпус резервы, состоящий в 3000 человек, которые они поставили позади своего правого крыла при лесе, которых при кратком бою сбили и без остатку побили и в полон побрали.
И потом его светлость паки к главной армии возвратился, генералу же лейтенанту Ренцелю велел продолжать марш к Полтаве, по которого прибытии ретировался генерал-майор Розе, с тремя при нем бывшими полками в сделанные пред городом от неприятеля крепости и шанцы. Но оный от помянутого генерал-лейтенанта Ренцеля тамо атакован и по кратком учиненном сопротивлении принужден со всеми при нем будущими людьми на дискрецию сдался.
Между тем же неприятельская кавалерия от главного войска, от нашей кавалерии, уступила и со своею инфантериею паки случилася, и поставили всю свою армию в ордер баталии, пред фунтом с четверть мили от нашего обозу.
Между тем же его величество повелел тотчас двум линиям от нашей инфантерии из нашего транжементу выступить, а третью во оном назади оставил, и тако ту армию в строй поставил, что инфантерия всреди, кавалерия же на обоих крылах поставлена, и с нашей стороны правое крыло кавалерии командовал генерал-лейтенант Баур (понеже генерал-лейтенант Рен в первой акции, в которой он много опытов храбрости и доброго приводу показал, в бок прострелен).
Левое же крыло командовал его светлость князь Меньшиков (Меншиков), понеже тамо его прибытие потребнейше было, а корпус баталию командовал сам его царское величество высокою особою своего и притом господин генерал-фельдмаршал Шереметьев (Шереметев), також господа генералы от инфантерии князь Репин (Репнин) и Март (Аларт), купно с генерал-лейтенантом Велингом и прочими генералы; артиллерию управлял генерал-поручик от артиллерии Брюм (Брюс), и всякий в назначенном своем посте управляли со изрядными опыты мужества и воинского искусства своего.
И как войско наше, таковым образом в ордер баталии установляясь, на неприятеля пошло, и тогда в 9 часу пред полуднем атака и жестокий огонь с обеих сторон начался, которая атака от наших войск с такою храбростью учинена, что вся неприятельская армия по получасном бою с малым уроном наших войск (еже при том наивящще удивительно) как кавалерия так и инфантерия весьма опровергнута, так что шведская инфантерия ни единожды потом не остановилась, но без остановки от наших шпагами, багинетами и пиками колота, и даже до обретающегося вблизи лесу, яко скот, гнаны и биты.
Притом в начале генерал-майор Штакельберк, потом же генерал-майор Гамильтон, також после и фельдмаршал Рейншильд (Рёншильд) и принц Виртембергский, королевский родственник, купно вместе с многими полковники и иными полковыми и ротными офицеры и несколько тысяч рядовых, которые большая часть с ружьем и с лошадьми, отдавшись и в полон взяты и тако стадами от наших гнаты.
В погоню же за уходящим неприятелем последовала наша кавалерия больше полуторы мили, а именно; пока лошади ради утомления идти могли, так что, почитай, до самой Полтавы в циркумференции мили на три и больше на всех полях и лесах мертвые неприятельские телеса обреталися, и, чаем, оных от семи до десяти тысяч побито.
А сколько с ними пушек, знамен и литавр взято, тому последует при сем, елико ныне со скоростию могли уведомиться, роспись; и о прочих обстоятельствах, також сколько с нашей стороны побито и ранено, тому прислано будет впредь уведомление.
И тако, милостию всевышнего, совершенная виктория, которой подобной мало слыхано и видано, с легким трудом против гордого неприятеля чрез его царского величества славное оружие и персональной храброй и мудрой привод одержана.
Ибо его величество в том воистину свою храбрость, мудрое великодушие и воинское искусство, не опасаясь никакога страха своей царской высокой особе, в высшем градусе показал, и притом шляпа на нем пулею пробита. Под его светлостью князем Меньшиковым, который також мужество свое притом довольно показал, три лошади ранены.
При сем же и сие ведати надлежит, что из нашей пехоты токмо одна линия, в которой с десят тысящь обреталось, с неприятелем в бою была, а другая до того бою не дошла; ибо неприятели, будучи от нашей первой линии опровергнуты, побежали и такого побиты.