Алексей Шишов – Полководцы Петра Великого (страница 37)
Суд в заключение вынесенного решения указал, что он «…Подвергает свой приговор и осуждение в самодержавную власть, волю и милосердие на рассмотрение его Царского Величества всемилостивейшего монарха». Меншиков был в числе девяти сановников (все они «птенцы гнезда Петрова») во главе с Петром I, которые допрашивали царевича в последний раз.
Но публичная казнь царевича не состоялась: через четыре дня после «обнародования» смертного приговора наследник царствующего Романова ушел из жизни в одном из казематов Петропавловской крепости. О причинах его смерти известны десятки свидетельств современников, но все они крайне противоречивы. Так Петр Великий остался без прямого наследника по мужской линии, что уже в скором времени повлекло за собой цепь дворцовых переворотов.
Начиная с 1714 года фаворит Алексашка Меншиков постоянно находился под следствием за многочисленные злоупотребления и хищения. Он не раз подвергался Петром I по выводам следственных комиссий огромным денежным штрафам, которые тогда поражали воображение людей. Дело доходило и до «битья, чем попало» неласковой царской рукой.
Известно, что светлейшему князю А.Д. Меншикову пришлось из «личных» средств погасить деньгами и товарами огромный начет в сумме 605 608 рублей. По тем временам такую сумму можно было считать астрономической. Однако это никак не отразилось на его «должностном положении», а также на личном состоянии государственного мужа, который был вторым после самодержца землевладельцем в стране. Ему на правах крепостника принадлежали не только десятки деревень и сел, но и города.
Меншиков сохранял свое положение при высочайшем дворе и благодаря супруге Петра I Екатерине. Весной 1704 года красивая ливонская пленница Марта Скавронская, жена рядового шведского драгуна, была представлена Меншиковым царю, который сразу привязался к ней: она стала его любимой женщиной. В 1712 году ее официально объявили женой государя «всея России», а потом она стала и первой всероссийской императрицей.
Императрица Екатерина I помнила об услуге, которую ей оказал светлейший князь Ижорский – он стал ее фаворитом и фактически управлял за нее Российской империей, к чему она тяги не имела. После смерти Петра Великого, последовавшей 28 января 1725 года, генерал-фельдмаршал А.Д. Меншиков и его единомышленники, «птенцы гнезда Петрова», утвердили Екатерину I Алексеевну на российском престоле. При этом фактическом государственном перевороте они опирались на надежные для такого дела лейб-гвардии Преображенский и Семеновский полки: «походная жена» государя была любима вчерашними «потешными» в их благодарной памяти.
Так Александр Данилович Меншиков стал верховным командующим вооруженными силами Российской империи (президентом Военной коллегии), старшим членом Правительствующего сената, распорядителем государственных финансов и «хозяином» Верховного тайного совета. То есть он как государственник был на самой вершине власти в России при императрице Екатерине I. По личному богатству светлейший князь Ижорский намного превосходил любого аристократа-соотечественника. Родовитая знать хорошо знала его «низкое» происхождение.
Новая государыня не чинила никаких препятствий замыслам светлейшего князя Ижорского. Меншиков главенствовал в созданном по его плану Верховном тайном совете и имел право непосредственного доклада императрице. То есть он входил в ее покои без всякого на то разрешения. Ему среди прочего было подарено быстро вставшее из пожарища мазепинское владение Батурин, чего он безуспешно добивался у Петра I. Все его огромные долги были «забыты».
Но не все получалось у Александра Даниловича, поднявшегося при дворе на вершину власти. Летом 1726 года он предпринял попытку стать герцогом Курляндским (!), для чего совершил поездку в Ригу, а затем в Митаву. Меншиков, добиваясь герцогской короны, предлагал ввести несколько армейских полков в Курляндию после отклонения местным ландагом его кандидатуры. Но Верховный тайный совет на удивление самому светлейшему князю предпочел в вооруженный конфликт не вступать.
После этого амбициозный Меншиков устремился к самой вершине монархической власти в государстве. И нажил себе немало врагов не только в среде родовитой знати, но и среди бывших соратников Петра I. Не смог он найти себе надежной поддержки и в рядах лейб-гвардии, составлявшей гарнизон столицы и несшей дворцовые караулы. Бывшие «потешные» полки остались «глухи» к скорому низвержению всесильного временщика, вышедшего из их же рядов.
Вдова Петра Великого оказывала временщику всякие почести. Так, она наградила его 12-летнего сына орденом… Святой Екатерины, который по статуту вручался, как правило, только придворным дамам или женам великих государственных мужей. В старой России это была чисто женская орденская награда, учрежденная Петром I. В тот же день Александр Меншиков-младший был пожалован поручиком в лейб-гвардии Преображенский полк (его отец получил этот свой первый офицерский чин почти в 30 лет) и назначен действительным камергером двора Ее Императорского Величества.
Личная власть временщика в царствование Екатерины I, которая заниматься государственными делами не любила (да и не умела), была поразительно огромна. Герцог Лорийский Лириа Фицджеймс де Стюард, посол испанского короля в Российской империи, писал о всесильном фаворите, которого он хорошо изучил с позиции заинтересованного дипломата:
«…Вскоре взял верх князь Меншиков. Пышность и сластолюбие у двора его умножились, упала древняя гордость дворянская, видя себя управляема мужем хотя достойным, но из подлости произошедшим – а место ея раболепство к сему вельможе, могущему все».
В мае 1727 года «полудержавный властелин» (по меткому выражению А.С. Пушкина) Меншиков обручил свою 16-летнюю дочь Марию с внуком Петра Великого – 12-летним императором Петром II. Однако из-за болезни он, человек тогда излишне самоуверенный, не сумел противостоять влиянию своих врагов на нового российского монарха в малых летах – князей Голицыных и Долгоруковых. Началось стремительное падение влияния Меншикова при дворе и в государстве. Во главе интриги против него стоял вице-канцлер А.И. Остерман. Светлейший князь Ижорский явно недооценил своих недоброжелателей, тоже людей влиятельных.
Вскоре после получения 6 мая от юного императора (по своей подсказке) высшего полководческого звания генералиссимуса (за пять дней до этого он стал еще и полным адмиралом), 8 сентября 1727 года, светлейший князь А.Д. Меншиков был обвинен в государственной измене в пользу Швеции и хищениях казны. Первое обвинение было откровенно надумано и легко опровергалось, второе – много раз доказанное. Император Петр II отказался с ним встречаться. Это стало полным крушением честолюбивых планов всесильного фаворита двух российских венценосцев – Петра Великого и Екатерины I.
Меншиков сперва подвергается царской опале и ссылке в одно из своих имений, а потом и аресту вместе со своей семьей. Все его огромное имущество вместе с наличными деньгами было конфисковано в пользу государственной казны: 90 тысяч крепостных, 6 городов, поместья в России, Польше, Пруссии и Австрии, 5 миллионов рублей золотом, дворцы, драгоценности и многое другое.
Богатства временщика и его страсть к роскоши поражали воображение современников. Известно, что в последние годы своего правления Меншиков пристрастился к одеждам, усыпанным драгоценными камнями. Такую слабость до него «испытывали» только восточные владыки, но никак не их вельможи.
В том же, 1727 году он одним росчерком пера юного императора лишается всех чинов и званий. Высочайшей резолюцией с него и его потомства снимается княжеское достоинство. Лишать дворянства его не стали, поскольку дворянином сын царского конюха не являлся по рождению.
У генералиссимуса светлейшего князя А.Д. Меншикова, обладавшего огромным личным богатством и реальной властью, не было одного: друзей, готовых заступиться за него при дворе. Его боялись, а потому ненавидели. Существует вполне правдоподобная легенда, что одному из бывших своих подчиненных, сначала не узнавшему его, низверженный с высот власти и величия, Меншиков смиренно сказал с поклоном:
«Я теперь бедный мужик, каким я родился. Господь, возведший меня на высоту суетного величия человеческого, низвел меня в мое первобытное состояние».
Вскоре бывший временщик вместе с семьей (по настоянию все того же вице-канцлера Остермана) был сослан «бессрочно» в далекий северный сибирский острог (его даже городком назвать было нельзя) Березов Тобольской губернии (в 929 верстах от города Тобольска), где собственными руками построил для себя избу. Можно сказать, что и бесхитростная мебель в ней была сделана его же руками: в молодости он рядом с царем Петром I, умело владея топором, добротно строил корабли. Деньги для возведения избы опальный бывший светлейший князь и генералиссимус сэкономил из той мизерной суммы, которое правительство выделяло на содержание его семьи. Выделялось же в сутки по 10 рублей ассигнациями.
По пути в ссылку под Казанью, в простой крестьянской избе, от горя умерла его супруга Дарья Михайловна Арсеньева, с которой Меншиков обвенчался в 1706 году, а свадьбу сыграли позже, и прожил душа в душу два десятка лет. Его женитьбе на дочери якутского воеводы, принятой при дворе Романовых, в свое время способствовал сам Петр I. Дарья Арсеньева стала для царского фаворита такой же «походной женой», которой была для его венценосного благодетеля Екатерина I. Надо сказать, что Александр Данилович нашел в ее лице верную подругу жизни.