Алексей Широков – Снится нам трава у дома (страница 27)

— Ты не врёшь, — нападать Посланник не спешил. Видимо в полной мере ощущал своё превосходство надо мной и решил не спешить. — Удивительно. Все, кто приходил до тебя пытались меня обмануть. Но ты… почему?

— А нафига? — я пожал плечами. — Ты затащил меня сюда насильно, угрожая моей семье и родным. Я никакой силы не хотел и ввязываться в сомнительные авантюры не стремился. И хочу только одного — вернуться домой, к матери, своим девочкам и сестрёнкам. Так что давай, крути шарманку и открывай двери.

— Ты серьёзно думаешь, что я тебя выпущу, после всего что ты сделал? — опешил недоделанный назгул. — Я, конечно, видал наглецов, но таких в первый раз.

— Это значит нет? — дёргаться и психовать я не видел смысла. — Ладно. Тогда я сяду тут и буду ждать. Ну или смахнёмся насмерть и там уже кто вывезет. Ты же уже понял, что твои пилюли я не принимал и воздействовать на меня у тебя не получится? Думаешь, я не заметил, чем ты занимался с тех пор как я вошёл? Хрен тебе! Обойдёшься! Так что или дерёмся, или я пообедаю. А то с утра ношусь как угорелый, с этим старым хрычём спорю, а во рту маковой росинки не было.

— Ты псих! — восхитился Посланник, глядя как я достаю из кольца увесистый свёрток. — Ты же практик!!! У тебя есть зерновые пилюли!

— А это — я ткнул пальцем в свёрток. — Шавуха! По моему собственному рецепту, с мясом молодой кабиры, правильным соусом, капустой, маринованным лучком, огурчиками… или как там этот овощ назывался? Такой, на розовые косички похожий, но по вкусу как острые огурцы? Классная вещь, кстати, надо дома посадить. Вы, практики высоких ступеней, в своей погоне за Возвышением совсем забыли для чего вообще живёте. Пихаете в себя эти пилюли, боясь шлаков и загрязнений, занимаетесь хернёй и совсем разучились получать удовольствие от простых вещей. А вот эта шавуха… это же шедевр! Это квинтэссенция вкуса и кайфа. Ещё бы пивка или хотя бы лимонада, но тогда от удовольствия можно и вовсе крышей поехать. М-м-м-м… бофефсфенно!

— Ты самый безумный человек которого я когда-либо видел! — моё поведение настолько обескуражило недоназгула, что он даже нападать не спешил. — Я могу убить тебя в любой момент!

— Уфу, — я прожевал и проглотил кусок действительно хорошей шаурмы. — Можешь, можешь, дай пожрать. Я уже месяц нормальное не ел. У Анамеша, конечно, умеют готовить мясо, но всё это не то. А вот так, чтобы правильная консистенция, соотношение мяса, овощей, соуса. Лаваш опять. Такого у меня уже давно не было. Ты не знаешь, но там, дома, у меня целая сеть ларьков с шауромой и мы даже на союзный уровень выходить собираемся. Вот что значит пища богов!

— Это не может быть так вкусно, чтобы тратить на это последние мгновенья своей жизни. — в голосе Посланника не было уверенности. — Я ел самые изысканные блюда, приготовленные лучшими поварами-практиками. Я пил вина, достойных лишь Высших небес. Но ни одно из них не стоило того, чтобы ради этого отдать жизнь.

— Это потому что у тебя отношения к ним неправильное, — я проглотил очередной кусок шавухи. — Говорю же, ты просто разучился получать удовольствие от простых вещей. Вот Анамеш тот шарит за жизнь, поэтому и выпить не дурак и закусить. И, кстати, это не мешает ему развиваться. А всё почему? Потому что во всём нужна мера. Если ты жрёшь только зерновые пилюли, понятное дело, тебе будет казаться что мир — говно. Оно и понятно. Это то же самое что с резиновой женщиной трахаться, а потом считать что все бабы скользкие и холодные. А на самом деле они мяконькие, тёплые и с сиськами. Понял в чём разница?

— Дай сюда! — Посланник повелительно протянул руку. — Ну⁈

— В смысле дай? — я отодвинул шавуху подальше, и подумав, вообще убрал её за спину. — Дядя, ты не наглей! Это моя шавуха! Хочешь себе такую — так пойди и сделай!

— Ты будешь спорить со мной, ничтожество?!! — от фигуры оккупанта склепа дыхнуло такой запредельной жутью, что у меня чуть сердце не остановилось. А следом из его рук в меня ударили чёрные молнии, причём я не успел ни переместиться, ни защититься, и разум затмила боль просто невероятной силы. Никогда за две жизни мне не доводилось испытывать такие муки. Даже Менгеле и тот по сравнению с этим ублюдком словно пёрышком гладил. Пытка показалась мне вечностью, и когда вдруг боль пропала, я ощутил себя лежащим на камнях в позе эмбриона и подвывающим словно побитый щенок. — Когда я говорю, черви вроде тебя должны выполнять это даже ценой собственной жизни! Я могу уничтожить тебя просто щелчком пальцев! Ты мусор, смеешь перечить мне?!! Я сказал, дай её сюда!!!

— Да нормально бы попросил и всё! — я с трудом приподнялся на трясущихся руках, и вынув из кольца свёрток протянул его Посланник. — На, держи. У меня ещё есть.

— И это ты считаешь пищей богов? — урод в чёрном плаще брезгливо осмотрел весьма толстый свёрток, даже понюхал его, сморщившись ещё сильнее. — Мусор! Я пробовал такие блюда… что это? Что ты мне подсунул⁈ Сдохни, ничтожество!!!

— Надо же, сработало, — я с трудом отполз в сторону от замершего Посланника и без сил откинулся прямо на пол. — Скажи мне кто, что так можно обмануть Архонта, я бы никогда не поверил, а ведь этот ублюдок куда сильнее.

— Я тоже не верил, что у тебя что-то получится, — Хранитель гробницы обошёл Посланника, которого только что вместе со мной телепортировал из склепа, оглядывая его с явным предвкушением. — Это же бред! Да кто вообще поверит, что такой идиотский план может сработать!!!

— У нас книжка одна есть, её в школе преподают. — я не чувствовал в себе сил хотя бы двинуться с места, но мне и не нужно было, так что я просто наслаждался жизнью, развалившись на твёрдых камнях. — Я название не помню, честно говоря, мне тогда плевать было, что там пишут, но запомнил одну фразу. На всякого мудреца довольно простоты. Вы привыкли во всём оперировать техниками, энергией. Она заменила вам руки и ноги, да чего там, тела полностью. Вы больше времени проводите в состоянии духа, чем в его физическом воплощении. А это всё равно накладывает свой отпечаток на мышление, на психологию, если угодно. Но да, идея была идиотской, что уж говорить. Я даже сам в шоке, что прокатило. Тупо повезло.

— Везение — это тоже ресурс без которого практику никак нельзя. — Хранитель выдернул из рук Посланника разорванную шаурму, внутри которой скрывалась печать, затем щёлкнул пальцами и ублюдок исчез. — С ним я потом разберусь. Теперь времени у меня будет достаточно, а сейчас давай закончим с тобой.

— Как-то это звучит не очень, — я с трудом приподнялся и сел. — А разве ты можешь причинять вред наследникам?

— Наследникам нет, — оскалился старик. — Но вот претендентам на их место — вполне. И когда ты передал печать этому ничтожеству, он стал в моей воле. Как и ты, собственно, что и позволило мне выдернуть вас из склепа. А теперь говори, чего ты хочешь?!!

— Домой, — я в десятый раз повторил одно и то же. — Я тупо хочу домой.

— Домой… — причмокнул губами, словно смакуя это слово Хранитель, и сурово уставился на меня. — Ты совсем идиот⁈ У тебя есть возможность стать истинным наследником создателя гробницы, попасть в секту Верхних небес, достигнуть невероятных высот в Возвышении, а вместо этого ты хочешь… домой?

— Ага, — я с лёгкостью выдержал взгляд, — Вот это всё, оно конечно, замечательно, но как я уже сказал этому ублюдку, ни стоит ни копейки, если при этом мне придётся отказаться от семьи. От корней. От того, что сделало меня тем, кто я есть. Не скажу что мне наплевать на развитие, но всё же на мой взгляд оно вторично по сравнению с семьёй. Не построив прочный фундамент прыгать выше головы означает остаться без поддержки в самый важный момент.

— Разумно, — кивнул старик. — Но без сильной центральной фигуры семья тоже обречена на гибель!

— Ну для этого я уже достаточно силён, — я поднял руку ладонью вверх, и пыль, повинуясь моей команде собралась на ней, приняв образ оловянного солдатика. А затем превратилась в персонажа старого аниме, что я смотрел ещё в прошлой жизни. А затем в Соню. И в Лену. — К счастью, наш мир ещё молод и неопытен. Да и стоит в стороне. А к моменту когда о нём станет известно, надеюсь мы уже тоже станем сильнее.

— Надежда это самое последнее дело! — рубанул воздух Хранитель. — Практик сам формирует свою судьбу! Недаром нас называют идущими наперекор небу. Но я понял тебя. Что ж, подождать сотню, другую лет для меня не сложно, тем более что теперь у меня есть чем заняться. Держи!

— Чего? — я поймал печать. — Зачем она мне?

— Когда решишь что готов, просто возьми её и позови меня. — старик одобрительно кивнул, подтверждая свои слова. — И вот ещё.

— А это что такое? — пилюля которую я поймал, серьёзно отличалась от всех, что я видел до этого. Крупная, где-то с перепелиное яйцо, красная, покрытая узорами, она ощущалась живой. Будто я действительно держал в руках икринку неведомого существа. — Это что высиживать надо?

— Идиот! — топнул ногой Хранитель. — Это пилюля Смертных пределов! Она позволяет достичь максимального ранга Смертного предела.

— Надо же, никогда бы не подумал когда услышал её название, — хоть я ёрничал, но оценил, что за вещь попала мне в руки. — А Смертный предел это…

— То что вы называете Архонтом. — подтвердил дедок мои выводы. — Это потолок физической формы. Дальше идёт отделение души от оболочки, формирование духа. А пределом его зовут потому что выйти за него в миллион крат сложнее чем подняться до смертного максимума. Зато и возможности появляются совсем иные.