Алексей Широков – Фаворитки (страница 49)

– М-да… Признаться, я представлял его себе другим, – хмыкнул я. – Брутальнее, что ли. А тут прям «бисёнен» какой-то…

– Кто такой «бисёнен»? – спросила старшая цесаревна.

– «Красивый юноша» по-японски, – перевела сестре Нина.

– Да я это и без тебя знаю, – отмахнулась «жена». – Просто пару раз это слово в моей группе слышала, в довольно непристойном контексте. Вот и спрашиваю.

– Ну, – Зайка быстро глянула на меня. – В японской поп-культуре, нацеленной на женскую аудиторию, есть определённые стереотипы… М-м… бесит! В общем, чаще всего там подобные красавцы жарят друг друга под хвост! Так понятно…

– О… ну так понятно, – серьёзно кивнула Инна. – А к Савелию это как относится? Он же вроде бы нормальный. С таким-то гаремом…

– Ну да, – подал я голос. – Я не встречал «нормальных» парней, которые так бы пялились на других мужиков, как этот «Мрачный» на меня зырил…

– Ну, это-то немудрено! – пожала плечиками старшая цесаревна. – Мало того что ты, можно сказать его коллега… так ты ещё у него невесту увёл.

И девушка ткнула пальчиком в мгновенно покрасневшую и резко отвернувшуюся сестру.

Как оказалось, дела у нас имелись в знакомом уже по прошлым посещениям здании Дисциплинарной комиссии. А точнее в кабинете Ольги, где нас уже дожидалась хозяйка кабинета, вместе со слегка бледным Валькой-алкашом, видимо ещё не отошедшим после вчерашнего. Да… погудели мы тогда знатно, в общем – хорошо посидели, поговорили, отметили. Причём настолько знатно, благо приятель не поскупился на выпивку и закусь, что когда дело дошло-таки до пельменей, Валентин, который собственно и подвязался их варить, раз пятьдесят вздохнул и посетовал на то, что руки у него кривые и вообще – вот если бы здесь был тот, точнее та, которая могла бы показать мастер-класс…

Понятно, что девушка из магазина, нужна была ему вовсе не для готовки, а для того, чтобы… пообщаться на разные интересные темы, пока Ольга не видит. Сам я был куда как скромнее в желаниях, или, может быть, после выпитого куда как лучше его помнил, по какой именно причине мы не пригласили девчонку с собой. Но друга – не осуждал, потому как сибирячка была действительно очень даже себе ничего, а так как после выпитого, как известно, некрасивые женщины становятся красавицами – изготовительница пельменей превратилась бы, наверное, в «суперкоролеву красоты», а может быть, в кого и покруче… правда, до моих девочек – всё равно бы не дотянула.

В любом случае поезд определённо ушёл, и пришлось приятелю обходиться без сладенького, довольствуясь утехами для желудка и души. Вот видимо потому, так и не отдохнув телесно, он сейчас выглядел не очень-то хорошо, что Ольгу, впрочем, похоже, ни капли не беспокоило.

Причём оба полицейских были сегодня при параде, а при нашем появлении так и вовсе встали со своих мест. А затем произошло нечто и вовсе странное. Подойдя к нам, вместо того чтобы пожать протянутую мной руку, внезапно сначала Валька, а следом за ним и Ольга опустились на одно колено и склонили головы. Секундную немую сцену прервал немного глухой голос Валентина:

– Ваша светлость. Кузьма Васильевич. От своего лица и от моей невесты, Ольги Витальевны, милостиво просим вас принять нас под свою руку и даровать нам покровительство рода Ефимовых, коему обязуемся служить верой и правдой!

Глава 15

Стук каблуков по трапу казался неприятным. Впрочем, я прекрасно осознавал почему. Бывший деревенский паренёк – банально зажрался. Незаметно для самого – возомнил себя взрослым, а из-за силы ещё и неподконтрольным никому и ничему. Вот теперь, понятное дело, ему, то бишь мне, противно, что приходится срываться с насиженного места и лететь в Америку по повелению ректора.

Я ещё раз тяжело вздохнул и почти сразу же почувствовал, что моя спутница прижала локоть к себе, и в ухо ввинтилось тихое шипение Инны: «Шевели ногами и изображай уверенность! Нас снимают!» Оставалось только надеяться, что выгляжу гордо и непоколебимо. Чего, впрочем, лично я за собой не чувствовал, пребывая в полном раздрае.

Обидно, но, несмотря на моё настроение, взлёт борта номер два вполне протокольное мероприятие, а потому, когда мы все расселись по креслам, а Аська забралась на колени к «папочке», нас многократно общёлкали своими камерами журналисты различных изданий. Когда же настырные папарацци насытили своё любопытство и удалились, девочка прошептала мне на ухо:

– Что с тобой такое? Ты сам не свой…

– Да… – я отмахнулся в пустоту. – Зазвездился немного. Отвык, что мною вот так могут командовать…

– Это ничего. У «личинки царя»…

– Так, я не понял, что за… – услышав знакомый термин, притворно сурово посмотрел на девочку. – А, откуда у «личинки самки человека» познания в подобном сленге?

– П-ф-ф-ф! – фыркнула она, медленно поводив пальчиком по моему галстуку. – Я тебя умоляю! Если думаешь, что я на это обижусь… И вообще! Такой «феечке», как я, трудно будет обижаться на «папика», даже если он видит во мне просто «лоли»…

– Хочешь, я тебя прямо сейчас отшлёпаю? – хмуро глядя на мелкую язву, спросил я. – Журналюги ещё далеко не отошли. Будет новость номер один на сегодня.

– Ой! А похоже, мне, как «лоли», следует…

– Не беси меня без нужды, Аська!

– Да ладно, ладно… «Моралофаг» ты мой любимый… – надула мелкая щёчки. – Не ты ли мне ПМК подарил?

– Это было сегодня утром…

– И что? – удивлённо воззрилась на меня девочка. – Я залезла в Интернет и сразу же наткнулась на интересный сайт, сохранённый стартовой страницей. Не знала о таком, Ленка мне его не показывала, а на телефоне…

– Что за сайт?.. – спросил я для проформы, потому как уже знал ответ.

– Энциклопедия «Копайглубже» точка «ру», – невинно хлопая глазами, ответила Аська.

– Ден… убью гада…

– Этот человек, – гордо взмахнув головой и откинув рукой волосики с лица, заявила пигалица, – теперь находится под моей защитой! Пап, ну ты подумай, я же не маленькая девочка!

– Ты в твои десять тысяч лет когда в последний раз в зеркало смотрелась, – хмуро оглядел я «дочу», прекрасно понимая, что напиши я этому великовозрастному придурку перед поездкой на праздник к Лепестковым-Каменским письмо, вместе с переданным телефоном и просьбой, что это для дочки… то он так бы не пошутил.

Бесхозно валяющийся у меня ПМК, подаренный Федосеевым-старшим перед отправкой в колледж, я решил я отправить Денису, типа мега-убер-хакеру, и вообще, возможность контакта с которым отвоевал у того старика в Лубянском офисе КГБ. Вот и воспользовался, называется, возможностью привлечь его к себе.

А ведь как оказалось… тогда вечером мы встречались с экс-канцлером, да к тому же дедушкой сестёр Касимовых. Так что получилось, что я «в благодарность», за понимание и поддержку в вопросах нелегального бизнеса и заводика, оприходовал по полной программе одну из его любимых младшеньких внучек! А я-то ещё думал, с фига ли Сафронов упоминал их деда. Почему-то в моём последнее время разжиженном мозгу как-то сама собой зародилась уверенность, что если Ленка – протеже Нины, а Женька – протеже Инны… то, как бы это всё… А ведь они как-то упоминали, что за ними целый клан, поддерживающий семью императора и его детей, и эта информация привычно прошла мимо моего сознания.

Я быстро покосился на Мальвину, сидевшую в кресле у противоположного борта. Та, поймав мой взгляд, облизнулась, опустила глаза чуть вниз, а затем, резко запунцовев, гордо отвернулась к своему окну.

– Ась…

– М-м? – девочка оторвалась от окна, за которым уже убегала назад взлётная полоса, и посмотрела на меня.

– А ты… – я тяжело вздохнул, понимая, что этот разговор на самом деле запоздал на пару месяцев, – не злишься, что я воплотил тебя в этом мире?

– Я? – она посмотрела на меня непонимающе, а затем, приложив пальчик к губам, задумалась. – Ну… если бы я оставалась прежней… скорее всего, тебя бы возненавидела.

– Даже так? – я поморщился.

– Но! – остановила меня Ася и широко улыбнулась. – Я не та Владычица Белых Кряжей, которой была когда-то! Я, пусть и путями магии, но твоя плоть и кровь. И я тебя люблю! Как люблю и Ленку, и Нину, и Инну, и Юлю, и Андриану, и…

– Я тебя тоже люблю, милая, – я поцеловал в макушку доверчиво прижавшуюся ко мне девочку.

– Здесь так весело… совсем не то, что сидеть на злато-белом троне и ждать окончания времён! Тем более… – она, замолчав и покраснев, опустила мордочку. – Меня здесь любят, а не так как там… А теперь я встретила того мальчика. Он… Он… Пап… Мамы…

Ася повернулась к тихо подошедшей к нам после взлёта Инне и Лене.

– …Он мой будущей муж, – серьёзно произнесла девочка. – Это очень важно для всех нас. Я… чувствую это.

– И он ста… – начала старшая цесаревна, опустившаяся на колени перед нами и положившая ладошки девочке на щёчки, но я перебил её:

– Аська, знаю, что тебе на самом деле много лет и мы перед тобой младенцы, – я потрепал её волосы. – Но поверь… Если он тебе нужен, не папа и мамы должны стараться, а именно ты сама должна приложить все усилия к тому, чтобы он стал «твоим».

– Папа прав, – мягко, словно бы это была не она, улыбнулась Касимова-младшая, покосившись на Инну. – Поверь, девочки могут в этом мире очень многое.

Аська, посмотрев на неё, только скривилась и фыркнула. Ну да… У них, на удивление, были не самые хорошие взаимоотношения.