Алексей Серов – Жизнь не так коротка (страница 34)

— Помощь требуется? — утвердительно спросил Тимоха, обходя машину кругом по берегу лужи.

— Ой как требуется. Вы не поможете ли? Я в долгу не останусь, заплачу моментально.

— Да ни к чему, — отмахнулся Тимоха. — А вот… скажите… это у вас какой «Мерседес»?

— Шестисотый, — ответил мужик терпеливо. — Но сейчас он, конечно, не производит должного впечатления. Думаю, уже начал потихоньку ржаветь.

— Шестисотый, — с уважением повторил Тимоха, и, не удержавшись, спросил: — И как это вы так на нем ездите?

— Как? — удивился мужик. — Да как все.

И он для наглядности покрутил в воздухе руками, изображая руль, хотя настоящий руль был прямо перед ним. Но насколько туп вопрос, настолько нелеп и ответ.

— Или, может быть, вас интересует, как часто в меня врезаются горбато-ушастые «Запорожцы»? Могу успокоить: до сих пор ни единого случая. Ни единого. Иногда даже хочется, чтобы… но они почему-то все проезжают мимо.

Тимоха засмеялся:

— Ну вот, считайте, сподобились… Да я просто никогда раньше «шестисотого» не видел. Только слышал, читал… Вот думал иногда, кто же на таких ездит — уж больно дорогая машина-то. Не дай бог разобьешь — всю жизнь не расплатиться.

Теперь засмеялся мужик.

— Понимаю, — сказал он все так же ласково и терпеливо, — понимаю. Я тоже никак не думал, что меня занесет сюда, в лужу, в самый неподходящий момент. Дай, думаю, сверну к лесу, шишек наберу, детство вспомню. Опять-таки поля, простор, осень в русской деревне… Романтики захотелось, тонкости чувств. Вот и попался. Заманила мать-Россия, да кинула. Здесь, представьте, даже мобильный телефон не работает, какая-то теневая зона, не могу вызвать помощь…

— Вот ведь как! — с восторгом сказал Тимоха. — Вам ведь теперь без трактора не выбраться! А поздно уже, где теперь трактор найдешь? Вы бы лучше переночевали в деревне, а завтра с утра мы вашу машинку враз вытащим.

Мужик подумал, подумал… Хотел было вылезать из салона, открыл дверцу, занес ногу в дорогом сверкающем ботинке над жидкой грязью, но быстро убрал ее назад.

— Спать я могу и здесь, оружие у меня имеется, — объяснил он. — А оставлять машину не хочется. Знаете что, молодой человек, а может, вы все-таки найдете мне трактор? Я заплачу моментально, сколько скажете.

Тимоха еще раз оглядел автомобиль, почесал в затылке.

— Ждите здесь, никуда не уезжайте. Я пойду, попробую что-нибудь найти. Если получится — ваша удача, а нет — значит, нет.

— Я никуда не уеду, — клятвенно пообещал мужик. — Но вы уж постарайтесь там, скажите, что все останутся довольны.

— Ладно, — сказал Тимоха. — Постараюсь.

— Вот спасибо.

Тимоха быстро пошел назад, к деревне. Пройдя двадцать шагов, обернулся. Мужик, лениво развалившись, сидел за рулем и прикуривал сигарету. Одна его рука рассеянно свешивалась за окно, пальцы ловко выстукивали по полированному металлу какой-то легкий мотивчик. Увидев, что Тимоха смотрит на него, мужик махнул ему рукой: давай действуй, чего встал? Время, время!

И Тимоха побежал.

Трактор он рассчитывал добыть у Сереги Захарова. Серега, чтобы зря не гонять в совхозный гараж, часто оставлял «Беларусь» на ночевку под своими окнами. Да и мало ли, трактор в хозяйстве всегда пригодится. За водкой съездить или там подшабашить… Если он и сегодня поленился отогнать своего железного коня в стойло, то все в ажуре.

На подходе к дому Захаровых Тимоха немного притормозил, отдышался. Все-таки пару километров отмахал без остановки. И, судя по всему, не зря. Звук работающего двигателя обрадовал его, как неожиданный подарок. Отлично, садись и поезжай, через десять минут они будут на месте. А было уже почти темно и почти холодно. Надо быстрее вытаскивать мужика да двигать по домам.

В кабине голенастого, надрывающегося движком «Беларуся» никого не было. В окнах Захаровых горел свет. Тимоха постучал ногтем в стекло, и почти тотчас же, откинув занавеску, появилась жена Сереги. Кивком головы спросила: чего тебе?

— Серегу позови! — крикнул Тимоха женщине.

Она отрицательно покачала головой и щелкнула себя по горлу. Так, ясно.

— Я возьму трактор на полчаса! — крикнул Тимоха, стараясь переорать двигатель. — Верну на место, в целости и сохранности!

Женщина махнула рукой: бери. Тимоху здесь знали не первый день. До сих пор он никого не подводил.

Тимоха влез в кабину и весело погнал по дороге трактор, который явно обрадовался подвернувшейся работенке. Ему давно уже надоело переводить топливо вхолостую. Хозяин не глушил двигатель, потому что аккумулятор был плохой, старый, и иногда «Беларусь» жег солярку целыми ночами, так и не перевезя ни килограмма груза и не вспахав борозды.

Тимоха гнал трактор и зачем-то вспоминал историю своего переселения из города в эти тихие места.

Все началось после армии. Он только-только женился, уже в планах был ребенок, и тут грянула перестройка. По телевизору стали беспрерывно показывать какие-то странные рожи, рожи вещали о будущих плохих временах, но это было понятно и так. Раз уж допустили таких на телевидение, пиши пропало. При взгляде на ораторов Тимоху мутило. Кого-то из них ему хотелось побить, кого-то отправить на лесоповал, а других — просто утопить в нужнике.

Тимоха быстро сообразил, что жизнь в городе в смутные времена опасна. Вырубят тебе электричество, газ, не подвезут продовольствие в магазины — и все. Хоть людоедством занимайся. А смуту впереди он чувствовал аж хребтом. Появились какие-то неформалы, молодежь сбивалась в банды. На южных окраинах вдруг ни с того ни с сего возникли националисты, о которых не слыхивали со времен Гражданской войны. В общем, кому как, а Тимохе было ясно, что страна носит в своем чреве споры какой-то опасной болезни, и неизвестно, сможет ли выздороветь. Поэтому Тимоха серьезно поговорил со своей молодой женой и обрисовал ей перспективы деревенской жизни. Молоко свое, мясо свое, сурово говорил он, загибая пальцы. На всякий случай выкопаем колодец. Если нет печи — сложим. Скоро будет ребенок, о нем надо думать. Хозяйство, огород нам поможет. Обнесем дом стеной, чтоб никто не лез, посадим на цепь собаку. Купим ружье. И так будем жить. А если кто сунется… Тут Валентин сжимал кулаки и тяжело вздыхал. Что там снаружи — наплевать, говорил он потом, успокоившись. Каждый сам пусть о себе думает.

Сначала Зина спорила. Она не понимала беспокойство мужа. Наступающие перемены в стране казались ей несомненным подарком судьбы. Можно слушать музыку, читать книги и смотреть фильмы, о которых раньше и не мечтали. Да и как это может быть, чтобы электричество отключили? Такого просто не бывает. Но всегда ласковый и покладистый Тимоха тут вдруг проявил упрямство, сумел переспорить жену. И они поменяли городскую квартиру на хороший частный дом с большой русской печью. Его бывший хозяин считал сделку для себя чрезвычайно удачной и думал, что Валентин просто дурак, если уезжает из удобного города в захолустье. Тимоха проводил его с улыбкой. Можно сказать, остались друг другом довольны.

Родившийся в городе с душой селянина, Тимоха устремился туда, где чувствовал себя лучше всего. Впрочем, он, видимо, так и не стал стопроцентно своим здесь и город забыть все же не мог. Перенял кое-какие местные манеры, словечки, ходил в телогрейке и кирзовых сапогах, а в голове у него зачастую было совсем другое…

Время показало, что Тимоха был полностью прав. Даже Зина в конце концов это признала. Она быстро привыкла к деревенской жизни, хотя иногда для порядку скучала о прошлых временах, когда можно было ничего не делать, а только лежать на диване и думать, на что убить свободный вечер. Сейчас забот у нее был полон рот, но она видела в этих заботах простой необходимый смысл и уже, пожалуй, ни за что бы не согласилась поменяться обратно.

Как и планировал, Тимоха был на месте через десять минут.

Стемнело, сквозь пустоту неба проклюнулись звезды. Иномарка, освещенная изнутри мягким желтоватым светом, была до странности уместна здесь, в болоте. Словно всплыла фантастическая подводная лодка, осмотрелась, прощупала чужое пространство радаром и приготовилась к обратному пути.

Мужик открыл дверь и наполовину высунулся, приветственно размахивая руками. Вот удача, вот повезло. И так быстро! Он готов был аплодировать.

Тимоха остановил трактор у лужи, легко выпрыгнул из кабины. Зачем-то отряхнул пыль со штанов. Улыбнулся. Чувствовал себя вроде как актером на театральной сцене.

— Вот, как обещал. Добыл. Сейчас зацепим — и всего делов!

— Спасибо, дорогой товарищ! Вот не знаю, как вас звать-величать…

— Тимо… феев, Валентин, — сказал Тимоха, слегка запнувшись.

— Просто выручили вы меня, Валентин! Сколько бы я тут без вас еще куковал…

— Да ничего страшного, все нормально, — улыбался Тимоха. Он был очень доволен и даже рад, что все так благополучно обернулось. — За что цеплять-то вашу игрушку?

— Там сзади, внизу должно быть…

Вероятно, мужик и не знал толком, что там должно быть сзади внизу, потому что впервые эту великолепную машину приходилось тащить из грязи. Он все порывался вылезти из салона, делал вид, что вот сейчас схватит трос голыми руками и это самое… но почему-то не вылезал. Не хотел. Тимоха это прекрасно видел, и мужик видел, что он видит, и оба беззлобно и как-то хорошо посмеивались, так что Тимоха даже с удовольствием полез в грязь — уж если что-то начал делать, доведи это сам до конца. Да и жалко ему было обуви мужика, ну а его-то убойным говнодавам сорок пятого калибра, знал он, ничего не сделается.