Алексей Щербаков – Песня скорпионов (страница 8)
«Личное дело» стоило майору Ираклису почти всех родственников. Факультеты терапии и педиатрии в медицинском университете Майдигири были созданы по личному указу президента. После эпидемии пустынной лихорадки туда, впервые в истории Джамхиры, да и всей Джалны, смогли поступить женщины.
Семь лет назад даже косившая людей смерть не заставила хозяев допустить врачей на женскую половину, а лекарей-евнухов осталось всего четверо на весь город, они не успевали обойти и самые богатые дома. Страшная жатва помогла Ндумо добиться своего, но с условием: учиться на врачей могли лишь воспитанницы приютов – бедные сироты и подкидыши. Низшие из низших, те, кого не жаль опозорить.
Именно там, на торжественной церемонии выпуска, Ари и заметил Нгару. Заметил – и пропал. Отец пришёл в ярость: младший сын, которому он уже присмотрел в жёны дочь своего делового партнёра – разумеется, тоже альрамея, предпочёл безродную приютскую девчонку! Поняв, что Ариэль все равно сделает по-своему, глава семьи лишил его наследства и запретил переступать порог родного дома. Матери Нгара понравилась, но её голос тут ничего не решал.
Ираклис осторожно, чтобы не разбудить, погладил макушку мальчика и обернулся к жене.
– К вечеру вернусь, поедем домой вместе.
Женщина подняла глаза на мужа с надеждой:
– Мы побеждаем?
– Венды пришли. Теперь всё будет хорошо. Но…
Он замолчал на мгновение.
– Не так хорошо, как ты говоришь? – натянуто улыбнулась она.
– Я же альрамей, а мы всегда надеемся на лучшее, но готовимся к худшему. Так что слушай. Во дворе стоит машина, в ней дежурит сержант Овантунго. Знаешь его?
– Невысокий такой, лысый, со шрамом?
– Да. Оставляю его на всякий случай. Если случится что-то непредвиденное, он вывезёт тебя из города на вендскую базу на Анабоне. И не спорь! Ты – жена человека, за голову которого уммаханцы назначили сто тысяч раялов. Сама говорила, что некоторые бездельники тебя тут не любят, а значит, продадут при первой возможности. Поэтому, когда Овантунго придёт за тобой – встань и иди.
– А твои родители? – спросила Нгара.
Ариэль лишь поморщился и махнул рукой. Конечно, майор предлагал отцу укрыться на вендской базе, однако тот не стал даже разговаривать с сыном. Чего, в самом деле, бояться крупнейшему рыботорговцу Джамхиры, давно и успешно торгующему с Уммаханом? Мать же отказалась ехать без мужа. Но жену и ребёнка он спасёт любой ценой.
– Поняла?
Та кивнула. Ариэль ещё раз поцеловал её и направился к выходу. Сержант боец верный и опытный – умрёт, а семью командира в безопасное место всё равно доставит.
После недавней зачистки мятежники если и не удрали подальше, то не высовывались. Ощетинившиеся стволами бронированные грузовики одним свои видом отбивали охоту связываться, как и укрощающие кузова клешнястые страшилища. Рота не раз за считанные часы пересекала целые провинции, появлялась, где её не ждали, и наносила смертельный удар.
Единственный сюрприз преподнесла неширокая, зато глубокая и бурная речка с заковыристым названием Коммодугу-Йоббе. Река славилась сварливым характером, крутыми порогами и коварными омутами, а сегодня порадовала рухнувшим мостом, у которого встал маленький пулемётный броневичок-разведчик. Засады в чахлых кустиках по обеим сторонам дороги не просматривалось, рощица справа располагалась далеко. Зато груды камней на заброшенном карьере слева доверия не внушали, и справедливо не внушали, потому что именно оттуда и прилетело. К счастью, миномёт, а не пушка, да ещё и плохо пристрелянный. Мина рванула с недолётом.
«Скорпионы» не раз отрабатывали такое на учениях – не сплоховали и сейчас. Не заглушившие моторов машины сошли с дороги – чётные налево, нечётные направо, и разъехались в разные стороны. Два передних грузовика вместе с пушечным бронеавтомобилем «Скарабей» подъехали поближе, и солдаты посыпались с бортов, тут же прячась в рытвинах или укрываясь кто за камнями, кто за корпусом «Скарабея». Сзади торопился такой же замыкающий броневик, и шквал малокалиберных снарядов с башен обрушился на каменные завалы. Под прикрытием их огня к карьеру спешили «скорпионы». Четыре штурмовые группы с пулемётами шли двумя волнами. Первая и третья бегут, согнувшись, по высоченной выгоревшей траве, вторая и четвёртая бьют очередями по всему, что шевелится, не давая поднять голову. Потом рывок второй и четвёртой, а первая и третья прикрывают. Азбука боя, прописи, можно сказать… А это ещё что?!
Глянув на вновь поднявшуюсю третью группу, Ираклис свирепо выругался. Среди уже вплотную приблизившихся к карьеру бойцов мелькнула пёстрая рубашка. И тут же рядом грохнуло – ну как в такого попугая да гранату не кинуть? Упал! Насмерть или только задело? Нет, вскочил, побежал дальше…
Из трёх десятков боевиков уцелело только двое раненых, которые ничего не знали. Майор велел их добить и подошёл к сияющему от восторга журналисту.
– Я давно говорил тебе, что ты придурок? – меланхолично заметил Ариэль. – Если уж полез, так хоть переодеться бы мог…
– Когда? – Стереть с лица Радо переполненную восторгом улыбку можно было разве что прикладом. – Мы же прямо из дворца сюда рванули, а куртку я в гостинице оставил – вон жарища какая! Или мне с кого-то из парней одежду снимать? Ты уверен, что они бы это правильно поняли?! Да и не случится со мной ничего – сам обещал!
Когда они выбрались из предыдущей переделки, Ари и вправду подарил другу семейный талисман – маленького серебряного скорпиона на цепочке. Но не объяснять же, что его наговаривали хранить хозяина только от мечей, стрел и копий, потому что пуль и гранат тогда ещё не придумали!
– Спорящий с упрямым ишаком сам ему и уподобляется, – обречённо махнул рукой майор и, решив обрести утешение в инженерных работах, подошёл к мосту. Неприязненно оглядел дыру на месте центрального пролёта. Молча указал сержанту на повреждение, и тот рысью двинулся ко второму с конца грузовику. В отличие от прочих, за ним тащился длинный прицеп.
– Он знал, что мост взорван? – удивлённо спросил молодой гвардеец, глядя, как сапёры деловито тащат к пролому длинные дощатые щиты.
– Нет, конечно! – ухмыльнулся его бывалый товарищ. – Но был готов, что взорвут. Командир ко всему готов. В ихнем народе все такие… запасливые.
Вездесущий Нишич записал диалог в блокнот и двинулся к опасно склонившемуся над рекой дереву. Фото ремонта моста обещало выйти замечательным. Ираклис вздохнул и подозвал одного из сапёров. Не переставая следить за работой бойцов, полюбовался, как поэта и воина обвязывают верёвкой на случай, если всё же сверзится. Заметив сразу за мостом наспех зарытую яму, приказал проверить и с удовольствием узрел фугас…
На этом дорожные приключения закончились, и когда колонна въезжала в порт, Ариэль самодовольно думал, что и вправду всё предусмотрел. А потом вошёл в зал ожидания и увидел окаменевшие лица людей, сгрудившихся у чёрного рупора точки эфирного радио. Микроволчки, возникающие в заполняющем атмосферу эфире под воздействием радиоволн, распространялись с той же сверхсветовой скоростью, что и их огромные собратья, несущие корабли. И точно так же распадались, передавая последние слова президента Ндумо.
– …Я проиграл, потому что был плохим политиком, но моя совесть чиста. Все десять лет я старался сделать вашу жизнь хоть немного легче. Шахты вернулись государству, в них уже не работают дети, и доходы идут на помощь малоимущим…
«Ты восстановил против себя их бывших владельцев, а получающие подачки редко бывают благодарны, – мысленно продолжил племянник. И дополнил сам себя: – Если им постоянно не промывать мозги, внушая любовь к благодетелю».
– Женщинам даны равные права с мужчинами, а девушек никто не может продать мужу без их согласия…
«И на тебя обозлились те, кто лишился возможности бить жён и торговать дочерьми, как моей матерью…»
– Моя смерть ничего не даст врагам. Товарищи из Народного Союза пришли на помощь Джамхире. Мы всё равно победим…
Взрыв гранаты. Грохот упавшей двери. Несколько секунд невнятного шума, злобный визг: «Добить?!» Вопли: «Пусть подыхает медленно!» – «Выкинуть из окна!» – «На кол!» И уверенный голос с лёгким иностранным акцентом: «Мы что, дикари? Добей!» Выстрелы. Тишина. Наверное, одна из пуль попала в микрофон.
Люди, собравшиеся в зале, смотрели на «скорпионов», те – на своего командира.
– Приказ президента не отменён, – хриплым, чужим голосом сказал Ариэль. – Задача прежняя: встречаем вендов и вместе с ними давим мятежников.
– Ндумо уже нет! Бегите, дураки! – визгливо заорал толстяк в мундире таможенника и упал с простреленной головой. Паника сдохла, не успев родиться, гвардейцы мгновенно разошлись на посты, а остальные словно испарились. Майор аккуратно дозарядил магазин и поднялся в центральную диспетчерскую. Ясно видные в огромное окно транспорты разворачивались над посадочным полем. Ари молча отодвинул дежурного диспетчера и склонился к микрофону.
– Я, майор Ариэль Ираклис, согласно приказу президента, являюсь его полномочным преемником. Мы готовы встретить наших вендских братьев. К высадке всё подготовлено.
– Ждём приказа!
Выплюнув столь малообнадёживающие слова, динамик громкой связи снова заглох. Венды ждали на своих кораблях, джамхирийцы – в порту. Время ползло: час, два, три… Наконец аппаратура ожила: