Алексей Самсонов – Миф о «застое» (страница 89)
Известный американский политик Линдон Ларуш, бывший в администрации Рейгана одним из авторов дезинформационной программы СОИ (т. н. «звёздные войны»), так же был одним из тех сотрудников Белого дома, кто поддерживал активные и тесные контакты по вопросам военного, научного и стратегического сотрудничества с лицами соответствующего уровня в СССР во времена Брежнева и Андропова. В своём интервью Ларуш говорит о контактах Андропова с мировой закулисой. Он развеивает миф о «противостоянии» в «холодной войне», о чём пишу и я. Интервью он дал 1 ноября 1993 года в г. Рочестер, штат Миннесота, в тюрьме, куда был посажен за оппозиционную деятельность. Я специально выделил шрифтом отдельные фрагменты.
«Ларуш: Возьмём, к примеру, Россию. Я видел в 80-е годы угрозу того, что произойдет в 90-е и меня очень беспокоили 1987-й и 1988 годы. Я опасался последствий деятельности Андропова и затем Горбачёва. Я переживал из-за того, что эти идиоты на Западе воображали, будто бы проводимая этими лидерами либерализация есть уже само по себе всё, что необходимо для хорошего результата. А я видел, что они просто разыграют комбинацию из худших качеств коммунистической и западной систем. И у меня было ужасное ощущение, что Ким Филби выполняет задание британской разведки, обучая Андропова». Не исключено, что «Том» был масоном [106; с. 212] (см. также мою книгу «Кто выиграл Вторую мировую войну», гл. 6, раздел «Филби и другие “двойники”»).
Обратимся к книге Энтони Саттона. Он пишет, что вскоре после избрания Андропова Генсеком, Аверелл Гарриман, член «Черепа и Костей», встречался с ним в Москве в июне 1983 года [296; с. 245]. В то время Гарриман не занимал никаких государственных должностей, а был частным лицом. Может ли простой американец, пенсионер, по собственному желанию встретиться с советским руководителем? Может, если он – член «Черепа и Костей». И далее: «Очевидно, что Юрий Андропов там в Москве, знает, кто держит карты» [296; с. 48].
Показательно, что после этой встречи карьера Горбачёва стала развиваться стремительно. Как тут не вспомнить его частые контакты с президентом Рейганом и вице-президентом, бывшем директором ЦРУ Бушем, которые были членами «Черепа и Костей».
«По утверждению венгерских газет, Андропов был масоном. Сообщение об этом появилось в крупном американском журнале “Атлантик ревю” за две недели до смерти советского руководителя – единственного главы СССР (если не считать, конечно, Горбачёва), о ком доброжелательно отзывались на Западе»
Далее. В СССР официальные научные исследования масонства, выходящие за рамки XVIII века, не допускались [103; с. 205]. Автор книги, О. Соловьёв, испытал этот запрет на себе, не получив разрешения на издание работы по истории русского масонства до 1917-го года. Причём оказалось, что запрет исходил от самого Андропова [103; с. 205]. Возможно, Андропов согласовал свой запрет с главным идеологом – масоном Сусловым [90; с. 263]. Да, я тоже не видел в книжных магазинах книг о масонстве как в России, так и за рубежом.
Другими словами, масонство в России было только в XVIII веке и было ликвидировано с разгромом восстания декабристов. А дальше была «классовая борьба». Считалось, что и у Февраля, и у Октября были некие «объективные причины». Этому бреду и сегодня учат в школах. Понятно, что ни о каких «масонах» и «орденах» не может быть и речи.
Например, при очередной встрече с руководством КГБ главный редактор «Литературной газеты» А. Чаковский попросил помочь с материалами о масонах в СССР. «А у нас масонов нет», – последовал ответ. Как выяснилось, в КГБ этой темой не занимались.
Думаю, Чаковский не просто так задал этот вопрос – он, видимо, знал, что в СССР масоны есть.
В 1972 г. исследователь масонства В. Старцев принёс в издательство «Наука» рукопись книги «Загадка “Астреи”», но получил отказ [258; с. 275]. Даже такой «свой человек» как Эрнст Генри не смог опубликовать в том же году статью «Эволюция международного масонства», которая уже была сдана в набор. Он смог опубликовать её только в сборнике в 1976 году [258; с. 275–76].
В 1980 г. в самиздате появилась книга А. Иванова «Логика кошмара». В ней автор утверждал, что в 1953 г. в стране произошёл масонский переворот. Книга была изъята, а автор был осужден [258; с. 278]. Помните слова Пастернака о «новых ложах»?
О его связях с венским Институтом Гвишиани я уже говорил.
Итак, в 1951-м, Второго секретаря ЦК КП Карелии переводят инструктором ЦК. Перевод осуществляется явно не без участия Секретаря ЦК Куусинена. В ЦК Куусинен курировал вопросы, связанные с отношениями с зарубежными компартиями. О том, что их руководство было масонским, я писал (см. книгу «Кто выиграл во Второй мировой войне», гл. 11, раздел «Сионизм и масонство в Восточной Европе»).
Андропову было поручено курировать Северо-Западный регион РСФСР. Весной 1953 года Андропова переводят в МИД в Четвёртый Европейский отдел, курировавший соцстраны Восточной Европы. Ясно, что не без помощи Куусинена Андропова назначают послом в Венгрию, где Хрущёв и Тито готовят революцию.
В 1957 Андропова отзывают из Венгрии (сделал дело!) и назначают зав. отделом ЦК, курировавшим соцстраны (готовить революции у «союзников»!) Его непосредственным начальником стал Куусинен. С 1961 г. он член ЦК. В 1962 г. избирается Секретарём ЦК по международным вопросам. То есть назначается на должность, которую ранее занимал Куусинен. 19 мая 1967 года Андропова, по настоянию «архитектора реформы» Косыгина, назначают Председателем КГБ [фильм «Юрий Андропов», ОРТ, декабрь 2003]. Это выдвижение поддержал Суслов. В том же году начальником Управления кадров КГБ Андропов назначает Виктора Михайловича Чебрикова.
Советники Андропова
Итак, в 1962 г. Андропов «избирается» – т. е. назначается Секретарём ЦК по международным вопросам (Отдел соцстран). Он формирует вокруг себя коллектив консультантов, личные данные которых весьма своеобразны. В эту группу входили Бурлацкий (руководитель группы консультантов, ему принадлежит термин «развитой социализм» [358; с. 94]), Арбатов, Бовин, Шахназаров, Бурлацкий, Богомолов, Вольский и Примаков.
В 2007 г. издательство «Аст» издало книгу А. Колесникова «Спичрайтеры». Вот, например, на стр. 121 он пишет: «В главном, в принципиальном спичрайтеры, консультанты, советники вождей были правы: немного раскачать систему, мощную и тяжеловесную, как дом сталинской архитектуры, можно было не столько снизу, сколько сверху, то есть почти исключительно методом стимуляции её интеллектуальной эволюции, исходящей от “пятой колонны” внутри серого здания на Старой площади». То есть «пятая колонна» со Старой площади постепенно «раскачивала систему». «Они были теми самыми “детьми XX съезда”, “шестидесятниками”» [358; с. 55].
Советник Брежнева Александр Мурзин говорил: «Некоторые спичрайтеры называли себя “легальными диссидентами”. Мол, мы в отличие от обычных диссидентов, не ходили с плакатами, от которых толку никакого. Зато могли, хоть на сантиметры, продвигать изменения в стране. Хотя это ж такая непробиваемая стена» [358; с. 54].
Главный редактор «Комсомольской правды» Борис Панкин вспоминал слова Эрнста Неизвестного: «Нигде не видел сразу столько антисоветчиков, как в ЦК» [358; с. 60].
Предложение создать группу советников в Отделе соц-стран Фёдору Бурлацкому сделал, по поручению Андропова, его зам. Лев Толкунов (будущий главный редактор «Известий»).
Бурлацкий: «Мне очень импонировала мысль собрать группу интеллигентных людей и оказывать влияние на реформы в стране» [358; с. 102].
А вот как Колесников описывает суть «интеллектуальных групп», разрабатывавших программы партии, доклады, реформы и т. д.: «Поначалу же консультантские новообразования скорее напоминали масонские ложи внутри “ленинского ЦК”, нежели новый аппаратный институт» [358; с. 102]. Сборище консультантов, напоминающее масонскую ложу! Фамилии в неё входивших были Бовин, Шахназаров, Арбатов, Александров-Агентов и т. д. Мы стоим перед фактом, что некие лица создают внутри «ленинского ЦК» масонскую ложу и пишут программы партии, Конституцию СССР (вся её преамбула принадлежала А. Бовину [358; с. 81]), доклады Брежневу… В неё, видимо, входили и другие секретари и помощники.
Как видим, в газеты и в доклады «консультанты» писали правильные статьи, а сами, тем временем, втайне проводили политику по «раскачиванию системы», согласованную с зарубежными центрами. Что это как не заговор? Так кто был влиятельнее: Брежнев или «советники» – члены ложи?
Андропов требовал от «консультантов» жёсткой конспирации. Например, Георгий Шахназаров писал: «Этика служебных отношений на Старой площади исключала нанесение ортодоксальных мыслей на бумагу… Свой первый урок в этом отношении я получил, когда направил Юрию Владимировичу предложения Роя Медведева о радикальной демократизации нашего общества. Записка вернулась ко мне с резолюцией: “Надо заниматься решением задач Отдела”. А при личной встрече Юрий Владимирович сурово отчитал меня за неосторожность: “Хочешь со мной поговорить о таких вещах – заходи”» [358; с. 107]. Как видим, никаких бумаг, всё надо делать в тайне. Ясно, что и в архивах нет ничего, что бы помогло написать правильную историю.