Алексей Рутенбург – Заметки поглощённого тьмой (страница 5)
Мужчина в шортах, напевая что-то похожее на детскую песенку, зашёл за спину пленника и остановился.
У связанного молодого человека в одно мгновение тело покрылось мурашками. Затаив дыхание и глядя перед собой, он боялся пошевелиться. Он чувствовал тяжёлое дыхание мучителя на своей шее, но больше всего его пугало, когда незнакомец посылал лёгкий и прохладный поток воздуха в его затылок. Внутренняя пружина сжалась до предела, готовая вырваться в эмоциональном взрыве. Привязанный зажмурил глаза, его лицо приняло вид мучительного ожидания внезапной атаки сзади, которую он никак не мог предотвратить. Оставалось только ждать. Напряжение нарастало, словно над головой занесли топор. Пленник чувствовал устрашающее тепло позади себя и боялся пошевельнуться. Ожидание затянулось, парень, лишённый свободы, сглотнул скопившуюся слюну и, не поворачиваясь, дрожащим голосом взвыл.
– Что ты собираешься делать?! – слезы пробились сквозь зажмуренные веки, адские сети сковали приговоренного, и надрывный крик был лишь вопросом времени.
– Отпустить вас – с той же пугающей интонацией ответил мучитель.
«Плохой футболист
Не успел за мячом.
Наверное, жалко ему…
СВОИХ НОГ!»
Садист прокричал последнюю строчку шуточного четверостишья и резко ударил связанного в левое колено. Получив удар, несчастный вскрикнул и застонал.
Легко отделался… Это было не самое страшное, и страдалец прекрасно это понимал. В прошлую их встречу, когда незнакомец напевал что-то про бархатные плечи своей возлюбленной, пленнику повезло куда меньше. Зафиксировав свою жертву, мерзавец медленно оттягивал кожу на плечах и срезал её небольшим ножичком. Поэтому даже прямой удар в колено – не самое больное и страшное, на что был способен этот монстр. Он мог оттяпать ногу просто ради забавы или вонзить в неё нож, провернув лезвие, чтобы рана не закрывалась. Пленник трясся, рыдал и выл, его жизнь была на волоске, и право выбора – резать этот волосок или нет – принадлежало больному на голову безжалостному ублюдку.
«Просила она отпустить,
Но курица без головы
НЕ МОЖЕТ ДОЛГО ЖИТЬ»
Яростно прокричав последние слова, мужчина молниеносно схватил со стола мачете, поднял за волосы голову кричащего пленника и решительным ударом срубил ножку стула…
Связанный вопил без остановки с момента окончания стишка и до падения. Он не выдержал, когда его схватили за волосы и он слышал скрежет железа. Всё это наложилось друг на друга и вылилось в воображении в ужасающе жуткую для него картину, как садист хлесткими ударами будет отрубать голову. Но несчастный опять… всего лишь упал.
Пленник лежал и ныл: его снова обманули. Он дёргался в луже собственной мочи и крови, уже не понимая, чего хочет: чтобы его мучения быстрее кончились и садист уже убил его наконец, или чтобы всё же нашёлся хоть какой-нибудь малейший шанс выйти из этого подвала живым…
О, дивный мир. Прекрасный вечер для прогулки и рассуждений. Кто ему нужен сегодня? Даже он не знает ответа на этот вопрос. Просто будет слушать своё сердце, оно укажет счастливчика. Электрический свет продолжает день – для чего же ещё он был создан? Люди издавна старались озарить тьму в надежде, что искусственный свет будет отпугивать диких зверей. Просто-напросто отсутствие света вызывало в них неподдельный, животный, пробирающий до мозга костей страх, и людям нужно было создать себе спасителя. Более того, большинство хищников охотится именно по ночам. Сколько всего происходит во тьме, там, где не видно? Возможно, против зверей свет и помогает, но что если кровожадного охотника умело прячет в себе человек? Он не испугается огня или лампочки и может напасть неожиданно, стремительно, нагло как ночью, так и днём…
Изысканная подсветка архитектурных сооружений, только ярче подчёркивает рукотворные шедевры и заставляет влюбляться в этот мир снова и снова. По-летнему тёплый, слегка прохладный ветерок, суета…
В самое жаркое время года город оживает только после полуночи. Не обходится и без светских мероприятий. Для работяг и молодёжи существуют кинотеатры и концерты – сфера развлечения для черни, так сказать. Но ведь никто не отменял праздники для сливок общества! Голубая кровь… Она также была ему по вкусу, хотя на вид, запах, цвет она такая же, как и у любого другого человека. Сердца их точь-в-точь такие же, как и у той черни, ну может, только чуть дольше пробьются из-за дорогостоящих операций и подобающего ухода, которые не по карману простым смертным.
Роскошный приём, шампанское, вино, мартини, живая музыка, танцы, смех – бал-маскарад разыгрывался во всём величии. Его любимый праздник. Из массы чёрных привилегированных личностей, старавшихся изо всех сил скрыть свои лица под нелепыми личинами, выбивался высокий мужчина в белых брюках, рубашке и в чёрном пиджаке. Он единственный был без маски, единственный не собирался прятать себя. Он и так всю жизнь скрывает свою сущность. Его лицо уже как маска. Он – интеллигентный, статный джентльмен, пожиратель дамских сердец, повадками и манерами ничем не выбивающийся из толпы и, как все, имеющий свои секреты. Но его секреты… они смертельно опасны для других. Так он изо всех сил и написал, как гениальный художник, свой образ: жизнь, манеры, работа, любовные увлечения – всё это ни что иное, как продуманная до мелочей маскировка. Даже слегка растрепавшиеся в разные стороны светлые волосы придавали некоторый фарс его виду, а чёрные зрачки (казалось, в них не отражался свет) словно съедали все лучи, падавшие на них. Не оставался без внимания и нездоровый, синий цвет губ, который никак не гармонировал с его образом.
Он не просто ходил – скользил, словно привидение, не издавая ни единого лишнего звука, сквозь толпу пузатых богатеев и их расфуфыренных подруг. Ему явно было здесь не место, незнакомец всем видом протестовал против того общества, в котором сейчас находился.
Тело мужчины прожигали направленные, удивлённые взгляды. Его обсуждали, за считанные минуты придумали сотни разных версий и легенд о нём. Но незнакомец не чувствовал дискомфорта, а напротив – испытывал только лёгкую щекотку в области горящей груди от предвкушения развязки вечеринки. Ему нравилось быть в центре внимания. Нет, он был тщеславен, не был самовлюблённым нарциссом. Причина была в другом: он был на охоте, на своей охоте… Его не интересовал съём на ночь или что-то подобное, но ему нужно было убедить собравшихся в обратном.
Ирония: сейчас все смотрят на него, презрительно фыркая, делают заведомо аутсайдером, хотя понятия не имеют, что уже пляшут под дудку ловкого кукловода. Пока ваши взгляды прикованы к нему, где-то планируется или уже совершается преступление – вот и весь ответ, весь фокус.
Услышав в дальнем углу соседней комнаты зачатки ссоры, мужчина остановился на полпути, поднял с ближайшего подноса бокал шампанского и стал наблюдать за происходящим на расстоянии. Потягивая напиток, он всё больше погружался в новый открытый для него сюжет и становился свидетелем разгорающейся ссоры: жирный, короткостриженый боров, лет пятидесяти в дорогостоящем костюме с жаром спорил с прекрасной молодой рыжеволосой девушкой в тёмно-синем вечернем платье. Она явно была младше собеседника лет на двадцать, а может и больше, но из разговора стал очевиден тот факт, что пара есть муж и жена, у которых есть общая дочь.
Нельзя ссориться при людях, почему нельзя обсудить накопившуюся печаль и боль между собой?
Вот она: подходит по всем параметрам. Глаза мужчины загорелись, он стал еле слышно бормотать себе под нос:
«Да здравствует наш
Любимый праздник…»
Незнакомец оглянулся, на ходу продумывая дальнейшие действия. Слева от него находились две дамы, яро обсуждающие свои невероятно важные темы, и мужчина молча расположился рядом с ними.
Окончательно разругавшись с мужем, девушка направилась к выходу. Путь её, к несчастью, лежал через помещение, из которого за ней наблюдал наш герой. «Нет, нельзя просто подойти и начать разговор, это может спугнуть» – словно выстаивая стратегию, размышлял он. Она должна сама обратить на него внимание. Более того окружение также должно сыграть свою роль, но привлечь их нужно иным происшествием.
Мысли в голове забегали с невероятной скоростью, отражаясь от стенок и встречаясь друг с другом. Превосходно!
Дамы и мужчина стояли почти вплотную у окна. Незнакомец приподнял бокал на уровень глаз и посмотрел на комнату через пузырчатую, веселящую жидкость. «Гадкий напиток, но ты мне поможешь» – подумал он и аккуратно приблизился к беседующей паре женщин. Трогать их не стоит, а вот…, за одной из девушек, на подоконнике мужчина расположил свой бокал таким образом, что поток лёгкого воздуха или случайное неловкое движение могли бы его уронить. После этого мужчина отошёл на пару шагов и начал ждать. Всё дело в моменте, важна каждая деталь.
Дамы разговаривали, музыка играла, девушка в синем платье приближалась всё ближе. Всё готово. Терпение, мой друг… Тише… Тише…
Девушка почти подошла, до неё меньше метра, мужчина рукой откинул растрёпанные волосы на бок, слегка повернул голову в сторону беседующих дам и громко кашлянул, к его счастью, за секунду до этого музыканты перестали играть и люди вскинули руки, чтобы излиться в овациях. На кашель одна из дам рефлекторно слегка повернулась и этого оказалось достаточно – локтем она задела бокал и пролила на своё платье его содержимое, естественно издав неожиданный крик, да и потом изливаясь в воплях и возмущениях по своему испачканному, мокрому, дорогому, любимому платью. На крик мужчина на секунду повернул голову на них, и девушка в синем платье подняла глаза в ту же сторону, правда женщин она не увидела, потому что он грамотно встал на линию огня. Она ещё не успела убрать взгляд, а вот злой гений моментально отреагировав, повернулся и слегка улыбнувшись впился ей в глаза. Они встретились взглядами. Девушка замялась, мужчина слегка улыбнулся, партия удалась. Она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого расплылась в улыбке.