Алексей Рутенбург – О камнях и судьбах (страница 5)

– А ты не хотела бы освежить воспоминания и составить мне компанию? – Предложил Тацуми.

– Я не знаю, – дёрнулась девушка.

– Хорошая идея, – подхватила Мамоко, – а то ты какая-то рассеянная последние дни. Надо тебе горным воздухом подышать, да перезагрузиться немного.

– Ну, я…, – застеснялась девушка.

– Время быть творцом своей судьбы, – улыбнулся Хэйдо. – Ты ведь чертовски хочешь согласиться. Одно моё упоминание про горы Тайга Тейру взбудоражили тебя.

– Но как я…, – начала было Йоко.

– На поезде. Я возьму нам билеты, – ответил Тацуми.

– Нет, я про…, – пыталась она что-то сказать.

– А там пешком, – поспешил проговорить доктор. – Не люблю все эти экскурсии на джипах и с помощью других приспособлений. Лучше прочувствовать всё своими ножками.

– Ладно, – согласилась девушка.

– Ты не пожалеешь, – улыбнулся Хэйдо. – Плакать будешь от счастья, и возвращаться не захочешь.

***

Они молча ехали в поезде. 6 утра. Солнца ещё не проснулось. Огни большого города провожали их в добрый путь своим приметным сиянием, и прохладный воздух заставлял задуматься о реализации их затеи.

– В 6:40 рассвет, а там теплеть будет с каждой минутой, – успокаивал девушку Хэйдо.

Так и произошло. Через два часа они уже рассматривали горы через окно и грелись от тёплого солнца.

– Тацуми, можно задать вопрос? –Йоко нарушила тишину. Потребовалось много времени, чтобы девушка вновь начала привыкать к своему спутнику. Перестала чувствовать себя неловко.

– Задавай, – согласился доктор.

– Я заметила, что на работе ты часто слушаешь классическую музыку, а дома, когда я была у тебя, ты слушал более современную, –Йоко не смогла сформулировать до конца свою мысль, потому что сильно переживала.

– Мне нравится очень много разной музыки. Классическая помогает мне быть сконцентрированным и держит меня, можно сказать, в узде рабочего настроения. Все свои операции я провожу только под неё. Она помогает мне скинуть излишнее, ненужное волнение, и в тоже время помогает ясно мыслить. В выходные я не думаю о работе, потому что для того, чтобы по-настоящему отдохнуть от своего ремесла – нужно про него забыть. Так ты дольше сохраняешь работоспособность.

– Интересная у тебя философия, – проговорила Йоко.

– Пользуйся, если это тебе поможет, – улыбнулся он.

После этого они пили зелёный чай и смеялись над потешными историями друг друга.

Йоко понемногу привыкала вновь находиться в окружении Тацуми Хэйдо. С каждой секундой она расслаблялась и уже была счастлива, что согласилась на эту поездку.

***

Горы заставили Йоко улыбаться самой искренней и излучающей счастье улыбкой. Такая тёплая близость к детству заставила девушку раскрыться, словно цветки сакуры. Яркое солнце, властвующее уже несколько часов, приятно грело и слегка ослепляло. Чем выше парочка поднималась в горы, тем больше они ощущали чувство свободы и выход скопившейся внутри них энергии. Тацуми был рад глядя на Йоко. Он думал, что ради этих мгновений уже стояло затевать эту поездку. «Ей, как и мне, всё-таки необходимо выбираться на природу. В большом городе она как тигр в клетке. Пусть она и стремилась к жизни в каменных джунглях, но в её крови всё ещё плещется дикая горная река и воют лесные звери. Ни один ресторан не заменит ей завтрака у костра рядом с озером. Ни один транспорт не даст того, что она получает, когда руками и ногами цепляется за корни и землю, чтобы покорить очередную вершину».

– Ещё немного и будет видно водопад, – тяжело дыша, объявила девушка и без промедления продвинулась дальше. Тацуми от жары уже успел снять куртку и повязать себе на пояс, чтобы она не мешала двигаться. Теперь он оставался только в оранжевом, приятно прилегающем к телу, бадлоне.

Поднявшись чуть выше, Хэйдо застал девушку. Она сидела на камне на туристической пенке, которая с помощью резинок держалась на её бёдрах, и смотрела вдаль. С горы открывался живописный вид на лес, горные рельефы и водопад чуть вдали справа. Воздух слегка обжигал, а вода казалась самым вкусным напитком в мире.

– Ты в хорошей форме, – улыбнулась Йоко.

– Я люблю бегать, – парировал Тацуми и посмотрел, как тяжело дышит девушка относительно него.

– Раньше я так не уставала, – засмеялась Йоко, ей было не отдышаться.

– Раньше горы казались выше, преодолевать их было легче, и усталости было меньше. В детстве мы слишком шустры и активны, с возрастом не стоит забрасывать банальную физическую активность и природное любопытство. Так и состариться недалеко, – говорил Тацуми, не отрываясь от водопада вдалеке. Мыслями он уже стоял на камнях прямо в его объятиях и, вдыхая запах живой воды под звуки умирающих об скалы капель, освобождал своё сознание от всего лишнего, что мешало ему жить. А Тацуми очень многое считал лишним.

Девушка снова загрустила. Хэйдо заметил это и поставил на землю перед собой свою сумку.

– Думаю, дальше необязательно идти. Это место подойдёт, – объявил он, но Йоко его не слушала.

Мужчина снял с пояса повязанную на тело куртку, свернул и убрал в сумку. Попил немного воды, поставил таймер через два часа и сел на землю. Выпрямил спину и начал глубоко дышать, представляя как в его сознании, бамбуковые палочки выстраиваются в цифры. Он глубоко в своём пустом разуме считал и думал только о цифрах. Первый счёт от одного до пяти он представлял, как бамбуковые палочки создают в его воображении единицу. С каждым разом он замечал всё больше деталей в одной и той же цифре. Следующий счёт от одного до пяти он думал о двойке, и так это продолжалось, пока он не увидел на закрытых шторах век огненную, яркую, отчётливую пятёрку. Дышал он всегда с одной скоростью, не ускоряясь и не замедляясь. Это было необходимо, чтобы почувствовать лёгкое покалывание по всему телу и приятную лёгкость.

Теперь Тацуми был лёгким, что перо орла, смотрящего в воду чистой горной реки, спокойным, что сама вода, и диким, что гепард, готовившийся к смертельному забегу. «Моя природа – это мой дом», думал Тацуми Хэйдо и чувствовал он сейчас также. Он наконец-то свободен.

– Когда я была маленькой, – неожиданно начала Йоко, сколько времени прошло? Пять минут, а может целая вечность. Для Тацуми время перестало, что-либо значить. Он был во власти горного воздуха и капель воды далёкого водопада. Теперь он без труда мог их слышать и понимать, что расстояние тоже ничего не значит. Если бы он захотел, он мог бы прочитать мысли Кагосимы, находящегося во многих километрах от него.

– Я поступила очень плохо, – продолжала Йоко. – Это произошло здесь. Мы с девочками отправились в горы Тайга Тейру, чтобы поиграть. Мы очень любили это место. Я не помню, играли мы в прятки или догонялки. Это неважно. Важно то, что случилось, – девушка замолчала.

Тацуми слышал её, но она была внутри него, а не снаружи. Она говорила в его лёгких, в его желудке, в его глазах, в его сердце и голове. Он был, что мембрана, которую приводят в движение любые звуки, и пока он не услышит звуки своего таймера, он не нарушит это чувство.

– Я спряталась от своих подруг между камнями и сидела тихо-тихо. Я не шевелилась, чтобы не издавать ни звука и дольше оставаться незамеченной. И неожиданно я почувствовала, как леденящий ужас сковал моё тело. Под моими ногами проползала змея. Она дотрагивалась до моих ног, но, к счастью, не собиралась обвивать меня и оставаться со мной надолго. Нас с детства учили распознавать ядовитых и неопасных змей. Эта была безопасной, но мне было жутко страшно. Я боялась не яда, я боялась укуса. Дети не всегда понимают, что такое яд, я боялась ощутить резкую, точечную боль.

Я услышала, как кто-то подходит к тому месту, где я пряталась. Эта была моя подруга, она приговаривала, что сейчас найдёт кого-то. Я должна была предупредить её об опасности, но дикий ужас сжал мне горло. Ужас не давал мне вымолвить ни слова.

Я видела, как моя подруга резко рукой откинула кусты, видела, как змея молниеносным броском атаковала её в эту руку. Я слышала, как она закричала и заплакала. На шум сбежались остальные девочки, я продолжала сидеть и не шевелиться, змея ретировалась с места преступления. Говорили, что я была бледная от ужаса и даже, когда меня пытались поднять, я боялась пошевелиться. Я поступила ужасно, что не предупредила подругу, но я ничего не могла с собой поделать, –Йоко посмотрела на Тацуми и увидела его безмятежное и умиротворённое лицо. Он, конечно, слышал её, даже по-своему смог представить и более того ощутить. Сейчас он был покорной частицей природы и ощущал, что понимает, о чём думала та змея.

– Ты не слушал меня, – вздохнула Йоко и улыбнулась. Хэйдо не видел этого, но он чётко слышал выдох, смешок, ему казалось, что он почувствовал даже, как дёрнулся лицевой нерв у девушки.

– Я всё слышал, – ответил он с придыханием максимально расслаблено.

– Что ты скажешь? – Спросила она.

– Ничего.

– Я должна была…, – начала Йоко.

– Перестань мучить себя. Сбрось этот груз с души. Очень тяжело жить, копя и волоча за собою груз из сотен камней.

– Но…, – попыталась перечить ему девушка.

– Змея не несла смерть. Ты больше боли ощутила, допустив то, что она укусила твою подругу, а не тебя. Та боль моментальная, ты же свою ощущаешь с самого детства. Эта боль повлияла на то, каким человеком ты стала. Та боль была тебе наукой, а все эти годы тяжкой карой. Хватит нести в своей жизненной сумке этот камень. Брось его в воду горного водопада Тайга Тейру и ощути, что жить без него станет легче. Не бойся простить себя. Это не эгоизм, это суть природы. Ты достаточно долго уничтожала себя внутри. Прекрати.