Алексей Рутенбург – О камнях и судьбах (страница 14)

И уже всё кончено и бесполезно, но товарищи в масках, халатах не желают опускать руки, и продолжают бороться. Вот оно – эмоциональное дно, полное опустошение. Всё это испытал Тацуми Хэйдо. Душ из холодного пота по всему телу. Слабость внутри, жжение в кончиках пальцев. Тяжелое гудение в голове.

А после собрать себя по частицам, словно разбитую фарфоровую чашу, чтобы со всего маху разбиться вновь. Тяжёлые шаги, потеря в пространстве. Подойти к ожидающим чуда людям, убрать руки в карманы, чтобы там незаметно для всех сжать их в кулаки и почувствовать, как ногти впиваются в ладони до крови. Шаг замедляется. «Они же ничего не знают. Они ещё верят и надеются, что всё будет…. Но ничего уже не может быть».

Вдохнуть полной грудью, не стоит лишний раз моргать, иначе сам закроешь глаза и уже будешь не в силах их разжать. Представиться и, ощущая груз, считая себя виновным, прятать страшные слова за термины, что понятны немногим. Конечно, они ничего не понимают, но чувствуют, что что-то не так. Потом слёзы, а ты стоишь и глазами аккуратно смотришь по сторонам, словно ищешь укрытие. Лучше бы оскорбили, но нет. Только слёзы, а ты остаёшься наедине со своей совестью перед скорбящими людьми.

***

Йоко в приподнятом настроение пришла на работу, но все были молчаливы, зажаты, закрыты. Лица Мамоко и Кагосимы как античные маски. Никаких эмоций. В них вообще ничего. Старшая медсестра что-то считает и пишет. Кагосима вообще скрылся с глаз долой. «Наверное, так на них влияет осень», – подумала маленькая хрупкая Йоко.

– Мамоко, а я принесла с собой вкусных пирожных. Попьём сегодня чай с ними? – Попыталась поделиться своим позитивом молодая медсестра.

– Позже, дорогая. Иди, занимайся работой, – устало ответила женщина.

– Конечно, я поняла, – девушка осознала, что сейчас не до смеха.

И всё вроде бы пошло своим чередом. «Мамоко сейчас лучше не трогать. Она какая-то серьёзная». Мимо пробегал Кагосима.

– Постой, – попросила Йоко и подошла к нему. – Слушай, а Тацуми уже пришёл?

«Да, что происходит? И этот махнул рукой и дальше куда-то поспешил. Даже не поздоровался».

Девушка больше часа варилась в собственных мыслях. Наконец, когда у неё выдалась свободная минутка, она осмелилась подойти к старшей медсестре и спросить напрямую, что происходит. К счастью, там же в тот момент обитал и Кагосима, а Тацуми всё нигде не было видно.

– Что происходит? – Тихо спросила Йоко. – Где Тацуми?

Кагосима и Мамоко печально посмотрели на неё. Они молчали. От этой тишины можно было рехнуться.

– Тацуми сегодня дежурил, – начала Мамоко.

– А, – кивнула головой девушка, – так он отдыхает после ночного дежурства?

– Нет, – холодно ответила женщина.

– На «скорой» сегодня ночью доставили мужчину, – встрял в разговор Кагосима. Снова в воздухе зависла тишина и тяжёлое напряжение.

– И? – Вопросительно протянула Йоко.

– В общем, у Хэйдо на операционном столе скончался пациент. Не перенёс операции, –Кагосима не хотел вообще говорить об этом, а долго размусоливать это и подавно.

– Где Тацуми? – Уже чуть ли не плача, осознав произошедший ужас, спросила девушка.

– Скорее всего, дома. Я никогда его таким раньше не видел. Он постарел лет на десять за одну эту ночь, – ответил Кагосима.

– Боюсь, мы можем больше его не увидеть, – произнесла Мамоко.

– Что ты такое говоришь? Его не могут взять и уволить. Он ведь, скорее всего, сделал всё возможное. Он ведь отличный специалист, – протестовала Йоко.

– Дело не в этом. Ты ещё молода, работаешь здесь совсем недолго, а я здесь уже двадцать лет и видела, как ломаются люди. Тацуми прекрасный человек, он очень хороший, добрый, но он слишком эмоционален. Вспомни, как он переживал, когда не мог помочь своему пациенту из-за того, что не успел бы приехать. Он всегда стремится всем помочь, но не бросается с головой в чужие проблемы, а делает это очень аккуратно и, даже можно сказать, деликатно. Сейчас же, на операционном столе под его рукой умер человек. И Тацуми…, – Мамоко замолчала не в силах продолжать.

– Для него это страшный удар, – договорил за неё Кагосима.

– Добрый день, друзья, – перед ними неожиданно возник Сейдо. – Не подскажите, где я могу найти Тацуми?

– Его сегодня не будет, – ответила Мамоко. – Ему что-то передать?

– О, благодарю, но такую весть я хотел бы сообщить ему лично, –Сейдо весь светился. Он был воодушевлён и взволнован.

– Что произошло? – Поинтересовалась Йоко.

– Чёрт, я безумно хотел, чтобы первым это узнал мой дорогой друг, человек широкой души, доктор Тацуми Хэйдо, – продолжал Сейдо.

– Прекрати уже голосить, голова болит, – сдерживая своё раздражение, попросил его Кагосима.

– Ничего ты не понимаешь, – махнул на него рукой бывший полицейский. – Как я могу молчать, когда мы с Моникой ждём ребёнка. Я всем, что у меня теперь есть, обязан только одному человеку. Человеку, который вовремя встретился на моём жизненном пути и так круто изменил мою жизнь. Я приду завтра, – решительно проговорил мужчина. – Я сообщу ему лично.

– Боюсь, что он и завтра может не появиться, – горько произнесла Мамоко.

– Что-то случилось? – Спросил Сейдо.

– Пациент доктора Хэйдо погиб сегодня во время операции, – ответила Йоко.

– Проклятье, – выругался будущий отец. – Что вы собираетесь делать?

– А что мы можем? – Удивился Кагосима.

– Не собираетесь же вы сидеть и смотреть, как человек, который помог всем нам, губит себя. Ведь бьюсь об заклад, он не виновен в смерти…, – Сейдо замолчал весь парализованный. Он вспомнил свою ситуацию и почувствовал, как его сковало всего внутри. – Ему необходима помощь! – Твёрдо сказал он. – И кто ему поможет, если не мы?

– Я согласна. Нужно его спасать. Когда мне нужна была помощь, он стал для меня поддержкой и опорой. Я не могу оставаться в стороне, когда ему самому необходима помощь, – ответила Йоко.

– Долг платежом красен, – тихо пробурчал Кагосима. – Я в деле.

– Ох, ребята-ребята, – произнесла Мамоко и прослезилась. – Надеюсь, у нас всё получится.

19.04.2022

Гости

Переполняющее чувство безысходности, ощущение кромешной тьмы и холод пустоты. Тацуми сидел в кресле. Во всей квартире царила тишина. Он медленно пил пиво и о чём-то думал. Казалось, проблемы всего мира опустились на его маленькую голову. От этих размышлений сильно болели виски. За окнами ветер гнал опавшую листву. Невыносимая горечь жгла ему сердце, и, непонятно из-за чего, на глаза стремительно накатывались слёзы.

Каждый глоток пива заставлял слегка поморщиться. Напиток знакомый, но настолько непривычный для него. В такие моменты мечтаешь, чтобы что-то произошло. Словно тишина – это дыхание медленной смерти, и её так хотелось прогнать, но было нечем.

Тацуми думал включить потихоньку музыку, но он не знал, что сейчас слушать. Да и вобще, ему было лень просто двигаться. Он будто становился единым целым с этим креслом.

Он приехал домой, принял душ, лёг, не смог уснуть и сел в кресло. Откуда у него было пиво? Точно… Купил по дороге. Всё жило своей жизнью. Жизнью, где он был всего лишь призраком. Да у него есть тело и хорошо работает кровеносная система, но он не ощущает себя частью этого мира. Он не помнил, как оплачивал покупку в магазине. Сейчас для этого необходимо просто приложить кусочек пластика – даже код не надо вводить. Не помнил, как открывал входную дверь. Возможно, она до сих пор открыта настежь. Ему сейчас всё это было безразлично. Он эмоционально опустел.

Неожиданно пустой поток мёртвой жизни нарушил стук в дверь. Тацуми Хэйдо лениво посмотрел в сторону, но не сдвинулся с места. Нарушители его покоя не собирались уходить. Незваные гости начали громко голосить и тарабанить в дверь, как бешеные. От такого у любого человека просто лопнуло бы терпение, он бы выскочил и излился в грозной матерной тираде. Тацуми же лениво сделал очередной глоток пива. Он никого не ждёт, значит, имеет полное право никого к себе не впускать, если так пожелает.

Хулиганы не собирались отступаться от задуманного, они стучали в дверь и, казалось, были готовы простоять на улице целую вечность. Тацуми думал о людях, что нарушали его печальный покой. В конечном итоге, он решил открыть дверь, чтобы посмотреть на нахалов, которые, казалось, стремились выломать её.

Удивления не было, ярости не было. Полностью лишённое эмоций лицо Тацуми Хэйдо смотрело, как в его квартиру без приглашения входят Кагосима, Сейдо, а за ними Йоко. Девушка чуть не плакала, она злилась на доктора, и от избытка эмоций подумывала дать ему пощёчину, но не осмелилась этого сделать. Она придумала себе столько всего, отвечая на вопрос: «Почему Тацуми не открывает дверь», и со страхом ожидала худшего. Сейчас же она с облегчением выдохнула и прошла в квартиру. Коварный план бригады по спасению доктора был прост – они собирались превнести сумбур в его тихие страдания. «Он не должен оставаться один», – так считали мужчины. Незваные гости вовсю хозяйничали: включили какой-то старый комедийный фильм для семейного просмотра, девушка ушла на кухню и что-то начала готовить. Вот только одного никто не предусмотрел, а, может быть, так и было задумано –Тацуми всё равно ощущал пустоту и одиночество. Даже несмотря на присутствующих в своём доме. Во всяком случае, он теперь был под наблюдением. Его пытались разговорить, но всё это было тщетно. Когда же Йоко что-то приготовила и позвала всех ужинать, его чуть ли не силком пришлось усаживать за стол.