Алексей Рокотов – Вечный. Книга VII Финал. (страница 7)

— Ты умеешь его использовать? — спросил парень… Или старик. Я пока не понимал, как его воспринимать. Глаза говорили одно, а разум подсказывал, что я общаюсь с древним и уставшим от жизни человеком.

— Да. Как тебя зовут?

— Не знаю, — ответил узник, — Плетение бессмертия обладает одним изъяном. С каждой смертью часть сил уходит из Вечного, так же как и часть памяти. Если умирать часто, как это делал я, то остаётся лишь оболочка. Можно оставить только самые сокровенные воспоминания и те со временем затухают.

— Вот значит как… — протянул я.

Что-то подобное я и сам подозревал. Лорэл и остальные главы великих домов хорошо постарались, чтобы вычистить из меня всё, что я когда-то знал и умел. Сколько моих смертей понадобилось? Тысяча? Сто тысяч? Не удивлюсь, если последняя цифра окажется близкой к правде.

Фактически единственное, что осталось от меня прежнего — это странные сны. Жар, холод, женский крик. Вот и всё, что отпечаталось в моей памяти навсегда.

— Да. Скажи мне, что случилось с орденом, я помню, что был его частью.

— Орден не погиб, но давай я расскажу тебе, что происходило с человечеством за последние тысячи лет, чтобы ты сумел составить полную картину происходящего.

Лишь единожды узник перебил меня, когда я начал рассказывать о странном тумане, который подчинял Вечных и заставлял их бросаться на своих же союзников.

— Это одно из многих оружий Иань-Ши. Мне много раз приходилось проходить сквозь это. Они думали, что сумеют сломать меня с его помощью, но я всё-таки сумел сохранить разум. Если говорить просто, то туман является законсервированной ментальной силой. Причём его можно запрограммировать на определённого человека и отравлять его издалека. Порой это может давать поразительные результаты.

— И как не поддаться этому? Как ты выстоял? — спросил я, понимая, что скоро мне придётся пройти через непростой разговор и возможно, пытки от древнего. Он точно не забудет о моём существовании.

— Старые знания ушли из моего сознания вместе с именем. Я забыл всё, что знал.

— Но что-то ведь сохранилось?

Я медленно выдохнул. Где-то глубоко внутри я надеялся на то, что смогу обрести древние секреты работы с эором. Мой собеседник не мог быть обычным смертным, раз ему досталось плетение бессмертия. Я знал всего шестерых, кто мог похвастаться тем же.

Наверняка я был знаком с узником очень хорошо. Только вот этого лица я не помнил.

— Да. Образ моего лидера. Его лицо отпечаталось в моём сознании.

— Имя помнишь? — спросил я.

Уже понимая, что сейчас услышу, я подался немного вперёд.

— Аррн… — одновременно сказали мы.

— Ты его знаешь? Слышал о нём? — пальцы собеседника затряслись. На лице появилась тень, — Нет. Не говори. В этой тюрьме даже у стен есть уши. И это имя вызывает среди древних такую ненависть, что они могут сделать всё что угодно. В том числе убить тебя, выпотрошить мозг, чтобы добраться до этих знаний. Не остановит их даже то, что мы говорим на земном языке. Он им отлично известен.

— Я хочу, чтобы ту увидел моё лицо, — сказал я.

Истинное зрение хоть и позволяло собеседнику видеть стены и людей вокруг себя, но оно не давало идеальной картинки. Я потянулся вперёд и взял руку «парня» и приложил к своему лицу. Только так он смог бы понять.

Несколько секунд он водил пальцами по моему лицу, после чего спокойно убрал ладонь. На его лице ни дрогнул ни один мускул. Лицо оставалось таким же спокойным.

— Спасибо, теперь мне будет проще. Ты пришёл сюда не просто так, — сказал бывший член ордена.

Хотя почему бывший? Пока он верен, он остаётся действующим членом.

— Нара сказала, что ты можешь помочь, — сказал я, — Только я до сих пор не понимаю в чём?

С самого начала я заметил, что у собеседника отсутствует Исток. Он свернулся до крошечной точки, и если бы не истинное зрение, рассмотреть его не получилось.

— Тебе не нужно то же самое, что и другим. Их путь состоит в другом. Тьма дала им силу, эмоции, но они никогда не понимали и не знали, что это такое. Тебе же нужно другое. Амулет у тебя на груди, ты должен избавиться от него. Он блокирует тебя и действует не хуже рабского ошейника. Достаточно древнему пожелать, и ты умрёшь.

— Концентрация эора убьёт меня.

— Нет. Не убила же меня. Не убьёт и тебя. Если действовать правильно. Ты носитель Тьмы, она сбережёт. Мои смерти закончились давно, за это время я успел многое понять. После твоего рассказа многое сложилось в единую картину. Понимаешь, почему люди сумели отбросить Иань-Ши? Заметь, я не говорю победить. Я говорю, отбросить.

— Эта война закончилась слишком давно, чтобы понять это.

— Я скажу. Здесь в столице Иань-Ши в Осколке, концентрация эора равняется той, которая витает в их галактике. Она там повсеместно. На каждой планете, в космосе, даже в экстрамерностях. Человечество же ушло условно в пустошь. Много бы люди навоевали, если бы попали в пространство без воздуха? Нет. То же самое произошло и в те давние времена. Что смогли сделать люди, так это не умереть сразу. О них на время забыли. Но многое начало меняться в последнюю тысячу лет. О вас вспомнили. Иань-Ши создали завесу, и рано или поздно она дойдёт до Иша, обеспечив империю пристойной средой обитания. Сомневаюсь, что люди смогут тягаться со столь древней цивилизацией.

Слова узника казались логичными, но что-то казалось неправильным, словно я слышал только часть правды. Никаких оснований сомневаться у меня не было, но странное ощущение не давало покоя.

— Амулет, — напомнил «парень», — Чем раньше ты начнёшь привыкать к жизни без него, тем лучше и тем быстрее ты сможешь от него избавиться.

— Ты хочешь начать прямо сейчас? — спросил я.

— Ты сильно занят и есть множество других дел? — ухмыльнулся собеседник.

— Мой график свободен, — я вернул ухмылку.

— Тогда снимай. Первые разы будет больно, я помогу, если потребуется вернуть амулет. Тело должно адаптироваться к новому уровню энергии, это может занять какое-то время. И главное — оставайся в сознании.

Я сосредоточился и снял амулет. Когда собрат по ордену говорил о боли, я и не думал, что будет настолько плохо. Мне удалось продержаться всего несколько секунд. Затем моё сознание снесло могучей волной. Тело выгнуло дугой. Перед глазами появилась пелена. Всё, что я чувствовал это всепожирающую боль. Она заполнила меня целиком. Единственное, на что меня хватало — это удерживать себя на грани обморока. Все мои ментальные навыки оказались бесполезны. Трудно контролировать себя, когда внутренности буквально плавятся. Не какой-то один орган, а всё сразу.

Пытка казалась бесконечной. Я давно потерял счёт времени. В сознании ярко горела только одна мысль: «Шейд, не вздумай отключаться».

— Всё, для первого раза достаточно, — послышался голос.

Я не сразу понял, кто говорит. Воспоминания о страшной боли всё ещё туманили сознание, чуть ли не сильнее, чем сама пытка.

— Ты выдержал, — задумчиво сказал брат по ордену.

— Я сейчас сдохну… — прохрипел я и если бы не состояние регенерации, то, скорее всего, так бы и произошло.

— Шейд, если ты решишь повторить, то делай это не раньше, чем через сутки, — сказала Юри, — Тело не успеет восстановиться. И всё это может закончиться печально для тебя.

— И не собираюсь, — сказал я.

Брат по ордену не торопил меня. Дал возможность прийти в себя.

— Ты оказался намного крепче, чем я мог подумать. Если я правильно понимаю, то что ты хотел сказать, то это легко объяснимо. Обычно все, кто ко мне приходит, не могут выдержать и нескольких минут. Ты продержался несколько часов. Можно сказать, рекорд. Я бы и дальше не стал тебя трогать, но пришёл сигнал. Тебя хотят видеть сверху. Древний ждёт.

— Что будет, если я не откажусь? Стражников или надсмотрщиков я здесь не видел.

— Не получится. Сначала придёт боль. Не только к тебе, но вообще ко всем в темнице. Она будет нарастать и скажу тебе откровенно. Другие узники не станут этого терпеть. Они отправят тебя на платформу, даже если им придётся избить тебя до полусмерти.

— Даже Нара и её люди?

— Они будут первыми. Устои империи Иань-Ши сильно отличаются от порядков человечества. Смирись.

— Противиться я не стану. Если он хочет меня видеть, то я сам приду к нему.

— Хорошо. Прежде чем ты уйдёшь, я скажу тебе кое-что. Так у тебя будет больше мотивации не умирать. И скажу сразу. Повторять или объяснять я не стану. Даже у ментала есть уши.

В моё сознание ворвался голос брата по ордену.

— Она жива. А теперь уходи.

Глава 5

Я шёл по тёмному коридору. Шаги эхом отражались от серых стен и улетали вперёд.

Разговор с узником многое поменял в моём восприятии. Всё это время думал о том, что человечество сумело победить в древней войне. Реальность же оказалась совершенно иной. Мы смогли уйти в никому не нужные пустоши и закрепиться там. Иань-Ши хоть и пытались добить отколовшихся, но не смогли справиться со слишком низкой концентрацией эора.

И нас временно оставили в покое. Но что-то мне подсказывало, что сейчас Иань-Ши уже практически готовы к тому, чтобы закончить начатое. Они считают Шард своей вотчиной и не станут терпеть конкурента.

Да, у человечества всё ещё остаётся целая галактика, где оно может развиваться, но потеря Шарда поставит крест на любом сопротивлении, когда Иань-Ши решат подмять под себя многочисленные миры, они это сделают.