Алексей Родин – Чужие слезы (СИ) (страница 32)

Вадим полулёжа на боку курил молча сигарету его мысли витали где-то по вселенной, по другим галактикам. Он молча наблюдал за красотой заката.

— Я ощущаю настоящую потерю, — произнесла Мария.

*- Ты не знаешь настоящей потери, потому что это можно понять только когда любишь кого-то больше чем себя. — Произнёс Вадим цитату из фильма «*Умница Уилл Хантинг»

— Пусть будет так, но я потеряла тебя для того, чтобы обрести вновь. С этого дня и впредь я больше не буду наивной дурой, а научусь ценить чувства других людей.

Вадим ничего не ответил, он молча встал с пиджака засучил брюки чуть ниже колен. Снял обувь, снял носки и пальцами ног стал поднимать прижатые к земле травинки.

— Что ты делаешь? — спросила у него Мария.

— Ты никогда не задумывалась, что травинку сломать проще простого, но ей нужно не мало усилий для того, чтобы подняться вновь. Вот и мне потребовалось не мало усилий для того, чтобы подняться с колен и очень не охота обратно на них падать. У меня было очень много всего, что мне было нужно на тот момент когда мы были вместе. У меня была любовь… Это прозвучит странно, но я договорю. У меня была моя любовь к тебе. У меня была ты! И многое другое пусть это будут мелочи, но без них не возможен совместный быт. Мы цеплялись за эти мелочи глядя на тех, у которых нету даже этого. Мы любили друг друга и при этом, всё что у нас было, перед ним меркло золото. Твои глаза смеялись, в них отражались костры, а теперь…? В одночасье всё что мы имели превратилось в глиняные черепки, как в мультфильме «Золотая антилопа». На душе оставились вагоны глины и мне казалось, что эту глину я уже не размочу никакой водой. Я ошибался! Работа над собой мне довалась с трудом и корпел ночами. Я брал в руки книгу и впитывал её в себя. Бывало даже до двух, трёх часов ночи я не выпускал её из рук, а вставать, а вставать на работу надо было в 5:40 утра. Я вдумывался в суть читаемой книги, разглядывал как пишут абзацы, как лучше это сделать и о чём лучше рассказать людям. Я заставлял себя писа́ть и скаждой новой строкой я радовался тому, что мои слёзы… Да именно мои слёзы растворяют эти глиняные черепки и оставшуюся глину превращают в пластичную, лекго поддающеюся чтению книгу. Возможно у меня есть те книги, которые «не имеют начала», но читая дальше всё встаёт на места свои. Однажды мне предложили золотые горы, но вместо них мне достались глиняные вершины и я не знал, что мне с этим делать. Я устал смотреть на эти глиняные горы и освоил гончарное дело. Сдвигая горы человек начинает с маленького камушка, — ответил ей Вадим.

Закат — «рассвет»

Закат сменился звёздным небом они сидели молча. Вадим и Мария думали, что знают о друг друге всё.

— Разреши я положу голову тебе на колени? — спросила Мария.

— Да, конечно, — ответил он и сдвинулся немного в сторону, чтобы Мария могла лечь на пиджак и устроиться удобнее. Она легла и смотря в небо на звёзды произнесла:- Представляешь Вадим у меня такое чувство, что мы расстались с тобой для того, чтобы встретиться снова. Словно не было этих лет разлуки.

— Для меня их и небыло. Я всегда помнил о тебе! — Мария протянула к нему свою руку к его затылку и хотела прижать его губы к своим губам: «- Но он же просил так не далать» — подумала она, но желания его целовать жгло ей сердце с каждым прикосновением к нему. Касаясь его она боролась сама с собой и своими чувствами. Думала, кто победит? Любовь, которая живёт в ней или его просьба, больше так не делать. Она вспомнила о своих словах сказанные ей ранее, что она научится ценить других людей.

На возвышении светился ночной город своими привычными для человека бело-жёлтыми огнями, но именно в них в этих огнях Вадим заметил для себя, что звёзды бывают гораздо ближе, чем кажутся. Даже когда наступит рассвет и огни города погаснут его звезда всегда будет освещать ему путь. Вадим сидел на клочке пиджака, Мария лежала у него на коленях они разглядывали звёзды в тишине. Это и был их тот самый далёкий маленький мир существовавший в огромной вселенной. Мария прижалась к нему как в первый раз ещё давно много лет назад. С чувством собственного достоинства Вадим взял её руку. В трудную минуту жизни Марии он был с ней рядом, он помог ей, помог той, которую любит. Вряд ли он сможет забыть её, он не предал своих чувств, когда любовь в нём нуждалась.

— О чём ты думаешь? — спросила Мария.

— О нас, — ответил он.

Мария взглянув на него улыбнулась: — Да и что надумал?

— Я привёз с собой фотографию. Она единственная наша с тобой совместная фотография, которая осталась со мной. Она в гостинице в дипломате. Я хотел тебе её отдать и забыть всё то, что нас когда-то связывало. Сейчас я понимаю, что не смогу этого сделать.

— Что именно? Отдать или забыть?

— Ни того, ни другого. Я не могу забыть тебя и наша фотография стояла у меня в рамке на компьютерном столе. Как бы я не хотел тебя забыть, я не смогу.

— Понишь тот кулон в виде сердечка? — спросила у него Мария. — Я никогда его не снимала и сейчас он со мной. Вот видишь? — Мария расстегнула кофточку так, чтобы немного была видна грудь.

— Я видел, что он с тобой.

— Переодически я открываю его и смотрю на наши фотографии. В последнее время делала это часто будто что-то чувствовала. Потом со своими воспоминаниями возвращалась к истокам бытия. Я не хочу их забывать и не буду.

Вадим промолчал он держал её руку и нежно касался её щеки. Мария закрыла глаза в тот момент она не думала ни о чём, а просто лежала в объятиях любимого человека. Его рука прикасалась к её лицу в свете восходящего солнца первые лучики были как прощальные поцелуи перед его отъездом. Её голова лежала на его коленях он боялся потревожить её сон.

— Мария…,- раздался шёпот Вадима.

— Да, — открыв глаза произнесла она. — Я кажется задремала и уже рассвет… Сколько я была в отключке?

— Около двух часов. Тебе ни холодно?

— Давай возвращаться, — предложил Вадим.

— Пойдём, но обратный путь пешком я не выдержу.

— Выйдем на шоссе поймаем такси и доедем.

Мария согласилась и они пошли к шоссе. Дойдя до дороги Мария спросила у Вадима. Не мог бы он остаться с ней ещё на некоторое время?

— Я уеду тогда, когда не нужно будет прощаться, — ответил он.

— Как это понять?

— Никак… Пока я с тобой.

Идя по шоссе Вадим остановил попутку. Водитель согласился их подвезти.

— До города довезёте? — спросил Вадим.

— Довезу, — ответил водитель.

С учётом того, что было раннее утро водитель довёз их до города за считанные минуты, на дороге было свободно.

— Остановите здесь, — попросил Вадим. — Мы что-нибудь должны?

— Нет, — ответил водитель и пассажиры вышли из машины.

Они шли в гостиницу Мария была счастливой в его глазах. Её глаза искрились бо́льшими чувствами к нему, чем когда-либо, но он не догадывался какой она стала. Мария смеялась как тогда, когда они вместе она видела в нём поддержку, он же видел в ней все недостатки и пытался их понять. Дойдя до гостиницы Вадим взглянул в небо звёзды потеряли свой ночной блеск, огни города погасли и он уже скучал по Надежде.

Мария проснулась в испуге. Она вышла из комнаты и прошлась по номеру гостиницы в поисках Вадима. Он сидел на диванчике и что-то записывал.

— Мне приснилось, что ты уехал ни сказав ни слова. Ты можешь дать обещание, что не сделаешь так?

Вадим сидел несколько секунд молча, ведь именно так он собирался сделать. После недолгой паузы он ответил: — Я не даю обещаний, которые не могу выполнить. Я ещё здесь и не собираюсь пока никуда ехать.

— Обещай! — настояла на своём Мария.

— Извини, но не могу.

Она поняла, что любым утром она может проснуться в пустом номере без каких-либо проявлений о его поступке по отношению к ней. Но память о нём он не сможет вычеркнуть из её сердца, как он делает это с неподходящим для него текстом. Она теряет его…

Постояв несколько секунд она ушла в комнату он поднялся и прошёл в кухню взял турку и поставил на газ. Кофе был готов он позвал Марию. Она вошла молча и села на стул отведя от него свой взгляд.

— Я думала ты приехал для того, чтобы остаться со мной? Точнее не думала, но в душе есть такая надежда, что я смогу удержать тебя на этот раз. Я прошу не уезжай!

— Когда-то я просил тебя остаться, но ты не захотела… Мы предали всё то, что было. У тебя была на это причина и ты знаешь, что эта за причина. Теперь ты знаешь, что у меня есть та, без которой я не смогу. Сейчас ты хочешь сделать тоже самое, что когда сделали с нами. Я не предам её чувств ко мне. Она для меня больше, чем просто любовь… Она для меня мой мир, моя жизнь! Марию, которую я знал её уже нет, а ты уже другая…

— Ты хотел, чтобы я всегда была белой овечкой?

— Нет. Теперь ты не та Мария и уж тем более не белая овечка. Ты хищница, а баран — это я! Я здесь, чтобы помочь тебе, разобраться самому, что меня мучало. Ты сама развеела тот миф обо мне. Теперь я свободен. Я отпустил все эти мысли. Большего мне не надо.

— Знаешь, когда я думала, что ты мне изменил я была готова выпрыгнуть из окна, но это 9-ый этаж. Что-то меня сдержало может это был страх. Боязнь того, что всё закончится вот так… Просто. Я струсила, хотя мне было всё равно.

— Что ты мне кричала вслед, что я алкоголик и всё прочее… Что ты никогда не будешь бегать за мужиками, но сейчас это выглядет по другому. Напиться и забыться ещё куда не шло, но проснуться и вспоминать, что натворил это как-то тоже не легко. Пить — это не моё! Выпить можно… — сказал Вадим и вышел из кухни.