Алексей Пыжов – Мир Савоир. Марзахи (страница 13)

– Эди Рубез, Уми разные бывают. Вы в курсе, что наш император тоже Уми?

– Так вы…?

– Нет, нет, – поспешил я его перебить. – С императором в родственных отношениях не состою. Давайте не будем это обсуждать, вернемся к вопросу о ваших талантах. Сфера земли и воды у вас почти на одном уровне развития. Вам срочно надо подтянуть сферы огня и воздуха, чтобы уровнять ваше развитие. Я открою вам маленький секрет, – я мило улыбнулся. – Стихии земли и огня очень близки, так же как воды и воздуха. Вам будет легче понять, если вы будете постигать одну стихию через другую. Начните с огня. Соприкоснувшись с землей, попробуйте вызвать огонь, что-нибудь поджечь. Не советую делать этого в помещении.

– Вы Мазг, – он это произнес утвердительно. – Какой у вас уровень?

– Эди Рубез, вы ошибаетесь. Я не Мазг и ни разу им не был. Я не использую силу.

С его системой обучения трудно понять мои слова, а поверить, что кто-то не использует силу – это из области фантастики. Даже в последнем бою, используемые мною крохи силы не сможет заметить ни один Мазг.

– Но Эди Краз …

– Что Эди Кразтер? Он сам выпрыгнул в окно. Разве вы чувствовали применение силы? – выпученные глаза Рубеза мне не понравились, и я поспешил изменить направление его мыслей. – Давайте вернемся к моей просьбе. – он заторможено кивнул головой. – Вот и хорошо. Мы остановились на возможной вашей помощи в скорейшем оформлении покупки. Что вы ответите?

– Я помогу, мне Сукруз не откажет. Расскажите, что конкретно вы хотите купить?

– Кузнец Грыкур продает свое подворье. За ним числятся долги к городу. Весь договор оформляют они, – я указал взглядом на кузнецов. – Мои только деньги и еще. Я не знаю, насколько мое желание возможно. Подворье Грыкуна, примыкает к старой городской стене, она разрушена и сейчас там много мусора. Имеется ли возможность, выкупить у города часть этой стены?

Мазг усмехнулся.

– Я знаю, где заложенная земля этого человека и стена там никому не нужна, но кусок никто продавать не будет. Забирайте от улицы до улицы и если вы лично, обратитесь с просьбой к Эди Гранету, то получите эти развалины бесплатно.

– Э-э-э-э нет, – я помахал пальцем перед ним. – Меня здесь нет. Вон те двое и только так. Вы поговорите с Сукрузом и назовите мне сумму. Мы идем в банк, и вы получаете требуемое. Не хотите, чтобы знали о вашем участии, пусть идет один Сукруз, это еще лучший вариант.

Мазг усмехнулся, обошел обоих кузнецов и нырнул в одну из дверей. Через минут пять он выглянул и позвал кузнецов. Я вышел на улицу и прохаживался перед зданием Мувера. Приблизительно через полчаса вышли кузнецы, а за ними Эди Рубез, и скорее всего, Сукруз. Кузнецы сразу были отстранены в сторону, и мы втроем направились в сторону банка. Кузнецы с недоуменными лицами потянулись за нами.

Неброское здание, перед ним свободная площадка, выложенная камням, имеется место, где развернуться карете, у входа здоровяк с мутным взглядом. Нас он проводил с ленцой, а кузнецов тормознул на входе. Мазг и Сукруз направились к служащему за стойкой, но я их тормознул.

– Уважаемые, нам надо к управляющему.

Щегольски одетый молодой мужчина встретил нас, вернее Мазга, как лучшего друга. Они обменялись приветствиями, и управляющий кивнул Мазгу на кресло, а сам уселся на свое месть. Мазг не посмел усесться в моем присутствии. Скосил взгляд на меня и поспешил сообщить управляющему о цели нашего визита.

– Почему ко мне? – удивился он. Я поспешил вмешаться, и протягивая пластину каста, спросил.

– Этого достаточно? Или еще будут вопросы? – удивление увиденного проявилось в нем в виде заикания.

– Это…, это… – он откашлялся, – это ваше?

– Нет. Моего дяди, – сарказма в моем голосе было более чем достаточно, управляющий начал действовать. – Вот этот человек, – я указал на Сукруза – назовет сумму, вы выдадите ему деньги, и мы продолжим общение одни. Начнем?

Снятие ста двадцати золотых прошло быстро и без лишних вопросов. Мазг, опять удивленный, ушел вместе с Сукрузом, последний, перед уходом вручил мне сверток бумаг, перевязанный голубой тесемкой. Через несколько минут, по моей просьбе, в кабинете появился кузнец. Чувствовалось его волнение и неуверенность. С моего сета, было дополнительно снято, триста пятьдесят империалов и в банке появился новый вкладчик.

Бумаги, переданные позже кузнецу, вызвали у него удивление и на его вопрос, зачем ему эта стена, я ответил философски – «запас карман не рвет». Очень хотелось на прощание постучать ему по лбу, показав его не пробиваемую тупость, но я удержался. Приобнял его за плечи, и провел небольшую лекцию, о пользовании землей в черте города. Другими словами, кусок земли, доставшийся ему, шириной более сорока метров и длинною от улицы до улицы, очень хорошее вложение денег на будущее и если он не совершит не обдуманных поступков, то в будущем, это позволит быть ему менее зависимым от городских властей.

Глава 3

Никогда не мог подумать, что местность может быть такой лесистой. Второй день мы не выезжаем из леса и второй день не видим людей. Начиналось все хорошо. Ночевка в последней деревне, выбор короткой дороги и лиственный, светлый лес, радующий душу, щебетом птиц и большими, светлыми прогалками. Едь и наслаждайся. Так нет, дернуло нас свернуть на боковую дорогу. Моя паранойя и чувство воды подсказали это направление. Второй день едем по хмурому, темному лесу, куда даже светило неохотно заглядывает. Второй день постоянная тень от высоченных деревьев, где свет виден высоко вверху, а дорогу приходиться рассматривать почти как ночью. Наша лошадка время от времени вздрагивает и прижимает уши, косится на лесную чащу, не смея подать голоса. Я не чувствую близкого присутствия лесных хищников, но поведение лошадки настораживает и приходиться быть постоянно настороже. За два дня нам не встретилось ни одного путника или повозки. Но с другой стороны, на нас не нападали, ни требовали уступить дорогу или уплатить пошлину, нам не угрожали и не интересовались нашими подорожными. Завалов на дороге не устраивали, и жаловаться у нас, причины тоже не было. Низкие ветки и кустарник иногда затрудняли продвижение, но такие мелочи нас мало беспокоили, дорога была наезженной и больших хлопот с подъемами и спусками не происходило.

По сравнению с предгорьем, мы ехали по равнине. Сегодня, в средине третьего дня, нам попалась впервые, мелководная речушка, лошадка не захотела от нее отходить и через некоторое время ее бока округлились, и мне подумалось, что тащить повозку ей будет очень тяжело. По молчаливому согласию, мы устроили небольшой отдых с перекусом и купанием. Наша лошадка, получив относительную свободу, вернулась к реке и не заморачиваясь условностями улеглась в воде. Я с Ашой поднялись выше по течению и последовали ее примеру. В небольшом углублении воды вполне хватило, что бы покрыть наши тела, и мы блаженно вытянулись в воде. Ни меня, ни Ашу наша нагота не тяготила и лежа рядом мы наслаждались прохладной водой, ласкающим течением, тишиной и отсутствием зрителей. Пялились на низко нависшие ветви с мясистыми, толстыми иголками и редко выпадающими минутами тишины.

Всхрапнула наша животина, я открыл глаза, медленно скосил их на берег и увидел двух мужчин. Один, стоял опиравшись на дерево плечом, держал в руке лук со стрелой и с интересом рассматривал, в основном Ашу. Второй, увлеченно шарил по нашей одежде, сложенной на берегу. Называется покупались. Замерший у дерева, с маслеными глазами ухмылялся, увидев мое движение и открытые глаза, решил пошутить, так мне показалось.

– Вылезайте. Баба совсем застыла, придется отогревать.

Я толкнул Ашу ногой в воде. Она, не открывая глаз, прошептала.

– Не мешай, – я вторично толкнул ее и скосив глаза в сторону берега предложил, несколько наигранным голосом.

– Предлагают погреться, – Аша медленно приоткрыла глаза и перевела взгляд в сторону берега, осмотрела мужчин и так же замедленно прошептала.

– Тебе предлагают, иди и грейся.

Наше поведение насторожило мужчину у дерева, и он, не сводя с нас взгляда позвал товарища.

– Ивлас, что у тебя?

Умница Ивлас, он успел добраться до моего подсумка и найти кроме различных мелочей и денег, мое колечко, и недоумевая протягивал товарищу.

– Вроде как Среды.

Стоящий у дерева взял колечко, осмотрел его со всех сторон и ухмыльнувшись бросил в мою сторону со словами.

– Твое что ли?

Я даже не пошевелился перехватить его налету. Что-что, а в воде, я ничего не потеряю. Колечко звучно булькнуло, вызвав на лицах обоих мужчин улыбки.

– И не только оно, – сообщил я ему. – Все остальное, тоже мое. А вы, выродки домашних животных, решайте, как сдохнете.

Наверное, слова, абсолютно голого мужика, не считая медальона и бляхи-направления на груди, здорово задели грабителей. А кем они еще могли быть? Второй поднялся и взялся за рукоять меча.

– Ты язык свой придержи, – выдал он совет. – Мы на службе, – в голосе прозвучала гордость.

– Это что за служба? Кто разрешил грабить путников? Если у меня пропал хоть медяк, я вас на этих деревьях развешу. А ты, – я глянул на мужика с луком, – колечко нашел и на место положил.

Они переглянулись и с луком ухмыляясь спросил.

– Может и бабу твою погреть?

– Без сопливых обойдемся. А колечко, поспеши найти.