Алексей Птица – На пути к власти 2 (страница 45)

— Потом спросим, — отрезал Кан Эк, — помоги мне.

Решётка над ямой оказалась тяжёлой, но не запертой. Мы прислушались. Сверху доносились крики, треск огня, топот бегущих ног. Индейцы метались между хижинами, пытаясь сбить пламя, которое уже перекинулось на соседние крыши.

— Сейчас, — сказал Кан Эк и, подпрыгнув, ухватился за решётку и одним рывком сдвинул её на край ямы.

Я подсадил его, и он ловко подтянулся, выглянул наружу. Через мгновение его рука показалась сверху.

— Давай!

Я подпрыгнул, ухватился за его руку и через секунду уже лежал рядом с ним на краю ямы, жадно хватая ртом воздух. Вокруг творился настоящий хаос. Половина деревни полыхала, люди бегали с деревянными и кожаными вёдрами, женщины кричали, дети плакали. В этом аду никто не обращал внимания на двух грязных, оборванных пленников, только что выбравшихся из ямы.

— Оружие, — прошипел Кан Эк. — Нам нужно оружие.

Из-за нашей одежды, которую не сняли, нас практически не было видно в темноте, а вот мы всё видели. Я заметил индейца, пробегавшего мимо с винтовкой в руках. Перехватил его взгляд, но поздно, он уже проскочил. Зато у костра, где ещё недавно сидели охранники, валялся брошенный в суматохе мачете. Я рванул к нему, схватил тяжёлое лезвие, и в этот момент откуда-то выскочил индеец с копьём.

Он замер на секунду, увидев меня, и этой секунды хватило. Я рубанул мачете наискосок, целясь в шею. Индеец захрипел, выронил копьё и рухнул на землю. Я подхватил его оружие и бросил Кан Эку.

— Держи!

Кан Эк поймал копьё на лету, и мы рванули дальше, пробираясь между хижинами, уворачиваясь от обезумевших людей. Где-то позади уже слышались крики, нас хватились.

— Туда! — крикнул он, указывая в сторону, где за хижинами темнела стена джунглей.

Мы побежали, петляя между горящими домами. Путь преградили двое воинов с винтовками. Они заметили нас, закричали, вскинули оружие. Я метнулся в сторону, уходя с линии огня, Кан Эк пригнулся и метнул копьё. Одного индейца сбило с ног, второй выстрелил, но пуля просвистела мимо. Я рубанул мачете, и воин захрипел, оседая на землю. Подобрав их винтовки и патронташи, мы побежали дальше.

Из-за хижин выскочили ещё трое. Я увернулся от копья, Кан Эк сцепился с одним из индейцев врукопашную. Я выстрели во второго, развернулся к третьему, и в этот момент пуля чиркнула меня по боку, разорвав рубаху и кожу. Боль обожгла, но я не остановился, добил противника мачете и подхватил Кан Эка.

— Быстрее! — крикнул я, зажимая рукой кровоточащую рану.

Мы прорывались к окраине, оставляя за собой трупы. Крики погони звучали всё ближе.

— К пещере! — крикнул Кан Эк. — Только там мы сможем отбиться!

Мы бежали, петляя между стволами, спотыкаясь о корни, продираясь сквозь колючие кусты. Индейцы гнались за нами, стреляли, но в темноте и в дыму пули летели мимо. Кажется, нам опять повезло.

Пабло Эррера затаился за грудой тюков у крайней хижины, наблюдая за происходящим и высматривая пленников. Он решил подождать ещё немного, и если не увидит их, то побежит прямо к пещере, чтобы перехватить их там. И тут он внезапно увидел жреца Т’ан Чульпана. Тот выскочил из горящей хижины, кашляя от дыма, и в руках у него лежал винчестер, тот самый, явно принадлежавший сеньору.

В голове Пабло мгновенно созрел план. Винчестер даже лучше, чем револьвер. Идеальное доказательство, а де ла Барра он убьёт чуть позже. Он бесшумно двинулся за жрецом, выжидая удобный момент. Тот на время остался один, так как оторвался от основной массы, спасаясь от огня. Пабло настиг его у старого разлапистого дерева, возле одной из хижин.

Он широко размахнулся и метнул нож, жрец даже вскрикнуть не успел. Пабло подбежал, перевернул мёртвое тело и выдернул винчестер из мёртвых рук. Но радоваться долго ему не пришлось. Из-за ближайшей хижины вынырнули трое индейцев. Они увидели тело жреца, рядом Пабло с винтовкой в руках, и заорали, поднимая тревогу.

Пабло выстрелил раз, другой. Один индеец упал, двое метнулись в стороны, продолжая кричать. Пули засвистели в ответ, и Пабло почувствовал удар в плечо, которое почти сразу же стало неметь.

— Чёрт! — выругался он и бросился бежать, прижимая одной рукой к груди драгоценный винчестер.

Он петлял между хижинами, уходя от погони, но силы таяли с каждой минутой. Кровь сочилась, заливая рубаху, индейцы не отставали, их крики звучали то ближе, то дальше. Пабло вырвался на окраину селения, туда, где хижины кончались и простирались джунгли, и где начиналась тропа, ведущая в сторону пещеры, он заспешил в ту сторону, стараясь не попасться на глаза индейцам.

Успешно заскочив в джунгли, он быстро пошёл по еле заметной тропе, надеясь, что его никто не заметит, но сил оставалось всё меньше, и он решил передохнуть, прислонившись к одному из высоких деревьев. И тут он увидел их. Две фигуры, прорывающиеся с боем через последние постройки. Де ла Барра и его индеец.

Пабло замер на мгновение. Бежать дальше? Спрятаться? Но погоня дышала в спину, а силы на исходе, и тут его осенило. Он расскажет, что это он помог им, а они из благодарности помогут ему, а когда они смогут вырваться из зелёных джунглей, он в последнюю ночь убьёт обоих. Заберет их вещи, оружие, а отрезанную голову Эрнесто предъявит в качестве доказательства журналисту, заработав деньги. Решено, так он и поступит, и он шагнул вперёд, выходя на открытое пространство прямо перед беглецами.

Мы вырвались на окраину, когда перед нами неожиданно возник человек. Грязный, окровавленный, с винтовкой в руках. С моим винчестером в руках. Я занёс мачете для удара, но человек не нападал. Он стоял, тяжело дыша, и протягивал винтовку вперёд, словно предлагая.

— Забирай, сеньор! — крикнул он, косясь назад, откуда уже доносились крики погони.

Я выхватил у него винчестер, повесил за спину. Сзади слышались крики индейцев.

— Давай! А теперь, вперёд, к пещере! — сказал я.

Мы рванули втроём, врываясь в спасительную темноту джунглей. Незнакомец спотыкался, зажимая рукой кровоточащий бок, но держался, перебирая ногами из последних сил. Бежали, петляя между деревьями, пока впереди не замаячил тёмный провал. Влетели внутрь, пробежали вглубь и остановились, падая на каменный пол. Передохнув буквально минуту, пошли дальше, уже не старясь бежать, а просто быстрым шагом.

В пещере было прохладно и сыро. Мы прошли ещё метров двадцать вглубь, пока не оказались в большом зале, где снова увидели алтарь с каменными ножами и нарисованных ягуаров на стенах.

— Здесь, — тяжело дыша, сказал Кан Эк. — Здесь духи Ишканхи. Сюда они не сунутся.

Мы остановились, прислушиваясь. От входа доносились крики индейцев, но никто не решался войти. Они топтались снаружи, горланили, стреляли в темноту, но внутрь не лезли.

— Боятся, — усмехнулся Кан Эк, падая на каменный пол. — Духов боятся.

Я опустился рядом с ним, прижимая руку к кровоточащему боку. Незнакомец сидел у стены, зажимая простреленное плечо, и тяжело дышал.

— Ты кто такой, чёрт тебя дери? — спросил я, глядя на метиса.

Тот поднял голову, облизал пересохшие губы.

— Пабло. Пабло Эррера, — тот, кто бросил вам нож. Тот, кто поджёг их хижины. И тот, кому теперь тоже нужно спасаться.

— Зачем ты это сделал?

— Хотел помочь вам спастись, а вышло вон как.

— Откуда ты взялся?

— Отбился от своего отряда, когда на нас напали индейцы, заблудился и вышел на это селение, затаился в джунглях. А потом увидел вас и решил помочь, чтобы вместе пробираться к своим.

— Понятно, но ты ведь и сам мог спастись, а с нами тяжелее это сделать?

— А какая разница? — криво усмехнулся Пабло. — Я спас вам жизнь. И винчестер ваш вернул. Может, сначала вытащим друг друга отсюда, а потом станем допрашивать?

Кан Эк подошёл ближе, вглядываясь в лицо метиса.

— Я видел тебя. Не помню, где, но видел.

— В военном лагере… — Пабло сплюнул кровь. — Так что, начнем перевязывать или дадите мне сдохнуть?

Я посмотрел на Кан Эка. Тот пожал плечами.

— Перевяжи его, — сказал я. — Потом разберёмся.

Рана в боку саднила, кровь текла сквозь пальцы.

— Кан Эк, у тебя есть чем перевязать?

Индеец молча указал на мою нижнюю рубаху, я кивнул, снял её и разорвал на длинные полосы, после чего Кан Эк начал перевязывать меня, потом Пабло. Раны оказались неглубокими, пули прошли по касательной, но крови потеряли мы прилично. Снаружи всё ещё кричали индейцы. Иногда кто-то из смельчаков забегал в пещеру, делал пару выстрелов наугад и выскакивал обратно. Но в темноту зала, где мы сидели, никто не совался.

— Долго мы здесь не просидим, — сказал я, когда перевязка была закончена. — Что дальше?

Кан Эк поднялся, подошёл к алтарю и опустился на колени, бормоча что-то на своём языке. Потом встал и уверенно сказал.

— Дальше есть путь. Через пещеру. Я знаю его. Алюксы показали мне сегодня, когда мы проходили.

— Ты уверен?

— Нет, — честно ответил индеец. — Но выбора у нас нет.

Мы поднялись. Пабло, морщась от боли, встал рядом. В руке он сжимал револьвер. Я взял отданный мне винчестер, в котором осталось всего двенадцать патронов, Кан Эк держал однозарядную винтовку убитого индейца.

— Веди, — сказал я, — и если твои алюксы нас не подведут, я поставлю им алтарь в своей асьенде.

Впереди был ещё выход из пещеры. А за ним — долгая дорога назад. И куча вопросов к нашему новому, очень подозрительному попутчику. Знать бы точно, кто он⁈ Хотелось иметь союзника, а не случайного попутчика, но поживём — увидим, если сможем вырваться из этого зелёного ада. Впрочем, шанс на это имелся, хоть и ничтожно малый.