Алексей Птица – Мамба в Афганистане (страница 47)

— Хорошо, я поделюсь с ними своими. Мне одному к тебе приехать?

— Первый раз да, а во второй раз ты должен уже приехать с людьми, которые будут тебя ждать в готовности уехать воевать. У тебя будут деньги, но сейчас я дал столько, сколько мог. Остальное по твоему прибытию в Эфиопию.

— А как ты доберёшься до Читрала, ведь у тебя оказалось много вещей, а ещё шлем, меч и оружие с золотом?

— Согласен, отвезите тогда меня в Дрош, дальше я доберусь сам.

Не пересаживаясь, я развернул внедорожник и через полчаса мы доехали до городка, высадившись возле магазина, где продавались мопеды, мотоциклы и мотороллеры. Тут мы расстались. Саид нажал пару раз на клаксон и автомобиль, подняв клуб пыли и фыркнув выхлопными газами, умчался прочь, а я зашёл в магазин.

— Чего хотите приобрести, уважаемый?

Я оглядел ряды выставленной на продажу мототехники. Выбор пал на японскую «Ямаху» с небольшим багажником. Но вещи у меня тяжёлые, и поэтому пришлось ещё приобрести к нему маленькую тележку и установить фаркоп. Нагрузив купленную технику своими вещами, сверху положив одеяло и небольшую палатку, я выехал из Дроша во второй половине дня, чтобы с ветерком помчаться по местному шоссе.

Всё-таки мотороллер — удобная штука и неприхотливая, но и не быстрая. Я потерял много времени, задержавшись в магазине, и теперь стремился наверстать. Но, как только сгустилась полная тьма, с дороги пришлось съехать и спрятаться возле очередной горы. Здесь царила тишина, а мне нужно отдохнуть, чтобы с первыми лучами солнца отправиться дальше. Включив режим осторожного сна, я отключился, контролируя тем не менее всё вокруг, как старый кот.

Едва первые лучи солнца обозначили рассвет, как я уже оказался на ногах и отправился дальше. Заправившись на очередной бензоколонке, продолжил путь. На меня никто не обращал внимания, таких, как я, гонщиков, на трассе хватало. В основном ехали на более старых агрегатах, чем мой. Остановили меня только один раз и то совершенно случайно, на следующие сутки. Пришлось пожертвовать несколько рупий и показать свой нехитрый багаж, состоящий из ранних овощей.

Шлем я обвязал плотной материей и сунул в большое ведро, которое засыпал пшеном. Меч превратился в нечто бесформенное, а золото, серебро и артефакты надёжно спрятались в багажнике седла мотороллера. Ну, а книги, книги лежали в мешке, где находилось ещё больше разных книг, купленных на рынке ради хлама.

Пройдя контрольный осмотр, я въехал уже в знакомый мне порт города Карачи. Вновь потянулись грязные кварталы хаотично разбросанных улиц, пока одна из них не привела меня в порт. Дальше всё как обычно: поиск подходящего судна, короткие переговоры, погрузка, взятка за то, чтобы не задавали лишних вопросов, и вперёд. Корабль доставил меня сначала до Адена, а уже там, погрузившись на судно контрабандистов, я отплыл в Джибути.

Прибыл на корабль я вместе со своим мотороллером и прицепом и производил смешанное впечатление. Очевидно, что меня посчитали странным типом, которого можно без зазрения совести ограбить. Как оказалось, не только меня одного. Оружия своего я не показывал, пряча пистолет под свободной одеждой, но всё время находился настороже. Экипаж судна состоял из арабов, и, судя по их взглядам, о неграх они были невысокого мнения.

Заплатил я небольшую цену за проезд, да и помимо меня на палубе ещё находилось с десяток африканцев, что решили таким образом добраться до дома через море. Где-то на полпути на палубу вышло полкоманды и, обнажив автоматы, бандиты озвучили свои намеренья. Вперёд выдвинулся толстый и до неимоверности наглый араб с гротескно выпуклыми глазами.

— Всем в лодку. Ваши деньги кончились, и вам пора за борт. Абдулла, спускай на воду шлюпку.

Этот приказ тут же оказался исполнен одним из членов команды, и древняя разбитая посудина, что лежала перевёрнутая вверх дном на палубе, оказалась сброшена в воду. А я ещё думал: зачем они держат на палубе старую рассохшуюся лодку. Как только она закачалась на волнах, в неё сразу же стала поступать вода. А толстый араб продолжал вещать.

— До берега осталось всего лишь пятьдесят миль. Вода тёплая, и если лодка потонет, то вам удастся доплыть до берега, особенно если вы скинете с себя ваши тряпки и отдадите нам свои вещи, они вам всё равно больше не понадобятся.

Наставленные стволы разнообразного оружия недвусмысленно показывали путь к лодке. Конечно, у каждого оставалось право выбора: погибнуть на корабле, будучи расстрелянным, или спрыгнуть в лодку и, быть может, выжить. Но я вот не был фаталистом и не считал правильным прыгать в полузатонувшую посудину.

— Но мы же честно заплатили вам за переезд? — вскричал один из негров.

— А мы честно вас довезли до того места, где кончаются ваши деньги. Мы выполнили свой договор.

— Но это же пиратство! — в отчаянье заорал другой негр, с которым рядом находились жена и маленький ребёнок.

— Нет, мы вам даём лодку, а она денег стоит, поэтому давайте не спорьте, а переходите туда, вам уже пора.

Для острастки один из арабов сделал выстрел в воздух из дробовика.

— Я только канистру с водой возьму, — предупредил я одного из команды и подошёл к своему прицепу.

Покопавшись в нём, я нашёл автомат, выдернул его из тряпок, моментально передёрнул затвор и открыл огонь по ближайшим ко мне арабам. Веер пуль задел первых двух человек, швырнув на палубу третьего. Не давая времени и шансов на отпор, мой автомат продолжал стрелять по оставшимся в живых грабителям.

Возникла паника, негры стали метаться по палубе, арабы прятаться, но куда спрячешься, когда от тебя ничего не хотят и не вступают в переговоры. Да и воевать с подготовленным человеком совсем не то, что со стадом испуганных чёрных баранов. Автомат, выпустив последние пули, сухо щёлкнул затвором, а второго магазина я не успел взять. Не беда, вот совсем рядом лежит дробовик, и рядом с ним расплывается целая лужа крови.

Подняв его, я выпустил заряд прямо в лицо спешащего на тот свет араба, который, видимо, что-то недопонял, скрываясь в рубке. Ещё пара выстрелов, и всё закончилось.

— Скидывайте трупы в лодку! — приказал я своим собратьям по несчастью.

С опаской смотря на мой автомат, они стали поднимать и швырять вниз очередную жатву Змееголового. Что-то я стал нетерпим к людям, которые хотят меня убить, не иначе как это происки Ящера, как пить дать. Ему же души нужны, вот он и натравливает на меня приключения день ото дня.

— Хватайте вёдра и отмывайте палубу от крови. Надеюсь, все понимают, что ваша жизнь в моих руках и, если мы спасёмся, не стоит рассказывать всем подряд о том, что здесь произошло? Как только мы сможем сойти на берег, судно бросим, а там пусть ищут, если смогут найти. Вопросы есть?

Вопросов не было, и палубу стали отмывать от потёков крови, а также всего того, что могло свидетельствовать о происшедшем на судне. До берега действительно оказалось недалеко, вот только лодка однозначно для нас должна была стать могилой. Думаю, нам бы ещё и помогли. Не получилось.

Мотор мерно татакал. Держась за штурвал, я по памяти направлял небольшой корабль подальше от доков порта и прочих изысков цивилизации. Берег приближался, пассажиры нервничали, а мне больше всего хотелось, чтобы мой мотороллер смог спокойно съехать с судна на берег.

Вот уже показалась полоска прибоя. Постепенно снижая скорость, я вывел корабль к берегу и врезался в него на малом ходу, прочно посадив на мель. Все попадали с ног, ну да ничего страшного. Причитая, как бабы, негры начали сбегать с корабля. Плюнув на тележку, я запихал свои сокровища в огромный рюкзак и с помощью двух негров и деревянных сходней спустил мотороллер на землю. Фыркнув мотором, он, пробуксовывая на песке, потянул меня в сторону дороги, увозя от негостеприимного берега.

Через час я уже был на шоссе, а ещё через час, заправившись, ехал в сторону Эфиопии. Жаль, что сейчас нет сотовых телефонов, а радио с собой возить не будешь, потому как слишком оно громоздкое. Мотороллер, набирая скорость, вёз меня к новым делам и к новым вершинам власти. Всё неясно, и в то же время всё ясно. Ну, да посмотрим.