Алексей Птица – Двигатель революции (страница 55)

В рации сначала были только помехи и посторонние шумы, наконец, ему кто-то ответил и этот кто-то был не из его руководства. С предельной циничностью, ему сказали, что анархисты уничтожены и его ждет тоже самое, но он может сдаться и его за это не повесят, а просто расстреляют, если они добровольно сдадут оружие.

Удав взревел в ярости и начал крушить все вокруг себя, но долго ему бесноваться не дали, из-за клятой столовой показалась редкая цепочка реваншистов, а за ними более крупный отряд красно-черных, идущих словно на парад, с раскрытыми кроваво-черными флагами и гротескно изображенным трезубцем посередине и гонящих перед собой чужое пушечное мясо – единственной целью которого было по всей видимости, только одно желание – ОТОМСТИТЬ.

Ударили с флангов пулеметы и люди Удава стали отступать бросая раненных, да, к чести Удава, он попытался дать отпор, сам стал за рукоятки станкового гранатомета и изрядно проредил редкую цепочку и положил с десяток красно-черных, да еще ему помогли, редким автоматным огнем немногие не струсившие анархисты.

Но на этом все! Дальше его задавили числом и десятком мин, прилетевших из глубины базы и люди побежали. Побежал и он вжимая свою голову в натянутой каске и боясь, что его не самый худший бронежилет прострелят крупнокалиберной пулей.

Бежал и боялся оглянуться, чтобы не получить пулю в лоб, бежал и не смотрел, что делают с брошенными ими ранеными, бежал и клял себя на чем свет стоит, что связался не с красно-черными, оставшимися победителями, а с анархистами, которые проиграли, и ему было абсолютно наплевать, что война еще не окончена и неизвестно, кто еще выжил и что может это все блеф, он бежал и спасал свою жизнь – самое ценное, что у него было в этой жизни.

Добежав, он загрузился в командирский джип вместе с оставшимися в живых пятью анархистами и с бешенной пробуксовкой, помчался в Фруктовый. По дороге их кто-то обстрелял – неприцельно и издалека, что только добавило скорости и так быстро едущему джипу.

Вырвавшись из города они поехали по дороге, поднимая за собою пыль, не проехав и двух километров, Удав не поверил своим глазам – навстречу ему ехал отряд Графита. Только у него было багги и МТЛБ, и протерев глаза от изумления, он разглядел на броне "мотолыги", сидящего на ней и имевшего характерную фигуру боевого гнома, – Графита.

– Ах ты ж сука, – вскипел он "праведным" гневом и приказав водителю остановиться, он не помня себя, выскочил из джипа и побежал, к так же остановившемуся багги и "мотолыге".

– Я тебя суку, доставая на ходу пистолет из кобуры, – кричал он.

Графит в ответ крикнул: – Где твой отряд?

– Там, он там, весь остался, и Удав подняв пистолет, прицелился в Графита, весь дрожа от ярости. Нажать на курок и прострелить голову Графиту он не успел буквально на секунду.

Тот уйдя влево, одновременно поднял свой АКМ и выстрелил в него длинной очередью не жалея патронов – пули отбросили тело Удава на пыльную дорогу, всего изломав и ранив, но не убив. Графит, почти мгновенно подбежав к нему, сказал только: – Все никак не умрешь гнида. Отряд свой бросил и бежишь! И не слушая ответ Удава, выстрелил ему в голову короткой очередью из АПСа. Кровь с мозгами брызнула во все стороны, окропив хмурое лицо Графита.

Мрачно сплюнув и достав фляжку со спиртом, Олег оторвал кусок ткани от Удава и смочив ее, вытер им лицо от мозгов и крови.

– Тварь, даже умирая, ты умудрился сделать гадость, своими подлыми мозгами! И посмотрел на оставшихся анархистов в джипе, которые чувствуя свою вину, не пытались защитить Удава и не лезли в их разборки, – да и за спиной Графита, был его отряд из преданных ему бойцов, сказал:

– Вылезайте! Дождавшись выполнения приказа от людей, находившихся под прицелом его отряда анархистов, он продолжил. – Рассказывайте! Выслушав сбивчивый рассказ каждого из них и изредка прерывая и уточняя детали, он в конце концов сказал.

– Машину на обочину, сами в грузовик, поедите с нами, – кровью искупите свою трусость, и добившись желаемого, уселся обратно на броню и дав отмашку, двинулся дальше, в сторону опорной базы красно-черных.

Оставшиеся два отряда анархистов, также почти уничтоженные, отступали со своих позиций от базы реваншистов. Один из них, только чудом не уничтоженный и ведомый центральным руководством, прибывшим из столицы. Сумел сохранить до 30 % личного состава и не бросил своих раненных, но не сумел сохранить своих командиров, – убитых в самом конце боя, внезапным ударом красно-черных.

Люди были закалены двухнедельным отступлением из столицы и не могли бросить своих раненых, с которыми сражались плечом к плечу все это время. С которыми прорывались из столицы и терпели тяготы и лишения в пути изгнания.

Убедившись, что все командиры уничтожены, либо захвачены в плен, – руководство на себя взял, один из младших офицеров, по прозвищу "Тиран", – нет, он не был жестоким или деспотичным, это было сокращение от его фамилии Тиранов. Командиром он был умелым и умным, поэтому и прозвище за ним закрепилось.

Забрав раненых и расчетливая огрызаясь огнем изо всех стволов, он вывел из под удара оставшихся людей и повел их дворами, в сторону центральной базы анархистов, надеясь на удачу, а скорее на отчаянье людей – не хотевших терять свою последнюю надежду, в чужом для них городе.

Последним отрядом руководил старый знакомый Графита – Герцен. Жесткий и решительный в бою, он умело руководил находящимися под его командованием анархистами в количестве 800 человек.

Всего в атаке на базу участвовало до 2000 человек, но оборонявшихся было не меньше 1500, плюс внезапный удар красно-черных переломили весь ход битвы. Правда, красно-черные напали в самый последний момент, когда реваншистов уже почти уничтожили.

Что, практически предопределило будущий расклад сил в городе, обе фракции были почти взаимо уничтожены. Но Герцен не хотел сдаваться, отбив нападение красно-черных и почти уничтожив пошедших в контратаку реваншистов. Он организованно отошел, погрузив раненных на грузовики и загрузившись с остатками своего отряда – потерявшего не больше 50 % личного состава, на три "мотолыги" и грузовики, выехал тоже в сторону центральной базы.

Боясь увидеть ее в руинах. Никто из них и не подумал, о судьбе тех людей, которые оставались на второстепенной базе в Фруктовом. Да, о женщинах вспоминают в основном, когда, что-то от них хотят, а тем более о чужих женщинах. Боевые качества женской роты, изначально были сомнительны и никто не надеялся их увидеть живыми, только подумав о них их сразу же списали, со счетов, а вмести с ними и всех тех, кто был там же.

Графит ехал на броне, держась за открытую крышку командирского люка и переваривал информацию полученную от остатков отряда Удава. Положение было архи сложное, если не катастрофическое.

– Ну что, что им мешало подстраховаться и не доверять "матадорам", чья гнилая сущность была всем известна, ведь у них как и у Англии никогда не было постоянных союзников, а были постоянные интересы!

Видно, они смогли заинтересовать анархистов, какими-то заманчивыми предложениями, преференциями или пообещать отдать им весь город, мотивируя тем, что их интересы лежат на другой территории Оранжевой республики.

Сейчас, это уже было неважно, Олег не сомневался, что центральную базу анархистов ждала та же участь, что и базу во Фруктовом и в самом лучшем случае, там еще кто-то оставался в живых, но то, что сама база была уже основательно разрушена, – он не сомневался и поэтому – не стремился туда, уж слишком много времени прошло.

Он стремился, нанести свой удар в самое гнездо врага, туда, – откуда и пошли все эти предательские планы, в самое сердце организации красно-черных в Сарькiве – в их центральную базу, расположенную на территории бывшего завода Сарсельмаш. Туда, куда они и не ожидали и выбрав самый подходящий момент – торжества их планов по разгрому анархистов.

Наверняка, там сейчас празднуют победу, получая доклады от своих частей и сил, и некому им отомстить и не чем, – думают они. Но они ошибаются, думал Олег, – вспоминая плавные обводы мин, найденных на химскладе, с красивыми зелеными кольцами на корпусе.

– Они ошибаются, – еще раз мысленно, он повторил про себя и удовлетворенно закрыл глаза, коротая время до центральной базы "матадоров".

Дорога шла почти через весь Сарькiв, но бывший завод, тем не менее находился, гораздо ближе к центру, чем центральная база анархистов и имел огромную территорию, подъездные пути для железнодорожного транспорта и очень хорошую логистику, путей отхода и наступления.

Да и кроме этого, наверняка, хорошо продуманную оборону и умелых бойцов, а если там сейчас находилось руководство организации Сарькiва, то и личную охрану. Все это беспрерывно крутилось в голове Олега.

Выход был только один, найти выгодную позицию на максимальной дальности прицельной стрельбы из миномета и организовать там круговую оборону и держать ее несмотря ни на что, пока не кончаться боеприпасы к минометам, а там можно было и отступить.

Не доехав пару кварталов до завода, Олег оставив всю технику отправился искать подходящую позицию для батареи и обороны. Потратив час, он вместе тремя соратниками, все-таки нашел, более-менее подходящую территорию.