Алексей Птица – Двигатель революции (страница 42)

Череп с костями недвусмысленно указывал, на опасность, рядом еще присутствовал значок желтого цвета связанный с химической опасностью и принадлежностью склада с химическими отходами к внутренней гвардии.

Вокруг виднелись остатки проржавевшего заграждения и колючей проволоки с "егозой". Побродив по окрестностям, они нашли две поваленные и разбитые вышки и что-то вроде небольшой караулке, взорванной и разбитой и по всей территории валялись эти снаряды в разном состоянии от взорванных до целых.

Ну и останки сражавшихся, причем с обеих сторон, причин по всей видимости было две, бой пошел не по сценарию нападавших, а операция была тайной, а руководству внутренней гвардии было уже не до этого – себя бы спасти, какое-то там химическое оружие и забытый караул.

После того как все были найдены и собраны в черные мешки и загружены в прицеп. Олег еще раз осмотрел ржавые снаряды, отобрав один и откатив его достаточно далеко от склада он несмотря на предупреждение товарищей, установил его стоймя и прицелившись разнес его длинной очередью из автомата.

Снаряд подпрыгнул и завалился на поле, через дыры в его корпусе потекла тягучая маслянистая коричневая жидкость, подойдя ближе Олег почувствовал знакомый с курсантской юности запах.

Понятно, – горчичный газ, то бишь иприт по-научному. Вот почему, никто отсюда не ушел живым, видимо караул смог подорвать грузовик, а дальше взорвавшиеся снаряды не дали никому выжить. Ну а со временем иприт разложился и выветрился.

Отец Онуфрий, оказался порядочным человеком и помогал всем, чем мог, после погрузки скорбного груза, он сел на свое место в багги и ждал когда соберутся все остальные. Остальные отчего-то не спешили.

У всех пятерых оказались какие-то дела, главным образом поиск чего-нибудь нужного, но нужное оказалось только ржавым оружием и полусгнившим снаряжением, включая несколько старых бронежилетов, с вывалившимися пластинами и несколько груд искореженного железа, бывшего когда-то грозной или быстрой техникой.

Олег подошел к замаскированному как он вначале думал складу, но оценив толщину бетона и массивные замки на нем, подумал, что для склада это чересчур, хотя замки – это не проблема для пары гранат.

Но сбоку двери виднелся небольшой железный ящичек, открыв который, Олег лишний раз убедился, что опыт не пропьешь и в карты не проиграешь даже в другой жизни.

Там находился простой цифровой наборник кода и судя по светящемуся светодиоду, он был под питанием, значит знание устройства подобных сооружений Олега не подвело и за первой дверью, наверняка будет вторая – еще более толстая, а может быть и третья, смотря что здесь хранится, хотя это и так было очевидно – судя по снарядам.

Огорченно вздохнув, что с наскоку взять не получится, по крайней мере не такими силами и не на такой технике, Олег пометил себе в памяти, что сюда надо обязательно поскорее вернуться и сделав вид, что здесь ничего нет, кроме бетона и ржавого железа, развернулся и пошел к остальным стоявшим возле багги и чего-то с интересом разглядывая.

Подойдя к ним, Олег услышал скрипучий голос Набата обратившегося к нему.

– Смотри, командир, что у них было! Видать ребята не простые, и протянул ему длинный кинжал в железных ножнах с золотой насечкой и украшенный россыпью полудрагоценных камней.

Вытащив сам кинжал, Олег оценил зеркальное лезвие бритвенной остроты, клеймо фирмы Золингер у рукоятки и свастику с одной стороны и трезубец с другой украшенный девизом на немецком и индивидуальный номер 0105. Рукоятку сего артефакта венчал большой ограненный раух-топаз, задумчиво сияя дымчато-коричневыми гранями отражая дневной свет.

За этот кинжал, я думаю некоторые, убьют не задумываясь, а то и население целого поселка лишь бы дознаться до причины потери мрачно размышлял Олег, ну какие-то идеи как пристроить данный кинжал у него появились.

– Спрячь его Набат и никому не показывай, а то и Фруктовое снесут как нашу старую базу, но уже не считаясь с потерями и продолжил:- Так все в машину, уезжаем отсюда, отвлекая их внимание от кинжала.

Все молча стали грузиться и вскоре их багги взревывая мощным мотором, отправился в путь по кратчайшему пути возвращаясь на свою базу.

Дорога обратно обошлась без приключением, если не считать того, что багги пару раз застрял на распаханном поле и его пришлось вытаскивать на руках и искать хоть какое-то подобие дороги, но если долго мучиться, – то что-нибудь получится и они все-таки благополучно доехали до базы уже в вечерних сумерках.

Сгрузив свой скорбный груз, как и остальные вернувшиеся патрули в специально отведенное помещение в отдельном здании, они ушли умываться и ужинать.

Наутро переговорив с остальными участниками похоронных патрулей, Олег выработал дальнейший план действий и первое, что он хотел – это отделиться от всех остальных, мотивируя спецификой своей деятельности и иметь свое отдельное сооружение с отдельным въездом. Это желание одобрил и священник.

Придя к начальству – минуя Удава, Олег стал излагать и обосновывать свою позицию, готовясь, что ему сразу же откажут, но ни зам по вооружению, ни зам по тылу базы, даже не дослушали его и предложили занять здание заброшенного элеватора, находившееся совсем рядом с основной базой в Фруктовом. Да и сам поселок был давно уже сферой влияния анархистов и они были здесь повсюду, включая и коренных жителей поселка, поголовно симпатизировавших им.

После чего оформив все разрешения на переезд и дав команду на осмотр и ремонт выделенного здания Счетоводу. Олег вместе со священником и выделенной командой отвез найденные останки на место захоронения в братских могилах.

Так они и занимались своими поисковыми патрулями каждый день, потихоньку ремонтируя свою новую базу и постепенно туда переезжая. Ротор за неделю починил не только ЗУ-23, но и еще нашел на захваченной базе целый МТЛБ и отремонтировав его пригнал уже на элеватор.

Олегу не давал покоя увиденный склад химического оружия, но ехать туда было неначем, (кроме багги и МТЛБ) и этого было явно недостаточно, да и нужна была взрывчатка с опытным минером, либо специалист по электронным замкам.

Да еще и проговорится мог кто-нибудь. Но не можешь решить проблему – пусти ее на самотек, главное у него уже была своя база и свой отряд, – а технику и людей он найдет.

За неделю они смогли отремонтировать элеватор, чтобы там можно было жить, конечно, убого, но можно. Зато был свой бокс для техники, колонка с водой и колодец во дворе. Забор из сетки рабицы вокруг, а на крыше элеватора можно было оборудовать снайперское гнездо и огневые точки.

Тем более, первого этажа у элеватора не было, стоял он на высоких сваях и все подступы, как к нему, так и под ним отлично просматривались со всех сторон, что в принципе и было нужно.

Элеватор был старый, непохожий на современные конструкции с семиэтажный дом из бетона и пластика, но надежен и прост. Олегу нравилось сидеть в похожем на длинный коридор отсеку для зерна и смотреть в небольшие окна вниз и на окрестности.

Так как в детстве, когда он еще пацаном шел по узкой колее – поперек бескрайнего моря золотой пшеницы, любуясь, ярким синим цветом васильков (сорной в принципе травы), свежим ветром, несущим одуряющие запахи разнотравья.

И узкой дорогой петляющей по полю, ведущей его к дому горячо любимого деда в затерянной умирающей деревне в два дома посреди Орловщины, где некогда кипела Курская дуга. И эхо войны, после дождя вымывая, почти целые патроны из грязи сельских тропинок и дорожек.

Земля действительно круглая, – думал он, смотря сначала на едва видные верхушки деревьев, с каждым шагом все больше и больше появляясь перед его глазами, словно выплывая из-за линии горизонта.

Встряхнув головой, Олег очнулся от детских воспоминаний и сразу помрачнел, сердце схватило долгой тянучей болью от неизбывной тоски об ушедшем навсегда времени, на глаза навернулись слезы.

Украдкой оглянувшись и никого не увидев возле себя, Олег вздохнул, – его уже начали боятся и никто не поверит, что он самый обычный человек безо всяких маний величия и абсолютно не хотящий никому ничего доказывать.

Но обстоятельства, не спрашивают твоего мнения, либо дерись – либо умри и никакого снисхождения не предусмотрено, а то, что ты можешь и умеешь давать сдачи и не от хорошей жизни, – то это оказывается, ты и до этого умел и вообще ты оказывается отморозок.

Во́роны, падальщики, как их только не называли «благодарные» родственники и сослуживцы. Одни не верили, что они не причем и имеют какую-то с этого выгоду, другие – сослуживцы и так сказать коллеги, поначалу равнодушные, а потом откровенно издевающиеся над ними.

В общем, все это не доставляло никакой радости ни Графиту, ни его отряду, но люди держались, а люди, как известно самое ценное, что есть у руководителя любого ранга. КАДРЫ – РЕШАЮТ ВСЕ! Не просто лозунг, просто в наше время в государственных организациях об этом забыли и начал действовать закон отрицательной селекции. Но Олег этого допустить не мог.

Тем не менее, работа продолжалась, артиллерийский тягач (МТЛБ), был на ходу и исправен, даже с запасом запчастей, пулемет с электроспуском был установлен у него в небольшой башенке впереди и к нему 1500 патронов – боезапас.