Алексей Птица – Чорный переворот (страница 3)
— Я понял, но что скажет Москва?
— Москва согласится. А что им ещё остаётся? Нам здесь ситуацию намного лучше видно, чем им. Вы, Валентин Иванович, не волнуйтесь! Но лучшей кандидатуры нам всё равно быстро не найти, так что никто нас не осудит.
В этот момент в комнату, формально пару раз стукнув, зашёл секретарь посольства и доложил:
— Прибыл генерал Мерид Негусси.
— Впустите его в посольство и приведите сюда, мы его ждём.
Через пару минут в комнату вошёл генерал и, поприветствовав собравшихся за руку, уселся в предложенное ему кресло. Абрамян уже давно ввёл в курс дела посла, поэтому беседу можно было вести безо всяких экивоков.
— Как добрались? — начали они беседу.
— Быстро, — ответствовал генерал, — но всё равно не успел.
— Жаль, что вы уехали в это время, — сказал Абрамян. — Очень жаль. Если бы вы не уехали, всё могло сложиться по-другому, мы хотя бы нашли убийц.
— Да, я не думал, что такое возможно.
— Ну, что же, нам теперь придётся жить в новой реальности, — заметил посол. — И нам потребуется свой человек, которому мы могли бы поспособствовать прийти к власти. Разумеется, тот, кто станет и дальше продолжать нашу политику, воплощая в жизнь светлые идеи коммунизма. Вы готовы повести за собой народ Эфиопии?
— Если вы всеми силами поддержите меня, окажете материальную и финансовую помощь, то я готов возглавить народ Эфиопии. Обещаю, наша политика станет более взвешенной, но при этом мы ни на шаг не отступим от коммунистической идеологии.
Дмитриев и Абрамян переглянулись. Абрамян кивнул, вроде бы соглашаясь, но уточнил:
— Какими ресурсами вы сейчас располагаете?
— Значительными, я всё же начальник военного штаба, — ухмыльнулся Негусси. — Плюс поддержка группы офицеров, готовящих военный заговор, который не состоялся. Если я сделаю заявление о прекращении войны в Эритрее и заключении с провинцией мирного соглашения, эта часть однозначно целиком перейдёт на мою сторону.
Одна бровь Хачика Минасовича помимо его воли выползла на середину обширного лба: да уж, ну и жук этот Мерид Негусси! Сам же всех заложил, а теперь рассчитывает на их поддержку! Поосторожнее с ним надо…
— Хорошо, — аккуратно произнёс он, пристально рассматривая собеседника пронзительным взглядом карих глаз. — Мы долго думали и в итоге решили остановиться на вашей кандидатуре. Вы предупредили нас о военном заговоре, и приложили все силы для его раскрытия. И очень кстати оказались не у дел, когда всё произошло, сняв с себя все возможные подозрения. Других кандидатур мы не видим, и поэтому будем рассчитывать на вас. Но и вы должны оправдать наше доверие, иначе Советский Союз прекратит оказывать вам помощь, как это уже случилось с Сомали.
— Не волнуйтесь, я оправдаю оказанное доверие! — пылко проговорил Мерид Негусси. — Во мне вы можете не сомневаться. Скоро намечается внеочередное заседание Дерга, там я и выступлю с нашей позицией.
— Позицию для начала нужно хорошо продумать и сформулировать, — вмешался в разговор Дмитриев. — Ещё вам желательно собрать собственную временную коалицию перед выборами и заручиться поддержкой сторонников, тогда вы сможете победить. Должна сохраниться хотя бы видимость справедливого перехода власти. Нам не нужна Гражданская война в Эфиопии.
— Согласен, — кивнул эфиоп. — Я поговорю со всеми генералами. Кроме этого, наведу связи и с гражданским правительством.
— Мы поможем вам. Наши сотрудники тоже пообщаются со значимыми людьми, порекомендуют выбрать именно вас и оказать вам посильную помощь. Вместе мы победим.
— Вместе мы победим! — повторил за ним Негусси и встал, чтобы крепко пожать собеседникам руки.
Бришонна Дэвис, получив огромную сумму денег на развитие заговора, тут же назначила встречу своему любовнику генералу Акабо Бараме. Долго ждать его не пришлось. Зная уже о свершившемся, он бросил вверенную ему армию на заместителя и срочно прибыл в Аддис-Абебу. Ну и, естественно, сразу же попал в упругие объятия пылкой любовницы.
— Милый, ты сегодня был особенно хорош, — мурлыкала Бришонна, поглаживая тело генерала.
Акабо чуть ли не с порога напал на неё, возомнив себя львом на гоне. Как говорится: хороший секс снимает стресс, снижает вес, качает пресс! Так что сначала секс, потом дела. А то мало ли? Ещё передумает, и будут только одни дела. А без дел постельных это крайне утомительно! Лишь удовлетворив свою похоть, он начал соображать, о чём она вообще говорит.
— Да, ты тоже хороша, моя американочка. Я каждый день вспоминал, как ты хорошо трахаешься! И приехал бы к тебе, даже если бы Менгисту не убили.
— Дааа, — протянула негритянка. — А так тебе нравится? Ах, как хорошо! Акабо, ты меня любишь?
— Да, я тебя люблю тра… просто люблю, агрх…
Генерал вновь впился губами в полную грудь Бришонны, кусая её за соски. Довольно быстро он снова возбудился. И, несмотря на слабые попытки чернокожей женщины прекратить посягательства на её тело, смело вошёл в неё, взяв розовую крепость очередным приступом. На этом он не остановился, и к деловым вопросам они вернулись только спустя час. И то исключительно после того, как кровь отлила обратно в голову.
Бришонна с облегчением выдохнула: такой животный секс не приносил ей особого удовольствия. Впрочем, повытворять нечто подобно с Якобом она бы вряд ли отказалась. Сейчас же она просто выполняла задание государственной важности и хотелось бы поменьше подобных прелюдий перед очень ответственным делом. Поэтому, не теряя времени, Бришонна перешла к деловой части встречи.
— Как дела в твоей армии, любимый? Как они восприняли смерть чёрного Сталина? А то я так испугалась, что и не знаю даже, как сказать.
— Нормально восприняли, с возмущением. Даже пришлось прихватить взвод солдат для собственной охраны. Обстановка накаляется, и не понятно, в чьи руки в результате перейдёт власть. Но мне-то это зачем? Я приехал не для того, чтобы брать власть в свои руки!
— Мм… да-а?! А я думала, что мы с тобой уже обсудили эту тему, — слегка отстранившись, немного разочаровано протянула девушка. Но тут же прильнула обратно, жарко воскликнув: — Ты тоже прекрасно справишься с руководством! И достоин власти гораздо больше других! Ты лучший! Ты самый смелый, самый умный, самый решительный. Ведь сейчас нужна только решительность и всё, а ты отказываешься. Скажи, вот кто там может быть лучше тебя?
— Ну, кто может? — генерал задумался. — Наверное, начальник Генштаба. Ещё начальники трёх революционных армий. Я-то всего лишь командир корпуса!
— И что? Плох тот солдат, который не хочет стать генералом! Какие твои годы? Ты достоин стать командующим армией, а то и главой всей Эфиопии, ты сильный и умный, ты справишься.
— Ты действительно так думаешь?
— Да! К тому же я помогу тебе!
— Ты? Поможешь? — безмерно удивился генерал. — Но что ты можешь?
— Я знаю людей, которые профинансируют твоё восхождение. Пусть эти в Дерге пока дерутся, а ты подготовишь свои войска к последнему рывку. И нанесёшь сокрушительный удар, когда они ослабеют от междоусобной борьбы!
— Ты знаешь людей, что способны мне помочь? Кто ты?
— Я твоя любовница, Акабо. И я представитель миссии ООН.
— Ты же американка? Точно! Значит, мне хотят помочь США?
— Да, но не только, — мягко проговорила Бришонна, уводя любовника от скользкой темы, — в тебе заинтересованы и другие страны. Давай пока не будем говорить лишнего… Ты готов взять на себя миссию по освобождению Эфиопии от её проблем?
Генерал вновь задумался.
— Ты это серьёзно?
Бришонна хмыкнула и, соблазнительно качнув грудями, потянулась прямо через Акабо к стоящей с его стороны прикроватной тумбочке. Не удержалась на одной руке, плюхнулась и растеклась по своему любовнику. Впрочем, тут же подорвалась и, невзирая на оказавшуюся на её попе генеральскую руку, достала то, что требовалось.
— Вот. Это тебе на первое время, — девушка выложила перед любовником толстую пачку американских долларов. — Здесь почти десять тысяч. Этого мало, но потом будет больше, гораздо больше. Поэтому бери и включайся в Большую игру за власть. Это всё твоё.
Генерал опешил.
— На кого ты работаешь, Бришонна?
— На людей, которые хотят тебе помочь! Очень хотят, поверь. Они долго выбирали достойного. Того, в кого стоит вкладывать деньги. И остановились в конце концов на тебе. И ты должен оправдать доверие. Когда ты наладишь связи, получишь не десять, а сто тысяч долларов. А если реально приблизишься к победе, — она прижалась губами к его уху и жарко выдохнула: — получишь миллион! Верь мне, я не посмею тебя обманывать. За мной стоят очень серьёзные люди, и они не пожалеют средств, чтобы возвести тебя на вершину власти.
— Ммм, а какова будет расплата?
— О чём ты? Какая расплата? Нужно-то всего лишь не препятствовать свободной торговле людей, о которых тебе скажут. Да и вообще: всё это мелочи по сравнению с Мировой революцией! Когда ты встанешь у руля власти, текущий расклад сильно изменится. Не бойся, ты всегда останешься в выигрыше. Да и страна не пострадает, а только приобретёт. Чем быстрее закончится Гражданская война, тем будет лучше для всех! Я, вернее те, кого я представляю, поможем тебе остановить голод, увеличив поставки зерна. Это принесёт тебе дополнительные политического дивиденды.
— Хм, всё это звучит очень заманчиво, — сказал генерал, взглянув на толстую пачку денег, что лежала в его руке. — Так ты связана с кем-то очень влиятельным в США? И спала со мной только ради этого?