Алексей Поворов – Апокалипсис (страница 48)

Ближе к вечеру Луцию стало уже заметно лучше. Он сидел за столом рядом с Татьяной, опустив голову на кулак, и исподлобья задумчиво смотрел на собравшихся. Александр давно уже не выходил к людям. Его изувеченное и обессиленное тело пребывало на нижних этажах подземелья. Татьяна постепенно захватывала власть, кусочек за кусочком подчиняя себе все. Луций же был ее оружием. Кто мог возразить этому зверю? Только Татьяна в ослепительном образе его Марии. Он молча слушал разговор собравшихся. Главари подконтрольных «Огненным братьям» общин и банд решали, как лучше напасть на Князя.

— О чем с тобой говорил старик? — прошептала Татьяна, слегка наклонившись к Луцию.

— Ты стала относиться к нему с презрением. Раньше ты боготворила его как великого пророка и спасителя, несущего истинную веру и дарящего Млечный путь людям. Что произошло? Что-то такое, о чем я не знаю? — генерал перевел взгляд на девушку.

— Он выживает из ума. Ты и сам это видишь. Начинает подозревать всех и вся в том, чего нет.

— Подозревать? Кого? В чем?

— А разве он тебе ничего не говорил?

— Он интересовался нашим общим делом, как оно продвигается, и спрашивал, что я намерен делать в дальнейшем. Насчет подозрений — ничего, — Луций сдвинул брови.

— Он вечно что-то бубнит. Смысл в том, что он слабеет, а вместе с ним слабеем и мы. Он как дамоклов меч висит над нами.

— Над нами? При чем здесь ты?

— Я просто не так выразилась. Кстати, — переводя тему, улыбнулась Татьяна, — ты подумал над тем, что я тебе сказала?

— Еще нет.

— Ее нужно убить. Зачем вообще ты притащил ее сюда?

— Ты так яростно хочешь смерти этому ребенку. Почему?

— Он придет за ней, и погибнут тысячи наших людей, твоих солдат, Луций.

— Пока он просто загнанный зверек, не представляющий никакой опасности. Он один, и ему наверняка страшно.

— Этот зверек может отрастить когти и клыки. Чем дольше мы его гоняем, тем больше появляется у него последователей. А с учетом последних новостей у него может появиться и армия.

— Князь не даст ему власти.

— Зато он может использовать его как духовного лидера. Зверь в овечьей шкуре. Он уже побеждает нас. Ты был избран, чтобы уничтожить его. Ты наш спаситель, Луций, а теперь ты не желаешь убить эту девчонку. Она не ребенок. Она враг. Мне, тебе, нам.

Генерал посмотрел на Татьяну отрешенным взглядом.

— Помнишь, когда я впервые тебя встретил, ты была напугана, хотела выбраться из того темного подвала? Тогда ты думала о жизни. Сейчас ты просишь убить девчонку.

— Луций, мой милый Луций, — она провела рукой по его бедру, — пойми, я переживаю за тебя. Ты же знаешь, как я люблю тебя и не могу представить, что будет, если тебя не станет рядом со мной. Я желаю ее смерти, потому что она угроза, понимаешь? Я переступлю через любого, лишь бы ты был рядом со мной. Ты и я — только это меня интересует, только этого я хочу. И разве я прошу большую цену? Одна жизнь, всего одна — ради того, чтобы тысячи остались в живых, чтобы ты был в безопасности.

— Ты слишком беспокоишься за меня. Этот самозваный мессия — в плену у Князя. Я приду за ним, а не он за девчонкой. Тем более ты же знаешь: меня не так-то легко убить.

— Знаю, — сквозь зубы процедила Татьяна и добавила: — Так зачем она нужна? Зачем ее держать здесь?

— Порой судьба непредсказуема, а я не люблю сюрпризов и лучше перестрахуюсь. Маленькая искра иногда причина пожара, который невозможно потушить. Я чувствую, что эта девочка еще сыграет свою роль. А если я ошибаюсь, то разберусь с ней, как только приколочу к кресту этого самозванца, но не раньше.

— Ты знаешь, что только он стоит на нашем пути, на твоем пути. Сейчас у него ничего нет, но что помешает ему объединить людей против нас? Ради всех здесь находящихся, ради меня, ее нужно убить.

— Убьем ее сейчас — и он точно захочет отомстить. А трудно иметь дело с тем, кому больше нечего терять. В общем, я услышал тебя. — Он взял ее руку и нежно поцеловал. — Убить ее можно всегда, но пока пускай ее голова останется на плечах. От мертвой девчонки никакого проку, а от живой... — кончики его губ слегка поднялись.

— Какие глупости, — Татьяна фыркнула, вырывая руку, поднялась с места и громко обратилась к присутствующим: — Так что вы решили?

Гомон мгновенно стих, наступила тишина, которую прервал голос Законника:

— Предлагаем сначала попробовать договориться. У Князя много людей, они на своей территории, да еще и хорошо защищенной. Разведка доносит, что к нему стягиваются люди. Неизвестно, это Князь вызвал в город своих бойцов из дальних гарнизонов или к нему присоединяются посторонние группы. Нам нужно больше времени и данных, иначе мы бессмысленно пожертвуем многими.

— Бессмысленно? — глаза Луция блеснули огнем. — Думаете, я стану вести переговоры с тем, кто ограбил меня и выставил на посмешище?

— Генерал, позвольте? — Сергей поднялся. Луций одобрительно кивнул. — Законник говорит дело. Мы потеряем много людей, правда, мы потеряем их не бессмысленно, как он выразился. Собравшиеся здесь не хотят жертвовать своими солдатами, и это понятно.

— Им придется, — сухо бросил генерал.

— Я не сомневаюсь в этом. Но стоит действительно убедиться в том, что наша цель находится у Князя. Тем более, возможно, Ярослав попросту пойдет на обмен и мы все уладим без крови.

— Без крови? Я хочу крови, Сергей. Его заместитель Казак плюнул мне в лицо. Меня ударили по одной щеке. Думаешь, я позволю ударить по другой? — Луций тоже встал и уперся кулаками в столешницу.

— Я прекрасно помню это, мой генерал. Я был с вами в тот злосчастный день. Отомстить стоит. Тем более мы давно думали о захвате Воронежа и земель Князя. Но мне кажется, что все же сначала стоит провести переговоры. Если убедимся в том, что наша цель у них, выдвинем войско и разобьем их.

— А если его нет там? — встрял в разговор Балабек.

— Если его там нет, стоит попридержать военную операцию. Нас много, но врагов еще больше. Пока все разрозненны, нам нечего бояться, но если все объединятся против нас, что тогда?

Луций пристально посмотрел на Сергея, затем окинул взглядом собравшихся.

— Нухорошо. Пусть будут переговоры, но Воронеж я возьму, — он сел на место. — Сергей, ты лично отвечаешь за переговоры. Даю вам три недели, чтобы вдоволь наболтаться с Князем. Потом я выступаю на них и все, кто тут присутствует, пойдут со мной, иначе ваши головы я надену на колья, которые будут украшать борта моих грузовиков. В любом случае вам придется быть рядом со мной.

Глава 27 СЕМЕЙНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ

Виктор тяжело дышал (возраст давал о себе знать), и все же на предложения Марса отдохнуть он отвечал твердым отказом. Катя

по-щенячьи скулила от усталости, но терпела и шла через не могу. Третий день они бежали неведомо от кого. Мокрый и вязкий чернозем налипал на обувь так, что трудно было поднять ногу, — приходилось постоянно останавливаться, чтобы избавиться от вездесущей грязи. Виктор поднял их ранним утром с бешеными от страха глазами, сказал, что нужно уходить, что за ними пришли. Кто за ними пришел, Марс тогда не понимал. Мало ли кто мог захотеть убить их? Он привык слушаться и подчиняться своему приемному отцу, своему учителю. Трое суток почти без сна и отдыха, на пределе человеческих сил. Останавливались только перекусить, попить — и снова в путь. Виктор шел так, будто убегал от самого дьявола. Старик не знал усталости. С безумным видом он молча шагал, ведомый нечеловеческой силой.

— Отец. Отец! — Марс забежал вперед и чуть ли не силой остановил своего учителя. — Да остановись ты!

— Он выследил нас. Теперь только бежать.

— Да кто он? Кто он? Я всю жизнь бегу с тобой от кого-то. Мне плевать, и я буду бежать дальше, куда скажешь, хоть на край света, но мы идем трое суток, и я не вижу преследования, за нами никто не идет, никто не следит. От чего бежим? Посмотри на Катю, она едва держится на ногах. Нужно отдохнуть. Потом будем идти столько, сколько скажешь и куда скажешь, но дай отдохнуть себе и ребенку.

Виктор осмотрелся вокруг, взглянул на худущую, еле стоявшую девчушку, долго смотрел на Марса.

— Да. Ты прав. Отдохнем.

— Вот и прекрасно. Поищем место для ночлега. Солнце скоро сядет.

И все же ночь настигла их еще в пути: Виктор никак не мог определиться с местом ночевки. Старику все представлялось небезопасным. Наконец впереди показался небольшой холм с усеянной валунами вершиной. Радости не было предела: с высоты открывался хороший обзор. Но вряд ли это можно назвать преимуществом в кромешной тьме осенней ночи. Когда добрались до вершины, в темноте уже невозможно было что-либо разглядеть. Катя взяла Марса за руку и прижалась, пытаясь спрятаться от ветра.

— Нужно соорудить укрытие. Хватайся за деда Витю и не отпускай его. Я сейчас что-нибудь придумаю.

Марс с топором направился к небольшому дереву. Вскоре он с помощью рычага сдвигал камни друг к другу, делая из них некое подобие стены. Виктор усадил девочку на колени, прижал к себе, пытаясь согреть. На мгновение небо осветилось яркой вспышкой молнии.

— Мне страшно.

— Это всего лишь молния.

Разряд снова расползся по небу загадочным ярко-голубым узором, на секунду вырывая из темноты пейзаж.

— Я очень устала и замерзла.

— Все хорошо, отдыхай и ничего не бойся, — Виктор достал из сумки старое одеяло и укутал Катю.