Алексей Попов – Участие органов государственной безопасности СССР в сопротивлении гитлеровским захватчикам на оккупированной советской территории (1941—1944 гг.) (страница 2)

Поучительные примеры агентурно-оперативной деятельности чекистов в партизанских формированиях можно почерпнуть из труда В.В. Коровина, где одна глава посвящена деятельности органов госбезопасности в тылу врага[4]. Исходя из анализа оперативной обстановки дается характеристика разведывательной и контрразведывательной деятельности оперативно-чекистских групп, действовавших на оккупированной территории Белоруссии, Украины и западных областях РСФСР. Описываются ранее неизвестные факты боевой деятельности сотрудников органов госбезопасности, действовавших на территории, контролируемой противником.

Нельзя не отметить работы известного специалиста по диверсиям в тылу противника И.Г. Старинова[5]. Им впервые была поднята проблема подготовки органов государственной безопасности СССР к партизанской борьбе накануне Великой Отечественной войны. Интересен его взгляд на операцию «Рельсовая война», который идет в разрез с мнением большинства известных специалистов по истории партизанского движения[6]. Автор считает неправильным решение руководства страны отдать приказ о взрыве только рельсов. По его мнению, для большей эффективности нужно было подрывать поезда.

С этой точкой зрения согласен В.И. Боярский, который одним из первых в своих трудах показал и обосновал роль органов государственной безопасности СССР в организации борьбы в гитлеровском тылу, особенно в первые месяцы войны[7]. Представляет определенный интерес одна из последних работ этого историка. В ней проведен анализ партизанской борьбы различных народов в XIX–XX вв. Сделан вывод о том, что успех партизанской борьбы зависит от привлечения к ней профессионалов[8].

Обращает на себя внимание работа Т.К. Гладкова и Ю.А. Калиниченко, в которой показана работа территориальных органов государственной безопасности СССР по созданию подполья в г. Людиново, Калужской области[9]. Авторы делают вывод, что подпольные организации и группы в сотнях оккупированных гитлеровцами городах и поселках, были разгромлены карателями. Выдвигается версия о некоей закономерности, еще не исследованной учеными. Спорным является заявление, что провалы подполья в меньшей степени были из-за предательства[10].

Опровергают эту версию публикации О.К. Матвеева В.Г. Глебова и А.Ю. Попова. Так, например, резидентура «Форт» в оккупированной Одессе погибла из-за предательства инициативника, рассказавшего румынской контрразведке о своей принадлежности к подполью[11]. Резидентура «Максим», действовавшая в оккупированном Киеве, была выдана внедренным агентом гестапо из числа местных жителей[12].

Резидентура «Маршрутники», действовавшая в оккупированном гитлеровцам Николаеве успешно наносила ущерб немецко-фашистским захватчикам, который был оценен в 45 млн марок. И только после того, как один из подпольщиков был пойман и не выдержал, примененных к нему карателями пыток, он выдал своих товарищей по резидентуре[13].

Значимой работой по изучаемой теме явилась монография В.С. Христофорова, где автор раскрыл задачи органов госбезопасности в годы Великой Отечественной войны, которые решались и на оккупированной советской территории: «противодействие разведывательным и контрразведывательным органам Германии и их союзников, розыск, выявление и разоблачение агентов противника; борьба с предательством, изменой Родине, дезертирами, паникерами, распространителями провокационных слухов; обеспечение режима сохранности государственной и военной тайны; информирование высших органов государственной и партийной власти о процессах в обществе, контроль за общественными настроениями»[14].

Познавательными и богатыми фактическим материалом о чекистах-участниках зафронтовой деятельности в годы Великой Отечественной войны, являются биографические исследования А.И. Цветкова[15].

Исследуя данную проблему, автор настоящей книги выпустил ряд монографий, в которых были затронуты вопросы партизанской борьбы, а также разведывательно-диверсионной, контрразведывательной и специальной деятельности органов госбезопасности СССР на оккупированной советской территории в годы Великой Отечественной войны[16].

Важным событием в историографии Великой Отечественной войны стал выход 12-томного фундаментального исторического исследования «Великая Отечественная война». В частности, 6 том «Тайная война. Разведка и контрразведка в годы Великой Отечественной войны» – сосредоточил в себе новейшие достижения исторической науки по истории органов госбезопасности, в том числе и на оккупированной советской территории. Ее появление стало возможно благодаря кропотливой работе по рассекречиванию объемного массива ранее закрытых документов, творческому поиску большого коллектива историков. На фактологическом материале впервые введенных в научный оборот исторических источников дана объемная картина действий советской разведки и контрразведки накануне и в ходе войны[17]. В 10 томе издания один из разделов посвящен жизни населения в условиях фашистского оккупационного режима[18].

Некоторые авторы, при освещении деятельности органов государственной безопасности в годы Великой Отечественной войны, в том числе на оккупированной советской территории, идут путем наименьшего сопротивления, основывая свои труды на опубликованных источниках и мемуарах очевидцев, что на порядок снижает научную объективность их работ[19].

В ряде книг по истории партизанского движения, вышедших за последние 30 лет, не упоминается об участии органов госбезопасности СССР в сопротивлении советского народа в тылу немецко-фашистских войск[20]. Таким образом, игнорируется вклад чекистов в дело развертывания борьбы советского народа на оккупированной территории СССР.

В других работах кадровые сотрудники органов государственной безопасности СССР отождествляются с офицерами Красной армии, а в результате то, что сделали чекисты в тылу противника, приписывается совершенно иным людям. Так, в монографии В.А. Пережогина утверждается, что «… нередко разведку в интересах Красной Армии партизаны проводили с армейскими разведывательными группами… Именно таким образом действовала группа разведчиков во главе с Н.И. Кузнецовым, заброшенная летом 1942 года в район г. Ровно, где к тому времени обосновался партизанский отряд под командованием полковника Д.Н. Медведева»[21]. Представляется, что нужно более четко показывать ведомственную принадлежность партизанских разведчиков, так как ни Н.И. Кузнецов, ни Д.Н. Медведев к армейской разведке никогда никакого отношения не имели, а подчинялись непосредственно 4-му Управлению НКВД, ведавшему зафронтовой деятельностью органов госбезопасности.

В настоящее время не прекращаются попытки ревизии итогов Второй мировой войны, пересмотра вклада Советского Союза в дело разгрома фашизма, наблюдается стремление ряда отечественных и зарубежных исследователей, а также представителей СМИ сделать акцент на негативных явлениях истории Великой Отечественной войны, в том числе представить в мрачном свете участие в ней органов государственной безопасности СССР.

Следует констатировать, что некоторые исследователи имеют весьма специфическую точку зрения по указанной проблеме, пытаются опорочить деятельность органов госбезопасности СССР в годы Великой Отечественной войны, партизанское движение и деятельность подполья в целом. Эти люди выступают с заранее предвзятых позиций. Они пытаются обвинить чекистов, работавших в тылу врага, в различных преступлениях, искажают конкретные исторические события по изучаемой проблеме. Так, например, в книге Соколова Б.В. «Оккупация», уже в предисловии автор шокирует читателя тем, что просмотренные им документы вызывают «…гнев не против немцев и их пособников, а против чинов НКВД и советских партийных лидеров, не менее своих германских коллег повинных в преступлении против человечности»[22]. Следуя логике автора, получается, что оккупантами в годы Великой Отечественной войны явились не гитлеровцы, а чекисты и партийные работники.

Б.В. Соколов оправдывает деятельность и украинских националистов, и генерала А.А. Власова и других изменников. Он обеляет предателей, выдает их низменные чувства за искренние убеждения, аргументирует измену как несогласие с существующим советским строем. Соколов пытается создать у читателя мнение о том, что партизаны и крестьяне в период гитлеровской оккупации жили в постоянном антагонизме, что все партизаны были мародеры. Получается, что Б.В. Соколов не знает элементарных исторических закономерностей. Например, что партизанское движение невозможно без поддержки мирного населения. Его бы просто не существовало.

Следует отметить, что такая интерпретация событий на оккупированной территории еще раз подчеркивает актуальность борьбы с различного рода фальсификаторами отечественной истории, доказывает актуальность научно доказывать необоснованность выводов подобных горе-историков.

Другой автор, А. Гогун заявляет, что органы государственной безопасности на оккупированной советской территории занимались терроризмом[23]. Он ставит под сомнение ценность разведывательной информации, получаемой от агентуры спецотрядов НКВД-НКГБ СССР. Сожалеет, что зафронтовую деятельность органов госбезопасности СССР «…можно рассматривать в основном на основании отрывочных данных, просочившихся в печать, и косвенных сведений из открытых архивных фондов»[24].