Алексей Попов – Драма на озере (страница 5)
Возбуждённый до крайности Иван вскочил со стула и стал нервно ходит по кухне.
– Вань, присядь! И рассказывай дальше.
– Значит, должны быть и другие отпечатки – как минимум второго рыбака! А в заключении экспертизы это отмечено не было. Вот, первая нестыковка! Думаю, кто-то стёр все старые отпечатки и вложил топор в руку Григория, может, уже не живого… И с обрезом такая же картина! Потом на тропинке в лесу свежие следы были – до ребят прошли какие-то люди с тяжёлыми рюкзаками… Они могли быть или свидетелями, или… Но о них Горчаков даже не упоминал! А почему?.. Как считаешь, лейтенант полиции?
– Пока всё логично! Но ведь и опера приехали не сразу, на другой день, как тела обнаружили… Ещё что-то есть?
– Есть и ещё… Я прочитал в заключении о вскрытии тела Гриши Зубкова, что, кроме синяков и огнестрельного ранения в голову с близкого расстояния, несовместимого с жизнью, есть также увечье конечности – перелом! Подожди, вспомню, как написано у судмедэксперта…
Иван обхватил голову руками, даже закрыл глаза, чтобы ничто не отвлекало его внимания.
– Вот, слушай! – через минуту, радуясь, что вспомнил, воскликнул Бережков. – Там было написано так: «Правая нижняя конечность имеет обширную гематому и закрытый перелом малой берцовой кости…» Ты понимаешь, что это значит?
– Да, с таким диагнозом не побегаешь…
– Вот! И я обратил на это внимание… Значит, есть новый вопрос: когда Зубков получил эту травму? Допустим, по отработанной версии, что получил в момент драки в избушке… Тогда как же Григорий мог со сломанной ногой и по пересечённой лесной местности пройти или пробежать ещё километр? Заметь, в сложных зимних условиях, глубокой ночью, раз найден погибшим спустя шесть часов после моего отъезда?! Такой маршрут может одолеть только очень сильный и здоровый человек. Думаешь, он мог?!.
– Вряд ли! Ну, если только ползком… Но тогда такой характерный след на снегу опера бы точно внесли в протокол обследования места происшествия! Или перелом случился уже в конце пути…
– Ладно, пусть так: пришёл, оступился, упал, сломал… Но ведь столько прошёл! Зачем ему стреляться, когда пройден такой трудный путь по лесному бездорожью и закончился у самой тропы? Проще по тропе добраться до дороги. На шоссе остановить попутку, чтобы доехать до города, до больницы с травпунктом – ни один водила не откажет в помощи! Не мог же он поступить, как в блатной песне: «…Зачем же мне лечиться, уж лучше застрелиться»?
– Да уж…
– Ты вот скажи: откуда у Зубкова эта травма ноги?! – наседал на лейтенанта Бережков. – Может, была ещё одна драка?.. Со смертельным исходом для Гриши?.. Значит, драка была не в избушке или была не единственной!
И произошла она, последняя, совсем в другом месте…
И почему он бежал не по протоптанному прежнему и знакомому пути, а совсем в стороне от тропы? Боялся кого-то встретить?.. Чем дольше задумываешься над этой трагедией, тем больше вопросов…
– Стоп! Ваня, у нас тут не встреча одноклассников, а какой-то мозговой штурм следственных версий получается! Тебе следак дал почитать только две бумажки, и мы наверняка многого не знаем… Рано делать поспешные выводы. Давай лучше выпьем!
– Ты прав! Согласен… Думаю, в материалах дела есть и другие странности, но мне их не покажут… Наливай!
Друзья выпили, замолчали, переживая упомянутые события. Захмелевший Федя вдруг неожиданно сообщил:
– Слушай, Ванюша, а ведь я… Могу тебе помочь!..
– Чем же?
– Пока советом: знаю, к кому тебе следует обратиться за помощью.
– К прокурору, что ли? Ну?..
– К начальству! – заулыбался Ивакин. – Но не к нашему… По крайней мере, к людям с более серьёзными полномочиями.
– Федя, говори!..
– Ты знаешь, где находится колония усиленного режима? Недалеко от посёлка Рудный…
– Конечно знаю! Там рядом ещё есть предприятие по разработке редких металлов… Это как раз по той же дороге, что я ребят на рыбалку подвозил!
– А знаешь, что там недавно произошло ЧП?
– Нет.
– В колонии сгорел материальный склад, на пожаре были жертвы… Назначена комиссия из самой Москвы, чтобы объективно разобраться с происшедшим. И командированы в наш район приезжие оперативники… Эта группа, по особо важным делам, уже работает! Её возглавляет майор Погодин… Вот кто тебе нужен!
– Интересно… Пожалуй, мне-то он нужен, да только ему-то я зачем? У него свои задачи. Пошлёт он меня далеко и надолго!
– Ну, это как подойти… Да, ты прав! – в знак согласия качнул тяжёлой головой Фёдор. – Ему ты незачем… Значит, надо что-то сделать, чтобы выслушал – подкатить к нему грамотно.
– А ты его знаешь?
– Теперь да, познакомились… – зевнув, ответил Ивакин. – Я участвовал в сопровождении, вёз этих спецов из аэропорта. Говорят, майор – важная шишка и специалист толковый. Только вот познакомить тебя с ним не могу – он на секретном задании. Ты как-нибудь сам попробуй…
– А где он сейчас?
– Сегодня эти опера уже работают в колонии.
Но знаю, что для них забронирован номер «люкс» в нашей гостинице «Шахтёр». Значит, в городе они тоже появятся, но позже… – Фёдор опять сонно зевнул. – Давай пропустим ещё по одной, и я спать! Вырубает с ночи…
– Лады! Давай на посошок!
– Давай! За всё хорошее…
Друзья тепло попрощались, пообещав друг другу встречаться чаще.
– Вань, мне иногда говорят, что я на выдумки горазд… Если что узнаю… Или придумаю по твоей теме, позвоню!.. – с трудом открывая сонные глаза, пообещал Федя, выпуская школьного друга из квартиры.
Иван Бережков
Придя домой из гостей, Бережков решил отдохнуть. Он прилёг на кровать, но сон не приходил – слишком много странных и даже трагических событий произошло за совсем короткий промежуток времени. Заново прокрутив некоторые моменты сегодняшнего дня, Иван невольно вспомнил свои поездки в столицу.
Москва!.. Этот крупнейший мегаполис страны никого не мог оставить равнодушным! Ещё в первый приезд Ивана этот город и пугал, и одновременно восхищал своими размерами, красотой, мощью, энергетикой. Великолепные памятники и музеи, историческая старина и современные небоскрёбы, станции и подземные переходы в метро, театры, кафешки, никогда не прекращающиеся толпы пешеходов на тротуарах и бесконечные потоки автомобилей на проспектах, живописные парки и тихие улицы окраины оставили в памяти Ивана неизгладимый след.
Также он не мог не вспомнить своих сокурсников, преподавателей и, конечно же, свою московскую знакомую, девушку Ларису, студентку того же института, где учился и Бережков, но на курс младше. Встречи с ней, так похожие на качели, были и безмерно радостными, были и не очень…
Как-то, ещё во время летней сессии, Иван и Лариса сидели на скамейке в уютном скверике над учебниками, готовясь к экзаменам.
– Ну сколько можно!.. – Девушка решительно закрыла книгу. – Жарко… Может, в кафешку зайдём?
– Хорошо, Лапа… – не отрываясь от книги, рассеянно произнёс Бережков. Лариса удивлённо посмотрела на спутника.
– Ин-те-рес-но! – Бережков заметил подозрительный блеск в глазах своей подруги. – Ваня, ты как меня назвал?..
– А… Извини, задумался.
– Лапа – это твоя бывшая девушка? Или настоящая?.. – не унималась Лариса, терзаемая ревностью. – Давай колись! Ведь всё равно проговорился!
– Нет-нет! Ты неправильно поняла: это я иногда так мысленно тебя называю.
– Меня? Лапой?!.
– Ну да: Лапой, Лапушкой!
– Не понимаю… А почему?
– Когда я был ещё совсем ребёнком, смотрел мультик про зайцев… – Иван отложил в сторону учебник. – Я читал, что детские впечатления иногда проходят через всю взрослую жизнь. И у меня вот, тоже… Так вот, в том мультфильме в заячьей семье жили четыре сыночка и лапочка-дочка. Дочка-лапочка была маленькая, пушистая и добрая… Похожая на тебя!
– Тогда ладно… Реабилитирован! – рассмеялась Лариса. – Вот уж не думала, что я на зайчонка похожа. Только, Ваня, называй меня не Лапой, а Лапочкой…
Бережкову вспомнилась и последняя столичная встреча, так резко завершившая их отношения. В мыслях Иван уже столько раз возвращался к ней.
– …Послушай, Ванечка! А ты не хочешь перебраться в Москву?
– Лариса, я как-то не думал об этом.
– А зря! Там, на севере, тебя что-то держит?
– У меня там работа, друзья, рыбалка…
– Здесь ты быстро найдёшь работу. И возможностей для карьерного роста больше. Решайся!
– Даже не знаю…
– Так и будешь мотаться туда-сюда? Приезжать лишь в отпуск и на экзамены? А говорил, любишь…
– Лариса, но там я живу, работаю. И у меня там мама…