Алексей Попов – Драма на озере (страница 4)
«Так чему верить: интуиции и собственному жизненному опыту или следственным документам?..»
Встреча с одноклассником
Выходя из такого негостеприимного заведения, каким для него оказалось отделение полиции, Иван столкнулся в дверях с рослым молодым полицейским. Тот удивлённо покосился на нерасторопного штатского, но быстро сменил недовольство на радость:
– Бережков?.. Стоять! Не думал тебя встретить в нашем заведении! – Полицейский вышел вслед за ним на крыльцо. – Натворил чего?..
– А… Федя! – Иван узнал в улыбающемся моложавом офицере бывшего одноклассника. – Ивакин, а ты хорошо смотришься в мундире.
– А то! – уверенно подтвердил полицейский. – Сам знаю, что хорош! Всего лишь один недостаток…
– Какой?..
– Мне бы на погоны звёздочки крупнее.
– Ха-ха! Ну шутник! Вот никогда не думал, что ты в силовую структуру двинешь.
– Так и я узнал совсем недавно, что ты в московском вузе учишься… Мы же с тобой давно не виделись! Слушай, давай пообщаемся, а?
– Ну давай! А когда?
– Да хоть сегодня, если временем располагаешь.
– Ну, вечер у меня занят, а с утра я пока свободен.
– Отлично! Тогда подожди пять минут: я с ночного дежурства… Сейчас доложу начальству обстановку и – на отдых! Покури в скверике напротив, я быстро!
– Не курю, но подожду.
Лейтенант заторопился в свою контору.
– …Ну что, ударим по коньячку за встречу? – Фёдор возвратился быстро.
– С утра? Рановато для коньяка… Может, пивком ограничимся? Хотя и пиво ещё не продают…
– Ну, это смотря кому… – многозначительно протянул полицейский. – Можно и пива. Хотя, как говорил Винни-Пух, лучше и того и другого! Хорошо, берём всё с собой и идём ко мне, живу рядом. Жена на работе, «мелкий» в садике – никто нам не помешает.
Мужчины подошли к магазину. Лейтенант оживился.
– У тебя вроде сумка пустая… Дай-ка мне её! Подожди здесь, я загляну к директору. – И Федя нырнул в магазин.
Вскоре он вышел оттуда с разбухшей сумкой, в которой глухо звякнули бутылки.
И вот Бережков впервые оказался в новой квартире своего бывшего одноклассника Ивакина. Он разглядывал комнаты, удивлялся их хорошей планировке, красивому дизайну, богатой обстановке.
– Слушай, Федь, да у тебя шикарные хоромы!
– Спасибо! Жене тоже нравится, а это для семьи главное.
– И в самом центре! – продолжал восхищаться Иван. – Федька, колись! Не поверю, что это всё на скромную полицейскую зарплату.
– Так и не верь! Никто не заставляет. Присядь! Сейчас колбаску порежем, огурчики достанем… – засуетился хозяин.
– А всё же, Федя, как?..
– Всё просто: с квартирой наши родители помогли, скинулись с новой роднёй на радость новобрачных. Зато на всё остальное мы сами заработали.
– А как в менты попал?
– Случайно… – ответил хозяин, продолжая быстро накрывать на стол. – А куда мне было идти работать после армии без специальности? На завод по второму разряду слесаря? Работа нудная и зарплата мизер! Знакомые посоветовали: после службы иди в органы, сейчас тут быстро звания растут. К тому же разные льготы имеются и на пенсию уходят рано… Вот и начал я полицейскую карьеру: хорошо проявил себя при задержании жуликов, отправили учиться… Теперь вот – лейтенант!
Через несколько минут кухонный стол для «заседания» двух давно не встречавшихся мужчин был окончательно оформлен.
– Ну, за нашу встречу!
Звякнули хрустальные стопки, булькнул огненный напиток, вкусно захрустели на крепких молодых зубах малосольные огурчики.
– А помнишь, как?..
И начались воспоминания о ставших уже далёкими школьных годах: об учителях, о ребятах и девчатах, о тех, кто уехал после окончания школы и кто ещё продолжает жить в этом городе, кто женился, кто кем работает…
– Ваня, а чего к нам в отделение приходил, что у тебя случилось-то?
– Случилось… Приходил к Горчакову по повестке, свидетелем по убийству Аверина и Зубкова.
– Слышал, громкое дело для нашего ведомства…
– Ты должен их знать.
– А как же: в одной же школе учились! Ну, и что сказал следак?
– Чего рассказывать, ты и так всё знаешь. Только оказалось, что их живыми последним видел именно я…
– Когда успел? Ты же в Москве был.
– Вот перед самой поездкой в Москву я ребят и отвёз на рыбалку. На ту, последнюю в их жизни…
– Ты же их сосед, знаешь подробности… Рассказывай!
– Да я без понятия…
– Может, какая женщина между ними встряла?..
– Уж точно нет! У них хорошие семьи, а их родители ещё с советских времён дружили…
– А ребята бухие были, когда с тобой ехали?
– Нормальные были: ехали весело, шутили много, трезвые… Ну, только когда довёз, они выпили слегка на дорожку. И я поехал назад. А следователь считает, что они подрались от перепоя…
– Не продолжай, всё отделение в курсе про официальное заключение. И я не верю, знал ведь обоих…
Бывшие одноклассники помолчали, заново обдумывая безысходность ситуации. Ивакин нарушил молчание первым.
– Эх, Ваня! Ты не бери в голову. Иногда такое в ментовке случается: чтобы не получился «висяк», начальство давит на подчинённых в поисках виновника… И «виновник» находится! А тут подходящий случай – на самоубийцу можно многое списать, всё равно уже не отмажется! И дело закрыто, и следователь молодец, и начальству радостно. Одним махом – и нет «глухаря»: все довольны, всё хорошо!
– А как же родственники, как им с этим жить?
– А кто о них думает, когда речь идёт о карьерном росте? – Хозяин не забывал наполнять стопочки. – Что-то мы зациклились на трагедии… Ты давай пей!
– Ладно, только не гони лошадей! Мне бы разобраться с этим делом… Что-то тут чересчур просто!..
– Так и я сомневаюсь, что всё верно. Ну, давай здесь, на кухне, отругаем всех нерадивых чиновников! Легче станет?.. Этим ничего не изменишь – система! Если убрать один винтик в юридическом механизме, допустим, следователя Горчакова, в аппарате следственного комитета ничего не изменится, найдутся другие «винтики», с которых будут требовать то же самое. И результат будет тот же! Забей на это, Ваня!
– Не могу: ведь мы же с семьями погибших соседи.
И с ребятами я часто общался, можно сказать, дружил! Ведь где-то же ходит настоящий ненаказанный убийца, который может пойти на новое преступление…
– Когда-нибудь он проколется, поймаем…
– А сколько ещё людей может пострадать!
– Всё так… Кстати, а если мы ошибаемся? – Федя, с трудом борясь со сном, вдруг задумался. – Вот ты, например, почему решил, что преступник на свободе?.. Может, его и в самом деле не было и всё правильно… Кто знает, какие тараканы в чужой голове просыпаются под действием алкоголя… А что у покойного Зубкова тело в синяках и ссадинах, так бежал в состоянии аффекта… Мог травмироваться о сучки деревьев! А часто падал – торопился! Где конкретные факты, что это не так? Ведь дело закрыли как раз потому, что никого не нашли…
– Вот ты, Федя, правильно сказал – не нашли! – горячо возразил Бережков. – А не потому ли не нашли, что плохо искали?.. Я это понял после визита к следователю. Он показал пару копий документов дела, чтобы меня убедить в верности своего решения… Лучше б не показывал, только расстроил! – Бережков поднял стопку с коньяком. – Ладно, потом расскажу. Давай за ребят! Не чокаясь…
Они выпили, опять помолчали.
– Так вот, экспертиза установила, что на обрезе застреленного есть отпечатки пальцев только одного Зубкова! И на топорике и ноже тоже только его – вот это и настораживает! А я видел перед отъездом от тропы, где мы расстались, как Юра достал с пояса свой нож и передал Грише, чтобы порезать хлеб для закуски… Почему тогда отпечатки там только одного человека?!.