Алексей Переяславцев – Парагвай (страница 2)

За упомянутым событием последовал диалог.

— Серега, ты живой?

— В среднем. Только вижу неважно, как неподходящие очки надел. Ты как?

— Мне этот взрыв по ушам дал. Ну вроде бы неподалеку снаряд рванул. Солидного калибра, сто пятьдесят два. Тебя как сквозь толстенный войлок слышу. Кстати, движок я заглушил.

— На ноги встать можешь?

— Попробую… вроде держат.

— Кажется, глазам лучше. Знаешь, Вовка, не взрыв это был.

— Мне не рассказывай. Ты ж не служил, а вот я — да. Старший сержант, разведвзвод мотострелков, как-никак.

— Пусть я во взрывах ни хрёнышка не понимаю, но целые стекла в здании и в машине — их вижу. Кстати, мой мобильник вроде фурыкает. Но сети нет.

— И на моем тоже. А если не взрыв, тогда что?

Ответ последовал не мгновенно. Корольков успел подумать, что старый товарищ с его природным талантом мгновенно понимать (пусть иногда неправильно) суть проблемы пытается анализировать на ходу. Но начал зав опять же с вопроса:

— Владим Федосеич, ты хоть что-то помнишь о… самом процессе. Ну когда это грохнуло? Какие-то осмысленные звуки? Или хотя бы понятные? Свист снаряда? Визг осколков? Вроде у тебя зрение все время в порядке было — так, может, какие картинки заметил?

Тут уже задумался замзав.

— Сплошной гром, ничего осмысленного. Еще сначала молния была, очень большая. Еще подумал или даже вслух сказал: «Песец пришел». А ты? Кстати, как там зрение у тебя?

— Улучшается, точно могу сказать. Что до слов — не уверен, а вот картинка запомнилась.

— Ну!!!

— Земля, видом — как из космоса. Голубая. И пятна облаков. Она двигалась. Ну как вращение по оси. Запомнился по очертаниям материк: вроде Южная Америка. А может, Африка — за свои глаза не поручусь. И вроде как слова «хоть Парагвай». То ли я сам это сказал, то ли кто другой. А потом тьма. О, между прочим. Оглянись тут вокруг. Думаю, сейчас ты лучше меня видишь.

В данный момент завлаб лукавил. У него уже сложилось подозрение, но очень не хотелось высказывать его вслух.

— Можно посмотреть, — старый товарищ догадался о существовании некоего подвоха, но виду не подал. Вернулся он через пяток минут.

— Так вот, здание второго прокатного исчезло, как не было. Вторая литейка также. И столбы с проводами, и трубопроводы, опять же. Вместо всего этого — пустырь с деревом. А там, подальше, — вроде как деревенский колодец, только каменный. А еще дальше — роща или лес, но далеко, без бинокля не разгляжу. Или, возможно, это речка с зарослями по берегам.

— Дай и мне глянуть.

При виде дерева подозрения начали кристаллизоваться в уверенность. У Федорова вдруг прорезалось натужно-смешливое настроение:

— Это дерево, брат, не просто так дерево. Араукария, я их видывал на картинках и в телике. Южная Америка — вот где они растут, как наши елки. Кстати о белках. Зверье какое вокруг заметил?

— Не-а. Да и не может его быть: тот взрыв… ну или что там… оно, поди все живое распугало.

— Кроме нас. А, все равно…

Тяжелая пауза. Шутить завлабу уже не хотелось ни на полсмешинки.

— Перенос, вот что это такое, Владимир Федосеевич. Перенос в пространстве. Всего нашего здания, и мы с ним туда же.

Имя-отчество прозвучали с настолько отчетливой артикуляцией, что любое настроение на юмор выморозилось бы даже у Жванецкого.

Собеседником умного завлаба был кандидат наук, что и проявилось:

— Пространство прокололось, допустим. Как насчет времени?

Вопрос не был праздным.

— Похоже, влипли мы с тобой, Володя, капитально, по самые причиндалы. Узнать здешнее время — так надо с местными войти в контакт. Да, и неплохо бы вызнать год. Но это если туземцы имеются. А если тут динозавры? Или даже саблезубые тигры — водились в этих местах такие — тогда как? А у нас и оружия никакого нет.

— Не все так плохо. Загибай пальцы. Если правда Южная Америка, и с человеками — есть шанс, что говорят по-испански…

Лицо Федорова прояснилось. Он прилично владел этим языком — сказалась полугодовая командировка на Кубу. И Корольков это знал.

— …и кой-чего из оружия все же имеется. Травматик на основе «ярыгина» 1 . Таскал его с собой. Еще: те станочки, что у нас имелись. Почему-то их в первую очередь перевезли и даже установили — понятно, фундаменты есть. Если они в порядке — много чего сделать можно. Металл у нас в наличии. Это тебе два.

— Ну да, ты же спец. Мы как два попаданца дополняем друг друга.

Это было чистой правдой. Завлаб не скрывал от друзей, что он владеет семью языками (если считать украинский). Правда, эти умения он не особо афишировал. Впрочем, собственые способности в части чужого произношения оценивал вполне трезво.

Его товарищ имел наклонности совсем иного рода. Огнестрел — вот к чему он питал живую страсть. Коллекционировать что-то в этом роде было, конечно, нельзя, но дома имелась законнейшим образом приобретенная «Сайга». У этого оружия был, правда, крупный недостаток: на работу пронести его не представлялось возможным. Зато в свободное время Владимир Федосеевич активно общался с такими же сдвинутыми на голову любителями. Ради правды заметим, что обмены мнениями, споры и даже ссоры большей частью проходили на пространстве Интернета. Но в любом случае Сергей Петрович не сомневался в знаниях напарника по этой части.

Тот проявил завидную резвость:

— Так что, выходим и осмотримся… на местности?

— Ну, не так сразу. Для начала: разведка инструментальными средствами, — эти слова завлаб произнес не без удовольствия. — Как понимаю, наши мобильники в полном порядке, так? А на них словить радио можно?

Корольков впал в задумчивость, потом медленно высказался:

— Кабы Интернет был, так уж верно поймал бы на раз. А без такого… проверить можно, но подозреваю, что в моем мобильнике такого приложения нет.

— Если у тебя нет, то у меня точно не имеется. Аппаратик дешевле и проще твоего, сам знаешь.

— Обойти вокруг здания. На все четыре. Уж точно не повредит.

— Лучше мне.

— Не доверяешь? — Федоров, похоже, слегка обиделся.

— Нет, но не уверен в твоей осторожности. Все же мой опыт в разведке побольше твоего.

Федоров подумал, что ему трудно быть меньше, но промолчал.

— Вот бинокля нету, жалко, — промычал новоявленный разведчик и тут же без спешки пошел, вертя на ходу головой.

Вернулся он через десяток минут.

— Докладывайте, старший сержант.

Завлаб никогда не служил в армии. Поэтому фраза прозвучала совершенно не по-армейски. Подчиненный скорчил непочтительную рожу, но доложился по сути:

— Там, где у нас был север, он таким и остался. Приблизительно, это я по солнцу определил.

— Учел, что тут Южное полушарие?

— Учел. Вокруг объектов искусственного происхождения не наблюдается, за исключением того самого колодца и дороги…

Федорову очень хотелось знать, что представляет собой эта трасса, но прерывать доклад он не счел нужным.

— …а еще там коровок когда-то выпасали. Следов нет, а древние лепёхи есть. Им с полгода… ну, за три месяца ручаюсь.

— Почему-то мне предвидится, что дорога грунтовая.

— Такая и есть. Неулучшенная, прям как у нас в диких местах. И отметь: ближе двухсот метров к зданию не подходит.

— Надо проверить: вода в этом колодце есть, аль нет. И с едой будут проблемы, у нас запасец скромный.

— Проверю.

— А я обревизую машину. Заводится ли движок, сколько горючки осталось, износ резины… ну, ты знаешь.

— Поиск организуем так. Я проверяю колодец, ты будешь следить.

— Опасаешься незваных?