Алексей Осипов – Опера вызывали? – 2 (страница 5)

– Нет, а вот артефакт могли закинуть сюда легко. Оба убийства связаны между собой!

– Вот дерьмо, – выругался Артем.

– Так и есть, – протянул он, сосредоточенно глядя на вырисовывающиеся красноватые линии. – Остаточная энергия здесь та же, что и в переулке.

Кирилл немного прошелся по помещению и перевел взгляд в сторону шкафа, где стояли несколько бутылок дорогого виски. Их блестящие этикетки бросались в глаза даже из-за груды бумаг и папок вокруг. Он вскользь пробормотал: "Ой-ой, интересная находка", быстро поддел одну бутылку с полки. На миг он замер, будто проверяя их вес и жидкость, а затем, не слишком скрываясь, придвинул бутылку к себе ближе, зажав ее за спиной, и направился к сумке, ловким движением спрятав бутылку вместе с прибором. Однако Артем, стоявший неподалеку, все прекрасно видел. Он молча покачал головой с видом взрослого, усталого учителя, решившего промолчать, чтобы не устраивать разборки.

Когда Инга вернулась, уставшая и с ворохом ворчаний:

– Охранник – тупее булыжника. Говорит, что камеры не записали ничего подозрительного, хотя по базе найти того, кто заходил сюда в течение последних суток, можно. Я запросила записи, но нам их отдадут завтра. Почему нельзя нанять нормальных охранников? – она раздраженно оттолкнула прядь волос со лба.

– Это уже не важно, судя по следам энергии, артефакт был подброшен так же, как и тело в переулке.

– Вот зараза, – буркнула Инга.

– Ладно, нужно успеть заехать к журналисту.

Все вышли из кабинета, и Инга обратила внимание, как Кирилл идет по коридору с довольной улыбкой.

– А ты что такой довольный? Очередное самоутверждение в своей гениальности? – спросила Инга.

Кирилл кивнул, но Артем произнес вслух:

– Спер бутылку вискаря, вот и лыбится.

Слова Артема стерли улыбку с лица молодого опера, он даже почувствовал себя неловко, но Артем не стал продолжать разговор.

По пути к дому журналиста, под моросящим дождем и гнетущим серым небом, напряжение в машине было почти осязаемым. Каждый из них раздумывал, за что можно зацепиться в этом деле. Однако, когда Артем резко включил поворотник, сообщая, что они сделают короткую остановку у небольшого придорожного кафе, Кирилл вопросительно поднял бровь.

– Серьезно? Время на чай с пирожным есть, а на дождевик для меня не нашлось? – возмутился он, по-прежнему прижимая к себе сумку, где уже уютно разместилась добытая бутылка.

– Расслабься, всем нужен перекус, даже гениальным ворам, – хмыкнул Артем, выключая двигатель. Он посмотрел на Ингу, которая молча кивнула.

Кирилл только тяжело вздохнул, решив сохранить язык за зубами, и последовал за коллегами.

Кафе оказалось уютным – немного старый интерьер, с парой свободных столиков у окона. Внутри пахло кофе, горячим хлебом и изредка – чем-то жареным. Настоящий "оазис" для оперативников на бегу.

Артем заказал себе черный кофе без сахара и два сэндвича, а для Инги капучино. Кирилл задумчиво заказал чай, хотя его взгляд время от времени бегал к машине, словно он боялся, что кто-то залезет туда и обнаружит "трофей". Когда они уселись за угловой столик, Артем принялся изучать документы из папки, принесенной Ингой. Инга потягивала горячий кофе и смотрела в сторону, явно что-то обдумывая. Кирилл сварливо кусал край сэндвича с курицей, но внутренняя неловкость, вызванная словами Артема в офисе, все еще держалась.

Но не успели они вдоволь "насладиться" своим непринужденным перекусом, как зазвонил телефон Артема.

– Лапин, слушаю. Да, мы скоро будем.

Артем повесил трубку и окинул своих коллег взглядом.

– Девушка этого журналиста уже дома. Она разбита, но ждать нас согласилась.

Все трое недовольно обменялись взглядами, оставили едва начатый перекус на столе и направились к машине.

Дождь усилился, крохотные капли начали шумно стучать по лобовому стеклу, словно спешили уничтожить все остатки комфорта этого дня. Машина тронулась с места, поглощая километры мокрого асфальта, а внутри царила напряженная тишина. Кирилл, сидя на заднем сидении и продолжая возиться с настройками своих приборов, косился на Ингу, которая задумчиво смотрела в окно, и на Артема, сосредоточенного на дороге.

– Девушка журналиста – единственная, кто может пролить свет на его жизнь в последние дни, – наконец заговорил Артем, разрывая молчание. – Но… учитывая ее состояние, надо быть аккуратнее. Напор ни к чему, Кирилл, так что, пожалуйста… помолчи.

– Как будто я мечтал что-то спрашивать у плачущей девушки, – язвительно отозвался Кирилл, но тут же сглотнул, когда Артем бросил на него взгляд в зеркало заднего вида. – Я тихоня, считайте. Только обрабатывать показания буду.

Инга, положив подбородок на ладонь, добавила:

– На месте будь готов, Кирилл. Если там повторяются энергетические следы, как в офисе и в переулке – это точно не совпадение.

– Почему-то я уверен, что так оно и будет.

Дом журналиста оказался куда менее ярким и помпезным, чем офис бизнесмена. Типичное жилье в старом жилом районе города: облезлые многоэтажки, темные подъезды, сырые стены. Артем припарковал машину у подъезда, быстро проверил адрес в документах и вышел под дождь. Инга и Кирилл, недовольно бурча, последовали за ним.

На лестничной клетке их встретила девушка убитого, явно пережившая тяжелую ночь. Она была невысокой, хрупкой, с темными кругами под глазами и нервно прижатыми к груди руками. Ее светло-русые волосы были небрежно собраны в пучок, а глаза блестели от усталости и слез.

– Спасибо, что пришли, – сказала она тихо, но спокойно, открывая дверь в квартиру журналиста. В ее словах улавливалась угрюмость, но не истерика – девушка старалась держаться.

Квартира внутри выглядела типично: аккуратная, но без излишеств, с минимумом мебели и парой фотографий на стенах. Единственная странность бросалась в глаза сразу – стоящий по центру гостиной стол был весь уставлен бумагами, заметками, газетными обрезками.

– Это место, где он работал, – пояснила девушка, заметив их взгляды. – Егор был… как сказать… немного помешан на своем деле. Даже дома он не мог остановиться.

– Кого-то мне это напоминает, – буркнула Инга себе под нос, покосившись на Артема.

На столе действительно была целая куча бумаг, касающихся разных расследований или статей. Вот только порядок в хаосе был заметен: на несколько вещей явно обращали основное внимание. Среди прочего – несколько напечатанных фотографий какого-то темного переулка и изображения человека в капюшоне, сделанные издалека.

– Что это? – спросила Инга, указывая на снимки.

– Это была его последняя работа, – проговорила девушка. – Он говорил, что его расследование вот-вот станет сенсацией. Ему даже обещали устроить проблемы из-за этого. Он… боялся, но продолжал.

– Кто угрожал? – тут же спросил Артем, открывая блокнот.

Девушка замялась, но затем кивнула на стол.

– Там, в заметках, он записывал все. Я не знаю точных имен… только обрывки.

– Понял. Мы все проверим, – коротко сказал Артем.

Тем временем Кирилл уже достал свой планшет и начал сканировать пространство. Его самоирония и вечно насмешливый тон исчезли – прибор его полностью увлек. Он перемещался от стены к стене, тихо бормоча что-то себе под нос, пока показатели на экране менялись. Артем, не дожидаясь, пока Кирилл что-то найдет, бросил взгляд на девушку журналиста и произнес:

– У нас есть ваш контакт, пока не уезжайте из города. Оставьте нам ключи от квартиры, когда мы выясним, что здесь произошло, свяжемся с вами.

Девушка немного поежилась и нехотя отдала ключи. Когда она вышла из квартиры, Кирилл громко сказал:

– Так, – привлекая к себе внимание. – Здесь есть тот же эмпатический след, что был в офисе и переулке. Но слабее. Намного слабее… – он остановил прибор прямо над рабочим столом Егора. – Вот. Энергия сосредоточена именно здесь. Но знаете, что странно?

Артем повернулся к нему, явно ожидая беды.

– Что? – коротко бросил Артем.

Кирилл нахмурился, пристально вглядываясь в экран своего прибора. Его лицо стало серьезным, что всегда заставляло Ингу напрячься – когда Кирилл переставал дурачиться, это никогда не сулило ничего хорошего.

– След энергии… – начал Кирилл, задумчиво постукивая пальцем по корпусу. – Он странный.

– Говори яснее, – недовольно рявкнул Артем.

Кирилл поднял на него ошарашенные глаза, и в воздухе повисла минутная пауза, пока молодой опер не нарушил ее:

– Я не знаю, как это объяснить. Мне нужно провести исследования, но сделать я это смогу только в отделе.

– Ты предлагаешь нам сворачиваться и ехать? – иронично спросила Инга.

– Нет, мне нужно больше данных. Я соберу показатели другими приборами.

– Пока Кирилл ковыряется со своей чудо техникой, я опрошу соседей, – бросила Инга, покидая комнату.

Артем остался в комнате, наблюдая, как Кирилл настраивает свои приборы и подключает дополнительные датчики. Он сосредоточенно работал над своей техникой, бормоча что-то себе под нос, словно пытаясь успокоиться или убедить себя, что все идет по плану. Его пальцы бегали по экрану планшета, загружая данные, одновременно проверяя показатели энергии в комнате.

Артем подошел к столу покойного журналиста и начал внимательно изучать фотографии и бумаги, которые валялись в небрежном, но странно упорядоченном хаосе. Его взгляд остановился на черно-белой фотографии переулка, с нечетким силуэтом человека в капюшоне. В другой руке он держал блокнот с записями, явно сделанными в спешке. На одной из страниц мелкими каракулями было написано: «Они все видят, они уже близко».