Алексей Ниров – Контактёр Книга 1. Ледяной бумеранг (страница 4)

Охранник внимательно смотрел на оперативника, ехидно заметив:

– Или я так необыкновенно похорошел, что меня даже опера узнавать перестали?

– Ой. Прости, Дмитрич. Я сегодня – после дежурства. Немного покемарил и сразу сюда. Поэтому толком не проснулся, – извиняющимся тоном произнес Артём и обыденным добавил, – я, к сожалению, как обычно.

Находясь внутри помещения, он объяснил дежурному работнику морга цель своего визита. Тот понимающе кивнул головой и, махнув рукой в сторону, добавил:

– Вон в той комнате. Мокрую тряпку и салфетки я вам дам. Пока с телом ничего не делали, так как неопознанное. Соответственно родственники не торопят, да и работы сегодня много, поэтому – подождёт.

Артём стоял в холодной комнате хранения тел, стараясь не смотреть туда, где раньше было лицо трупа. Он мокрой тряпкой оттирал кровь с тех пальцев, которые были наименее повреждены, насухо вытирая салфетками отмытые. Милиционер с грустью подумал, что такие моменты его работы никогда не покажут в сериалах про оперов, которые часто стали крутить по телевизору.

Вычистив салфеткой указательный палец левой руки, на внутренней стороне второй фаланги он заметил маленькую татуировку. Она представляла собой круг, внутри которого был выбит еще более маленький крестик.

6

Артём в детстве был очень подвижным и активным мальчиком.

В возрасте девяти лет он пошел в секцию самбо. До детского клуба, где она находилась, приходилось минут сорок добираться на троллейбусе, а потом ещё пешком идти. Тренировки занимали почти всё время, свободное от учёбы, выполнения домашнего задания и чтения книг.

Сами занятия в спортзале Артёму нравились. Сначала он воспринимал их как какую-то игру, в ходе которой надо было выполнять указания тренера. Если у мальчика получалось добиться требуемого, и наставник его хвалил – значит, сегодня в игре он выиграл.

Постепенно, в течение определенного времени он привык к нагрузкам. Тело стало послушным, гибким и более мускулистым. Постоянное повторение многочисленных упражнений и силовых приемов выработали выносливость и упорство.

Он хорошо запомнил тот момент, когда спустя какое-то время занятий наработанная мышечная память и технические навыки позволили ему осуществить бросок автоматически, не задумываясь, исходя из конкретного положения соперника, который тоже старался повалить его на тренировочные маты. Тело, руки и ноги практически сами знали, что надо потянуть, где присесть, в какой момент подсечь. Было приятно ощущать, как вроде бы несвязанные движения различных частей его тела складываются в комбинацию, в результате проведения которой противоборствующий ему мальчик с грохотом падал на борцовский ковёр.

Естественно, эти перемены не остались без внимания тренера.

Сначала Артём принимал участие в показательных выступлениях самбистов. Затем он, вместе с наставником и со своими одноклубниками, выезжал на совместные тренировки в другие борцовские секции города, где проводились товарищеские схватки с их наиболее подготовленными спортсменами-сверстниками.

По выходным тренер частенько водил подопечных ребятишек посмотреть на официальные спортивные мероприятия, проводимые во дворце спорта, чтобы они «пропитались» атмосферой и духом соревнований. Наставник постепенно, плавно и последовательно подводил Артёма и других мальчиков его клуба к соревновательному уровню.

Поэтому, когда он спустя два года тренировок впервые принял участие в официальном, городском первенстве среди ребят его возрастной категории, особых волнений не испытывал – физически, технически и морально он был готов к ним.

Оперативник до сих пор помнит те приятные чувства, когда на следующий день после соревнований в школе к нему подходили ребята, в основном спортсмены, и поздравляли с успешным выступлением на борцовском турнире.

Но в стране бурными темпами шла «перестройка», объявленная последним генеральным секретарем коммунистической партии Советского Союза. Она, вместе с «демократизацией и гласностью», быстро пошла не «тем путем» и достигла явно незапланированных результатов.

Артём хорошо помнил, как их детский клуб, вместе с секцией самбо, был закрыт с объяснением тогда ему ещё непонятным – «в связи с отсутствием государственного финансирования».

Множество детских клубов, кружков и секций в городе тогда постигла подобная участь. Детям и подросткам была предоставлена возможность самостоятельно решать вопросы, связанные с препровождением свободного от учебы времени.

И вот однажды, в недавно открытом той же «перестройкой» культурно-бытовом явлении – видеосалоне Артём посмотрел американский приключенческий фильм. История о становлении и приключениях парня-каратиста впечатлила его.

Теперь он определенно знал, чем хочет заниматься.

Тогда в городе ещё не было официальных секций, где изучали бы карате.

Но это не было помехой для подростка.

Он из всевозможных источников получал, записывал и зарисовывал в специальную тетрадь любую информацию, касающуюся каратэ.

Желая на практике реализовать приобретенные сведения, он самостоятельно делал растяжку и по мере субъективного понимания полученных данных тренировал блоки, удары, стойки и их комбинации.

Спустя какое-то время мама Артёма, зная об увлечении сына, вернувшись как-то вечером с работы, заявила:

– В подшефном нашему заводу профессионально-техническом училище открылся военно-патриотический клуб. Там проводят занятия по каратэ, кажется. У моей коллеги туда сын ходит. Он – твой ровесник. Говорит, что нравится. Сходил бы, посмотрел, что там. А то надоело видеть и слышать, как ты дома пыхтишь, руками и ногами дрыгаешь…

Вечером следующего за этим разговором дня Артём стоял возле тренерской, расположенной в спортивном зале указанного училища.

Постучав и войдя в помещение, он увидел сидящего за столом молодого ещё мужчину.

– Слушаю Вас, юноша, – спокойно произнес он, посмотрев на подростка.

– Добрый вечер, – ответил тот, добавив, – у Вас тут каратэ занимаются? Я очень хочу заниматься каратэ. Можно?

Мужчина встал и подошел к окну. Он был чуть выше среднего роста, сухощавого телосложения, коротко стрижен. Немного искривленный нос свидетельствовал о когда-то ранее полученной травме. Уверенный взгляд синих глаз вселял спокойствие и вызывал интерес. Повернувшись к Артёму, он почти официальным тоном продекларировал:

– У нас тут – военно-патриотический клуб «Гвардеец». Соответственно, мы осуществляем воспитание подростков в возрасте от 14 лет с целью подготовки для дальнейшего возможного прохождения службы в рядах вооруженных сил нашей родины. Для этого в нашем клубе проводятся занятия, где мы обучаем: азам строевой подготовки, плаванию, выживанию в различных условиях местности, обращению со стрелковым оружием, теоретическому и практическому курсу прыжков с парашютом, историко-патриотическим аспектам нашей армии. А в качестве физической подготовки – занятия каратэ. Стиль – киокусинкай. Начинаем все с физической подготовки. Далее добавляются занятия по всем указанным направлениям. Все понятно?

– Понятно, – промямлил Артём, и увереннее добавив, – так, когда на тренировку приходить?

– Ишь, быстрый какой, – с ухмылкой отметил мужчина. – На учёте в инспекции по делам несовершеннолетних состоишь?

Увидев отрицательное мотание головой Артёма, он взял со стола бумажку и протянул её подростку:

– Вот, возьми анкету. Вместе с родителями её оформи. Завтра приходи в это же время, приноси спортивную форму, и заполненный документ не забудь. Зовут меня – Павлов Виталий Сергеевич. Я буду вас тренировать. Всё понял?

– Да всё, – радостно ответил мальчик, взял со стола указанный лист бумаги и быстрым шагом двинулся домой.

Тренировался Артём осознанно. Теперь он был старше и поэтому к занятиям относился серьезно и внимательно. Виталий Сергеевич – сенсей, объяснял и показывал всегда не спеша, спокойно, методично и последовательно отрабатывая у ребят соответствующие навыки. В первое время он постоянно дублировал с японского названия всех стоек, блоков, ударов и команд, пока подопечные не запомнили их на языке первоисточника.

Предыдущий опыт занятия самбо и хорошая физическая подготовка, полученная Артёмом ранее, а также целеустремлённость и настойчивость позволили достаточно быстро достигнуть определённых положительных результатов и в каратэ.

Насколько официален Виталий Сергеевич был в их первую встречу, настолько был он неформален в процессе тренировок впоследствии. Тренер относился к ребятам требовательно, но одновременно и по-отечески, с душой. Ребята чувствовали это и отвечали ему тем же.

Используя свои связи в соответствующем профессионально-образовательном учреждении, наставник договорился с девушками, учащимися на швей-мотористок, и они, за символическую плату, на весь клуб нашили тренировочных кимоно.

Он же, помимо каратэ, организовал занятия в бассейне, арендованном клубом, обучая ребят плавать.

Все вместе они частенько ходили в походы. Наставник объяснял и показывал ребятам, как правильно ставить армейскую палатку, как разжигать костер и готовить на нём еду, и много всякого полезного, необходимого для выживания в условиях дикой среды.

Подготовку к обращению с автоматом Калашникова тоже Виталий Сергеевич проводил сам. По его неторопливым, отточенным движениям было видно, что работа с оружием доставляла ему почти физическое удовольствие и занимала когда-то немалый период его жизни.