Алексей Ниров – Контактер. Книга 2. Виляя хвостом (страница 7)

Обладатель золотой цепи на шее возмущенно выдохнул, но, ничего не сказав, вынул из барсетки паспорт и протянул его оперативнику.

– Копейкин Владимир Николаевич, – прочитал милиционер вслух, просмотрел ещё несколько страниц паспорта и вернул его владельцу. – Но Вольдемар звучит гораздо солиднее.

– Конечно, – согласился мужчина, – только я никак не пойму причину моего попадания в стены этого уважаемого учреждения. Тем более, что у меня ничего не нашли в ходе проведения личного досмотра.

– В данный момент времени причина одна – мне необходимо знать, о чём ты разговаривал с этим мужчиной четыре дня назад, – и Артём протянул носителю перстней заранее подготовленную фотографическую карточку, на которой был запечатлен Краснов Валентин в гражданской одежде.

– Не знаю такого, – сказал Копейкин и, посмотрев внимательно на фото, добавил, – и раньше никогда не видел.

– Понятно. А где ты находился в период времени с двадцати одного часа вчерашнего вечера по четыре часа утра сегодня?

– Дома.

– Кто может это подтвердить?

– Не помню, я был выпивший.

– Живешь ты один?

– Да, абсолютно.

– Понятно. Тогда сейчас я оформлю объяснение, после чего и решу, что дальше с тобой делать.

– Оформляйте.

Долгов неспеша достал бланк объяснения, записал в него все продиктованные Вольдемаром установочные данные и стал также неторопливо записывать его показания. Когда он закончил это делать, то отдал данный документ разодетому мужчине на ознакомление.

Пока тот это делал, в кабинет вошёл Привольнов и, положив на стол перед Артёмом несколько листов бумаги, покинул данное помещение. Оперативник взял эти бумаги и быстро прочитал их.

– Всё прочитал и подписал, – сказал Копейкин и передал в руки Долгову своё объяснение. – Теперь я могу быть свободным?

– К сожалению, пока нет.

– Почему?

– Потому что перед тем как тебя задержали, ты несколько раз нецензурно выругался возле ресторана «Европа». Вот рапорта сотрудников и объяснения прохожего очевидца. Что является административным правонарушением – мелким хулиганством. Вот тут даже протокол составлен.

– Конечно. Ваши опера так подскочили ко мне, что я испугался. Вот и выругался.

– Ну, это ты завтра в суде расскажешь.

– Почему в суде?

– Потому что административный арест только суд может наложить. А так как сейчас ночное время суток, то до рассмотрения этого материала судом, ты пробудешь у нас.

– А почему не штраф?

– А потому что наш начальник посчитал, что штраф для тебя – это слишком мягкое наказание. И поэтому завтра, утром, мы тебя повезём в суд. Я приобщу к административным материалам всю информацию о твоих прежних судимостях. В личной беседе попрошу судью кое о чём, и он, учитывая тяжесть совершенного тобой правонарушения, назначит тебе, если не пятнадцать, то пять суток точно. А по пути в суд мы с тобой заедем в соответствующее лечебное заведение, где у тебя возьмут анализы на исследование, с целью установления наличия в них запрещённых, наркотических средств. И когда ты освободишься после административного наказания за мелкое хулиганство, то у меня уже будут готовы материалы по факту потребления тобой наркотических средств без назначения врача. И мы вновь поедем с тобой в суд, где тебе дадут ещё несколько суток административного ареста по указанному административному правонарушению. Когда ты вновь освободишься через определенное судом количество суток, то, возможно, будет составлен следующий административный материал о том, что ты проживаешь не по месту регистрации, так как в паспорте у тебя стоит один адрес, а в своем объяснении, подписанном тобою, стоит фактический, другой. Ну и со всеми вытекающими отсюда последствиями. И останется бизнес, осуществляющий свою деятельность в сфере оказания «сексуально-бытовых» услуг, на неопределенное время без твоего присмотра. Минимум на полмесяца. Понимаешь?

– Понимаю, – недовольно заметил Вольдемар.

Он сидел и почёсывал затылок, обдумывая в своей голове услышанное. Оперативники сидели за своими столами, молча наблюдая за мыслительным процессом опрашиваемого франта. Иногда, надо дать человеку подумать.

Так прошло несколько минут.

– Слушай, капитан, – наконец, произнес Копейкин, обращаясь к Долгову, – я так понимаю, что ты что-то хочешь от меня? Или что-то имеешь против меня? За что ты сейчас меня так прессуешь? Что я тебе сделал плохого? А?

– А за то, – медленно стал пояснять Артём, – что я, разговаривая с тобой, задал тебе конкретный вопрос, а ты, глядя мне честно в глаза, нагло врёшь. Тем самым показывая мне своё неуважение. Можно даже сказать, что ты оскорбляешь меня своей ложью. Ведь я точно знаю, что ты четыре дня назад встречался с этим человеком. И у вас была беседа на повышенных тонах. Так о чём ты разговаривал с этим мужчиной? И где ты находился с двадцати одного часа вчерашнего вечера по четыре часа утра сегодня?

– А с этим мужиком что-то случилось? Да? – и увидев утвердительный кивок оперативника, Вольдемар продолжил. – Я так и понял. Ну да, встречался я с ним четыре дня назад. Просил он за одну «девочку». Я ему озвучил свои условия. Он предложил свои. Меня они не устроили. Впрочем, также как и мои требования не устроили его. Поругались. Как без этого? Может я что-то и сказал ему резкое, но без реального умысла делать что-то плохое в его отношении. А вчера вечером я был в том же ресторане «Европа», возле которого вы меня сегодня задержали. Оттуда домой приехал поздно ночью. Точно не помню, сколько в тот момент было времени. Всё.

– Ладно, – заключил оперативник, – пока посидишь в помещении для административно задержанных лиц. Если до утра больше ничего нового и правдивого не вспомнишь, то тогда, как я уже тебе говорил, отправимся в «увлекательное путешествие» к зданию районного суда города. Естественно, с заездом для сдачи анализов в учреждение здравоохранения. Поэтому времени у тебя, чтобы вспомнить всё – несколько часов. Пошли.

11

Артём усталый, но довольный сидел в одиночестве за столом в своём рабочем кабинете. Настенные часы показывали шесть часов утра.

В ходе осуществления досмотра пяти доставленных «девочек» у каждой из них был обнаружен небольшой сверток с порошкообразным веществом, который, как показало химическое исследование, оказался наркотическим средством – кокаин. После того, как с помощью сотрудников ОБНОН все необходимые материалы были собраны, Привольнов, Голованов, Мальцев и Петров со своими «архаровцами», прихватив с собой всех задержанных тружениц «сексуальной промышленности», поехали в Ленинский районный отдел внутренних дел, на территории которого находится ресторан «Европа», для возбуждения уголовных дел по месту совершения преступлений. Там их уже ждали, так как Сорокин заранее созвонился с местным начальником уголовного розыска и всё объяснил ему.

Сотрудники ОБНОН, в ходе осмотра машины Вольдемара, также нашли несколько свертков, идентичных тем, что были обнаружены у «девочек», с порошкообразным веществом, который также являлся кокаином. Все материалы по этому факту тоже были собраны, и опера из антинаркотического отдела собирались выезжать в Ленинский РОВД для возбуждения уголовного дела по нему. Артём попросил их немного подождать, чтобы ещё раз поговорить с Вольдемаром.

Дверь кабинета открылась, и показалось лицо помощника дежурного сержанта милиции Сергеева.

– Ты просил привести тебе административно задержанного Копейкина? – спросил он.

– Да, я.

– Тогда вот он, – сказал сержант, пропуская в кабинет названного мужчину. – Только потом, как закончишь с ним, спусти его обратно к дежурке сам. А то я набегался за сутки.

– Хорошо, спущу.

Кивнув головой, помощник дежурного закрыл дверь кабинета.

– Доброе утро! – стараясь быть бодрым, произнёс оперативник, обращаясь к задержанному.

– Какое оно к чёрту доброе, – с недовольным видом ответил мужчина, с которого уже сняли массивный браслет, толстенную цепь с шеи и перстни.

– Ты за свои драгоценности не переживай, всё вернут, как уходить отсюда будешь.

– Да уж, пожалуйста, верните.

– Но что-то я смотрю, ты какой-то невеселый и не выспавшийся. Что случилось, Вольдемар?

– Да вот перед тобой, капитан, с операми из ОБНОН общался. Они сказали, что в моей машине, в тайнике под запаской, наркоту нашли. Говорят, кокаин.

– А ты что?

– А я – ничего. Не моё это. Подкинули. А опера эти, я смотрю, молодые совсем. Я думал, что они меня сейчас «колоть» начнут, «лепить» мне всякое будут. А они тихо всё записали, сказали, что закончили меня опрашивать, и к тебе отправили. Да-а-а, не те опера пошли!

– Естественно, не те, – утвердительно заявил Артём. – А с другой стороны, зачем им тебя «колоть»? Силы тратить, время? Если ты не в курсе, то пять твоих «девочек» прямо перед тобой задержали. У них у всех тоже кокаин нашли. Причём, прикинь, упакованный таким же способом и в таких же свёртках, какие и у тебя в машине обнаружили. Только в твоём автомобиле их семь оказалось, а у твоих «подружек» по одному. И по составу он будет идентичен. Да? И на некоторых свертках, изъятых как из машины, так и у «девочек», были обнаружены отпечатки пальцев рук. И они точно не «девичьи». Поэтому, чтобы не идти с тобою вместе по факту покушения на сбыт наркотических средств, совершенного группой лиц, они дружно дали показания, что приобрели кокаин у тебя. Так у них просто хранение получается. Вот почему твои показания теерь не имеют особого значения, и «колоть» тебя – смысла нет. Хватит их показаний и совокупности всех других доказательств. Перспектива понятна?