Алексей Небоходов – Возвращение в Изолиум (страница 4)
– У нас три дня на подготовку, – Денис посмотрел на часы. – Завтра начнётся инструктаж, выдача снаряжения. Нужно использовать это время.
Даша встала, прошлась по комнате. Её босые ноги оставляли следы на ковре, и Денис подумал, что это, возможно, последние дни такого комфорта. Мысль не вызвала сожаления.
– Если сможем добраться до особняка, – начала Даша, – мы могли бы объединить усилия. Профессор, Илья, Фёдор – у них должны быть идеи, как бороться с системой.
– Для начала нужно понять, живы ли они, – Денис подошёл к окну, за которым простирался сектор D&D с неоновыми огнями и имитацией жизни. – Прошло много времени. Мир наверху изменился.
Даша встала рядом, её плечо почти касалось его.
– Они живы, – сказала она с уверенностью. – Они выжили, как мы. И ждут нас.
Денис повернулся к ней, взял её лицо в ладони. Её кожа хранила влагу после душа, в уголках глаз таились капли, но это была просто вода.
– Мы должны попытаться связаться с ними, – сказал он. – Прямо сейчас. У нас есть доступ к Изонету, у Ильи должен был остаться терминал. Если они поддерживают сеть в особняке…
Даша вскинула брови.
– Думаешь, это возможно? Изонет контролируется системой. Любой неавторизованный трафик…
– Поэтому используем авторизованный, – Денис улыбнулся, в его глазах появился знакомый Даше блеск идеи. – С моим уровнем допуска можем инициировать диагностический сигнал. Тестовый пакет данных для проверки сети. Стандартная процедура для технических специалистов.
Он подошёл к столу с ноутбуком, выданным им как жителям сектора D&D. Открыл его, активировал соединение.
– Смотри, – его пальцы забегали по клавиатуре. – Если отправим диагностический пакет по определённому протоколу и сигнатурой, он будет выглядеть как обычная проверка. Но в него можно вложить дополнительную информацию.
Даша склонилась над его плечом, наблюдая за трансформацией кода на экране.
– А как это поможет связаться с особняком? – спросила она. – Разве сигнал не останется внутри Изолиума?
– В том-то и дело, что нет, – Денис продолжал печатать. – Эта диагностика предназначена для проверки внешних каналов. Сигнал выйдет на поверхность, но система увидит это как процедуру. А если Илья поддерживает сеть в особняке и настроил её на приём…
– То он может перехватить наш сигнал, – закончила Даша, её глаза расширились. – Гениально. Но сработает ли?
– Узнаем через минуту, – Денис нажал клавишу ввода, и на экране появилась бегущая строка загрузки.
Они смотрели, как цифры меняются, отсчитывая процесс передачи. Секунды тянулись, превращаясь в минуты. Даша задержала дыхание, её рука легла на плечо Дениса.
Вдруг экран мигнул. Строка статуса исчезла, и вместо неё появилось текстовое окно с курсором. Несколько секунд ничего не происходило, а потом возникли буквы:
"Соединение установлено. Кто это? Назовите себя."
Даша охнула. Денис замер, его пальцы зависли над клавиатурой, боясь, что видение исчезнет.
– Это они, – прошептала Даша. – Это должен быть Илья. Никто другой не смог бы настроить такое соединение.
Денис глубоко вдохнул и начал печатать:
"Илья, это Денис и Даша. Мы живы. Мы в Изолиуме. Это подземный город. Система контролирует энергетические карты. Они создали погашей. Блэкаут не случайность. Мы попали в ловушку, но теперь у нас есть доступ к их сети. Будем выходить на связь каждый день в 18:00. Не теряйте надежды. Мы найдём способ выбраться и вернуться к вам. Мы…"
Курсор замер. Денис хотел продолжить, рассказать о готовящейся экспедиции, но в этот момент ноутбук издал звук. На экране появилось уведомление: "ГОЛОВИН В.А. – ПРИОРИТЕТНЫЙ ВЫЗОВ".
– Чёрт, – выдохнул Денис. – Если не ответить немедленно, система зафиксирует задержку. Это будет выглядеть подозрительно.
Даша отступила от стола.
– Принимай вызов, – сказала она. – Я уйду в спальню, чтобы не мешать.
Денис кивнул, вводя команду для завершения соединения с особняком. Текстовое окно исчезло, сменившись интерфейсом Изонета. Он нажал кнопку приёма, и лицо Головина заполнило экран – холёное, подтянутое, с выражением власти.
– Соколов, – голос председателя звучал сухо. – Надеюсь, я не отвлекаю вас от чего-то важного?
Денис почувствовал, как пот стекает между лопаток. Знает ли Головин о прерванной связи? Следил ли кто-то за их разговором?
– Никак нет, господин председатель, – ответил он невозмутимо. – Просматривал информацию о миссии, как вы распорядились.
– Похвальная дисциплина, – Головин наклонил голову. – У меня есть дополнительные инструкции для обсуждения перед брифингом. Жду вас с товарищем Ивановой.
Личный кабинет Головина находился в сердце административного крыла – просторное помещение, где строгость сочеталась с роскошью. Высокие потолки с искусственным светом, стены из редких пород дерева, антикварная мебель – всё создавало атмосферу власти.
Денис и Даша стояли у порога, ожидая приглашения войти, напряженные, словно перед экзаменом. Головин сидел за массивным столом из черного дуба, изучая документы на планшете, нарочито не замечая вошедших – демонстрация превосходства, разыгрываемая перед каждым посетителем.
– Входите, – наконец произнёс он, не поднимая головы. – Закройте дверь.
Денис прикрыл за собой тяжелую дверь, которая с шипением вернулась в исходное положение. Даша в строгом костюме и с собранными волосами выглядела собранной, лишь подрагивающие пальцы выдавали напряжение.
Головин оторвался от планшета и окинул их оценивающим взглядом – не холодным или враждебным, скорее, с заинтересованностью исследователя.
– Садитесь, – он указал на два кресла перед столом. – Время – наш самый ограниченный ресурс. Не будем тратить его на формальности.
Они опустились в кресла, удобные, несмотря на аскетичный вид. Денис отметил, что стол Головина приподнят на подиуме, чтобы председатель физически возвышался над собеседниками – психологический приём манипуляторов.
– Я получил ваше согласие на участие в экспедиции по извлечению культурных артефактов, – Головин говорил размеренно. – Это официальная цель миссии, о которой будет объявлено публично. На брифинге для членов команды вы услышите именно это. Но у нас есть вторая, более важная задача.
Он поднялся и подошёл к стене, где висела карта Москвы – не современной, подземной, а старой, с наземными улицами, парками и архитектурными объектами. Его палец указал на точку в центре.
– Воздвиженка, дом 12. Центральный офис Банка Экономического Возрождения, – произнёс он, вглядываясь в карту с выражением человека, вспоминающего прежнюю жизнь. – До блэкаута я был председателем правления этого банка. Там, в моём сейфе, а также в секретном архиве на минус втором этаже, хранятся документы, которые могут осложнить моё положение в новой реальности.
Он обернулся к Денису и Даше, и его лицо приобрело интимное выражение.
– Вы понимаете, что в Изолиуме мы воссоздали определённый порядок. Иерархию, основанную на полезности каждого для общего дела, – Головин вернулся к столу и сел. – И этот порядок держится на фикциях. На историях, которые все считают правдой.
Даша наклонилась вперёд, её профессиональная маска телеведущей скрывала истинные мысли.
– Какого рода документы вас беспокоят, господин председатель? – спросила она с рассчитанной долей заинтересованности.
– Три типа документов, – Головин поднял палец. Его глаза метнулись к двери, проверяя, одни ли они. – Во-первых, данные о производстве энергетических карт, о котором не знали даже в Кремле. Мы в БЭВ создали тайное производство, скрытое от министерств. Официально мы заявляли, что карты выпускаются строго по государственным квотам, но на самом деле… – он опустил голос почти до шёпота, оглядываясь на дверь, – мы печатали их только для себя, для узкого круга руководства банка и наших особых клиентов.
В комнате повисла пауза. Денис ощущал, как складываются части головоломки. Если Головин причастен к незаконному распространению карт до блэкаута, возможно, он имел отношение и к самой катастрофе?
– Эти документы – списки получателей, – продолжил Головин. – Имена людей, которым я обеспечил место в Изолиуме. Не всегда это были те, кого признали "ценными кадрами". Скорее, те, чья лояльность и ресурсы были полезны лично мне.
Он откинулся в кресле, его пальцы постукивали по подлокотнику в неровном ритме, выдавая волнение.
– Вы понимаете, в новом мире мы создали историю о рациональном отборе, о спасении лучших умов, о планомерной эвакуации. Эта история – фундамент нашей легитимности. А документы из офиса БЭВ могут показать, что многие оказались здесь благодаря взяткам, личным связям или владели информацией, которую нельзя было оставлять на поверхности.
Даша переглянулась с Денисом, позволив себе мимолётное движение глаз – не достаточное, чтобы Головин заподозрил сговор, но понятное для Дениса.
– Второй тип документов, – Головин поднял ещё один палец, – переписка о проекте "Завеса". Это была инициатива нескольких ведомств, направленная на разработку средств массового воздействия на электромагнитное поле.
– Вы говорите о… – начал Денис и осёкся.
– Да, Соколов, – Головин усмехнулся, в его глазах мелькнуло удовлетворение. – Проект, который привёл к блэкауту. Не сразу, конечно. Были промежуточные стадии, эксперименты, отработка технологии. Но документы из архива БЭВ содержат доказательства того, что блэкаут не был случайностью. Он был предусмотрен.