Алексей Миронов – Вторжение в Китай (страница 32)

«Так вот он, заветный чемоданчик с секретными данными из подвалов „Пекинского общества плазмы“, – осознал увиденное Гризов. – Всплыл в покоях почтенного старца».

– Случилось и ещё кое-что, – продолжал вещать Ливей. – О нашей подготовке узнали враги.

По залу пронёсся приглушенный ропот, чиновники и военные настороженно поглядывали друг на друга.

– Сотрудниками враждебных спецслужб, завербовавших одного из наших адептов, было совершено нападение на гробницу императора. Погиб хранитель Хай Жуй, но он умер героем и не выдал тайну саркофага императора, которая была известна только ему и мне. Впрочем, все это были необходимые жертвы на пути к истине.

Старец допил напиток из лотоса и немного подался вперёд. Теперь в его голосе, таком бархатном ранее, появились властные металлические нотки, хотя Ливей почти перешел на шёпот.

– Сегодня я собрал вас, чтобы сообщить: мы закончили тайно создавать огромную армию, которая способна уничтожить любого врага. Она надёжно скрыта заклятиями от посторонних глаз и готова по моему приказу нанести удар с земли, воды или с небес. О ней не догадываются даже те, кто еще сегодня находится у кормила власти в Поднебесной. Но им осталось не долго. У товарища Си уже много проблем. Недавно в распоряжении западных СМИ, совершенно случайно – спасибо брату Джиангуо, – оказались секретные правительственные документы, о массовых репрессиях мусульманских уйгуров в районе Синьцзян. Это нанесло ощутимый удар по репутации товарища Си и подорвало его власть. А, поскольку он не с нами, то ему осталось не долго. Как только император воплотится в этой жизни, мы заберём у Си остатки этой власти и отдадим более достойным. И тогда начнется новое правление. Это правление будет проходить под девизом «Железная рука императора наводит порядок».

Услышав это, Гризов поневоле вспомнил древнее китайское проклятье «Чтоб тебе жить в эпоху перемен!». А старец на секунду умолк и глубоко вдохнул, облизав губы. Глаза его сверкали праведным огнем возмездия.

– Нынешние власти слабы и трусливы. Им не хватает решимости. Мы уже подготовили почву для захвата власти ревнителями истины в Поднебесной. Но в последнее время я ощущаю активизацию враждебной энергии. Наши враги не дремлют и стараются помешать нам. Но если они не сделают этого прямо сейчас, – они опоздали. День второго пришествия императора Цинь Шихуанди настал.

Ливей даже воздел руки к пропадающему в сумраке потолку.

– Глиняное изваяние императора, в котором запечатан его боевой дух, охраняемое древним заклятьем, находится здесь. Прямо под нами. На седьмом этаже лаборатории. Но для последнего превращения нужна не только древняя магия, но и огромная энергия. Я подготовил необходимые запасы. В моей лаборатории тайно построен самый мощный атомный реактор в Китае, его мощности должно хватить. А в нижних этажах находятся магические артефакты, наделенные древней силой. И мы сделаем это, братья, прямо сейчас. Для этого вы все сегодня собрались здесь, по моему зову. Медлить нельзя. Сегодня мы воскресим императора, которому будем потом верно служить до самой победы. А вместе с ним к нам вернется и сила древних богов!

«Так вот куда исчезла статуя императора, – подумал Гризов, вспоминая пустую колесницу на раскопках, – неужели он действительно сможет ее оживить, хиромант чертов?» Но вспомнив колоссальный сгусток энергии неизвестного происхождения в недрах скалы, а также то, что он видел в подземелье «Пекинского общества плазмы», Антон поверил, что ученый муж не шутит. Ливей был настоящим фанатиком и способен довести начатое до конца. А что произойдет в мире, если хотя бы половина из того, что наобещал здесь Ливей – правда, Гризов даже боялся представить.

Не успел старец закончить свою эпохальную речь перед учениками и взмахнуть рукой, как пол Главного зала «Голубого лотоса», вместе с фонтаном и всеми собравшимися, стал медленно погружаться вглубь скалы. Сначала Гризов подумал, что настойка лотоса все-таки действует на него, несмотря на защитные меры. Но потом понял, что они на самом деле опускаются вниз. Эта лаборатория была просто напичкана секретными механизмами. Все остальные братья-заговорщики также настороженно поглядывали по сторонам. Видимо, учитель еще никогда не пускал их в свои тайные подземелья.

«Похоже, мне доведется присутствовать при попытке воскрешения императора, – подумал Антон, глядя, как подрагивают от вибрации бутоны лотоса на поверхности темной воды, а стены со светильниками уходят наверх. – Такого я еще не видел. Только бы выбраться потом отсюда после этого спектакля. Враждебной энергии здесь предостаточно».

Неожиданно вибрация прекратилась, а стена за спиной старца, так и стоявшего с воздетыми к темному потолку руками, исчезла. Все собравшиеся увидели за ним вполне современное помещение, шириной метров пятьдесят, со стенами, обитыми мраморными плитами, и четырьмя бронированными дверями, очень похожими на двери скоростных лифтов. У дверей дежурило несколько охранников в черных комбинезонах с нашивками «Серебряного Дракона». Все они были в масках, полностью закрывавших лица, и с тем самым космическим оружием, которое Гризов уже видел однажды, находясь в теле Ли Квана.

– Дальше мы будем опускаться на лифтах, – возвестил старец и, развернувшись, первым шагнул к дверям. Охранники расступились.

Чиновники и военачальники «династии Цинь» поднялись со своих мест и направились вслед за учителем, придерживая кто свитки с печатями, кто древние тяжелые мечи. Приближаясь, они с настороженностью поглядывали на охранников со странным оружием. Каждый из них был опытным политиком или военным, и каждый знал, как легко можно расправиться с ненужными людьми. Но сейчас все они верили, что только приближаются к зениту своей славы, а значит, все они нужны учителю и друг другу.

Когда вся толпа высокопоставленных заговорщиков оказалась у лифта, учитель приказал:

– Гуожи, Делун, Джиангуо, а также Мэн Тянь, Боджинг, Юнксу и Зихао едут со мной. Остальные спускаются в соседних лифтах. Уровень номер семь.

Стоя в углу широкой кабины скоростного лифта, освещённой приятным матовым светом, Гризов рассматривал то затылок учителя, то внутреннюю металлическую отделку и различные приспособления на стенах. Закончив осмотр, Антон решил, что здесь гораздо чаще перевозят какие-то крупногабаритные предметы и механизмы, чем людей. Похоже, работа в лаборатории кипела.

Его догадки подтвердились, когда разогнавшийся лифт плавно затормозил на седьмом уровне. Здесь, после небольшого расширения у площадки с лифтами, начинался длинный округлый тоннель, вдоль которого были плотно выстроены терракотовые воины – пращники, мечники, лучники, копьеносцы, – в знакомых прозрачных цилиндрах. Увидев их, Гризов невольно вздрогнул. Казалось, они вот-вот оживут и набросятся на прибывших. Но, поскольку проводов к ним подведено не было, Антон догадался, что опыты по оживлению древней армии проводились в другом месте. А здесь было нечто вроде временного хранилища.

Тоннель шел под небольшим углом вниз и упирался в такую же круглую дверь, похожую на вход в главный банковский сейф. Учитывая толщину стен лаборатории, высеченной прямо в скале, здесь можно было пересидеть атомную бомбардировку. Хотя, если вспомнить речи Ливея о том, что он построил под лабораторией мощнейший атомный реактор, неизвестно, где было находиться безопаснее – здесь или подальше отсюда.

– Мы уже близко! – возвестил Ливей своим последователям, обернувшись, и протянул руку в сторону двери.

Многотонная конструкция мягко, после незаметного сканирования фигуры Ливея, открылась и пропустила заговорщиков внутрь. За ней оказался еще один коридор, который в свою очередь разветвлялся на три. Охранников здесь не было. Вдоль стен ветвились толстые электрические кабели. Лампы, дававшие ровное освещение, прятались под потолком.

Учитель уверенно свернул направо и, сделав еще несколько шагов, остановился перед красной дверью с изображением дракона. Дверь была обычной формы, но необычной толщины – почти полметра брони. Еще одно, незаметное для других сканирование фигуры Ливея, и эта массивная дверь также бесшумно отъехала в сторону. А затем, впустив заговорщиков, вернулась на место.

На сей раз они оказались в настоящей лаборатории, обширной, хорошо освещенной и до самого потолка напичканной всевозможной аппаратурой. Здесь даже были люди – два лаборанта в белых халатах, которые снимали какие-то показания с приборов. Едва завидев вошедших, они незаметно растворились среди техники.

В самом центре Антон узрел постамент метровой высоты из полупрозрачного камня, светившегося изнутри. На нем – заполненный неизвестным раствором огромный вертикальный цилиндр со стенками из толстого стекла. Внутри плавало изваяние Цинь Шихуанди в богато отделанных доспехах. При жизни это был мужчина с широким бородатым лицом, близко посаженными глазами и орлиным взором. Его левая нога была чуть выставлена вперед. Одной рукой он словно держался за что-то, а другая лежала на рукояти меча.

«Конечно, его же сняли с колесницы, – объяснил сам себе эту позу Гризов, вспомнив, как в теле Ли Квана рассматривал терракотовую армию на раскопках. – Рядом с императором тогда еще были четверо военачальников».