Алексей Макаров – Становление. Путь по юношеству (страница 5)

– На Сахалин поехал работать, – вспомнил Лёнька, что тётя Галя рассказала ему про сына.

– А ты же как? – Чувствовалось, что Петровне не особо-то и нужны ответы. Её, скорее всего, обо всём уже известили. – Учишься где или как? – вопросительно посмотрела она на Лёньку.

– В Мурманске учусь, в мореходке, – едва успел ответить Лёнька, как тут же последовал следующий вопрос:

– И чего же это тебя туда понесло? – вновь запричитала Петровна. – Мало тебе земли, что ли? – Она с сожалением посмотрела на Лёньку и, не дождавшись ответа, продолжила в том же духе: – Так его в море потянуло. Что ты потерял-то там?

Если бы Лёнька принялся объяснять Петровне, что его потянула в море и чего он там потерял, то эта беседа не закончилась бы и до рассвета, поэтому спокойно ответил:

– Ничего не потерял. Просто захотел стать моряком.

Но Петровну, по всей видимости, этот вопрос уже не волновал, потому что она, хитро взглянув на Лёньку, проворковала:

– Женился уже небось?

– Да вы что? – удивился Лёнька, не ожидавший такого откровенного вопроса. – И не собираюсь даже. Учиться надо, а потом уже и о семье думать.

– Да… – делано вздохнула Петровна, – жениться – это не так-то и просто… – И, искоса взглянув на Лёньку, игриво спросила: – И даже девушки нет?

– Сейчас нет, – так же честно ответил Лёнька, хотя знал, что если бы и была девушка, то Петровне не обязательно об этом знать.

Тут Петровна неожиданно всполошилась:

– Что же это я всё вопросы да расспросы веду. Тебя ведь и поселить надо. Небось и полежать, да отдохнуть охота?

– Да я бы сейчас только рюкзак оставил здесь, а так что-то проголодался очень. Не мешало бы и в столовку сходить, – ответил Лёнька на предложение Петровны.

– Конечно, конечно, – заверила она его. – Сейчас я тебе всё устрою, всё сделаю, – и неторопливо вышла из-за стола. – Сейчас начальства нет и в ближайшие дни не предвидится, так я тебе их номерок отдам. Чё тебе с бичами в общей-то комнате толкаться? Ночку ты там переспишь, а утром уж и поедешь в свою Золотую Гору. Утром попутка туда пойдёт. – Говорила она всё это, по всей видимости, только для себя.

Петровна провела Лёньку в номер, открыла дверь и, указав на две заправленные кровати, посоветовала:

– Какую хочешь, такую и занимай.

Она посмотрела, какую из кроватей выберет Лёнька, и поинтересовалась:

– А столовку-то нашу не забыл? Помнишь, где она находится? Не заблудишься?

– Да помню я всё, помню. – Лёньке стало приятно, что Петровна так о нём заботится. – Как такое забудешь? Там всё так вкусно было в тот раз!

– Да, и сейчас не хуже, – подтвердила Петровна и тут же посоветовала: – Так что давай, долго не разлёживайся, а иди и сразу покушай. Потом уже будем тут с тобой чаи гонять.

Лёнька, послушавшись советов Петровны, запер дверь номера и пошёл в столовую, находившуюся рядом, через несколько домов.

После прохлады внутри здания на улице чувствовалась жара, но Лёнька, не обращая на неё внимания, быстро дошёл до столовой, расположенной в деревянном, рубленном из массивных брёвен здании через несколько домов от гостиницы.

Войдя в столовую, он оказался в небольшом, светлом и уютном помещении. В глубине зала располагался стол для раздачи, справа находился стол с кассовым аппаратом, а в зале стояло несколько столиков, окружённых лёгкими стульями, за одним из которых сидели несколько женщин.

Чувствовалось, что Лёнька своим появлением прервал какую-то очень важную беседу, так как женщины прекратили разговор на полуслове, с любопытством разглядывая нового посетителя.

Есть хотелось очень сильно, поэтому, не раздумывая и не обращая внимания на любопытные взгляды сидящих за столом женщин, он сразу же прошёл к столу раздачи.

Молодая женщина в белом переднике и кокетливой шапочке поднялась из-за стола и, обойдя стол раздачи, остановилась возле большущих кастрюль, с интересом разглядывая Лёньку.

– Что будете кушать? – кокетливо поинтересовалась она.

Лёнька узнал её. Это была та самая женщина, которая два года назад выпытывала у них с Сашкой куда и зачем они едут. Она по-прежнему выглядела аккуратно и изящно, но только, на Лёнькин взгляд, немного располнела.

Заметив, что и она его узнала, Лёнька вежливо поздоровался:

– Здравствуйте, – на что женщина мило улыбнулась и, как и прежде, полюбопытствовала:

– А вы что же, опять на Золотую Гору собираетесь?

От её вопроса Лёнька остолбенел.

«Неужели и в этой столовой прознали про мои выкрутасы?» – невольно пронеслась у него мысль, которую он сразу же откинул, но, справившись с шоком, ответил:

– А вы откуда это знаете?

– Так нам всё положено знать, – хохотнула женщина, но, прервав смех, уже серьёзно спросила: – И что вы сейчас будете кушать?

Лёнька непроизвольно отметил, что женщина обратилась к нему на «вы», тем самым подчеркнув, что он уже не мальчишка, который тут с Сашкой обедал два года назад, а взрослый человек и ему уже неприлично тыкать.

Поэтому, оглядев стол раздачи и кастрюли, выставленные за ним, важно произнёс:

– А налейте мне борща. Я как помню, он у вас очень вкусный был.

– А он у нас завсегда такой. – Женщина взяла большую тарелку и наполнила её ароматным ярко-красным борщом, от донёсшегося запаха которого Лёнька непроизвольно сглотнул слюну.

– А на второе что будете? – продолжила женщина, пытливо глядя Лёньке в глаза.

– Положите мне гречневую кашу с котлетой и вон с той подливкой, – показал Лёнька на один из судков.

Тут же на столе стоял пузатый чайник, из которого Лёнька налил стакан тягучего тёмно-жёлтого компота, а вместо хлеба взял несколько аппетитных пирожков.

Поставив тарелки на поднос, он прошёл к кассе, за которой уже сидела, ожидая его, одна из собеседниц «круглого стола».

Достав кошелёк, рассчитался. Обед, как и прежде, обошёлся ему меньше рубля.

Кассирша пожелала ему приятного аппетита, на что Лёнька буркнул «Спасибо» и отошёл к одному из свободных столиков, поставив на него поднос.

Борщ и каша с котлетой, как и прежде, оказались очень вкусными, а компот сладким, и от него шёл приятный яблочный аромат.

Лёнька спокойно принялся за еду, а когда тарелки опустели, то с удовольствием потянулся и осмотрел зал.

Кумушки, как и прежде, сидели за своим столом и с любопытством разглядывали его, о чём-то перешёптываясь.

Одна из женщин поднялась и подошла к нему.

– Ну что? – глубоким грудным голосом спросила она. – Наелись?

– Да, спасибо. Всё было очень вкусно, – поблагодарил её Лёнька громким голосом так, чтобы и остальные женщины услышали его благодарность.

Женщина принялась убирать посуду со стола, а Лёнька попросил её:

– Заверните мне, пожалуйста, эти пирожки. Я с собой их возьму, – пояснил он, увидев удивлённый взгляд женщины.

– Конечно, конечно, – услужливо произнесла она и ушла куда-то за раздаточный стол.

Вскоре она появилась с жёлтым листом бумаги и, завернув в него пирожки, услужливо спросила:

– Ещё чего-нибудь надо?

– Нет. Спасибо, больше ничего, – так же вежливо ответил ей Лёнька. – Всё было очень вкусно, – повторил он и, поднявшись из-за стола, небольшим поклоном попрощался со всеми присутствующими в зале.

Открывая входную дверь, он ещё раз оглянулся на женщин и так же вежливо произнёс:

– До свидания. Обед был замечательный. Я с вами не прощаюсь. Когда буду ехать назад, то обязательно зайду.

Женщины что-то ответили ему, но что, Лёнька уже не слышал, так как вышел из столовой.

Чем себя занять, Лёнька не знал, поэтому сытый и довольный, вернувшись в гостиницу, он развалился на одной из кроватей в номере и как-то незаметно уснул.

Проснулся он от оттого, что за плечо его кто-то потрогал.

Недовольно открыв глаза, он увидел перед собой улыбающееся лицо Петровны.

– Тебя, Лёньчик, можно за ноги таскать, а ты так и будешь спать, – пошутила она. – Хотела с тобой чайку попить, но ты так крепко спал, – уже заботливо продолжала она, – что я не решилась тебя поднимать. Но я тебе принесла чайнички. – Она указала на небольшой столик в номере. – Там кипяток и заварка. Если захочешь попить, то сам себе подогреешь и заваришь. А я пошла домой. Поздно уже.