Алексей Любушкин – Дитя Смутного Времени (страница 48)

– Когда тебя будут пытать демоны, на вопрос о шкатулке не впутывай, пожалуйста, меня, хорошо?! – мастер встал, показывая рукой на выход.

Кристалл соответствовал описанию магистра. Сай взял его в руки, поблагодарил мастера, поклонившись, и вышел на улицу. Осталось посетить храм Алой Леди и уговорить Мири присоединиться к каравану.

***

– Я не могу взять тебя с собой, Мири. Артефакт учителя выдернет лишь меня одного, а заклинанию и ритуалу телепорта я ещё не обучен. Алвин мне сильно задолжал, так что, не переживай, доставит до родни в лучшем виде, – сказал Сай эльфийке, улыбаясь и не переставая поглаживать ей спину.

На смятой постели Мири жарко прижималась к Саю гибким телом, и он чувствовал, что скоро снова будет готов продолжить затянувшееся прощание. Она поцеловала юношу и выскользнула из кровати, грациозно надевая свои вещи.

– Спасибо тебе, Сай, за всё. Ты совсем молодой, совершенно ничего не знаешь о своём народе. Я чувствовала все твои эмоции как свои. Заботу, страсть и переживания, я снова смогла поверить в себя и почувствовать силу магии, – блестящими глазами Мири Сай готов был любоваться всегда.

Сай достал заготовленный подарок из рюкзака. По пути из Верхнего города он зашёл в знакомую лавку к тифлингу. Спросил о здоровье, не приключилась ли недавно беда у десятка его знакомых, и поинтересовался подарком для друида. Продавец понял намёк правильно и предоставил достойный артефакт призыва за хорошую цену.

– Этот браслет даст способность вызова зверя для помощи в бою и напомнит обо мне.

Смотря вслед уходящему каравану, Сай всё ещё чувствовал тепло губ Мири. Эльфийская часть переживала от разлуки, а драконья с чувством глубокого удовлетворения рассталась с эльфийкой, к которой он начал привязываться, а в опасном городе иметь такую слабость непростительно.

Потирая татуировку на плече в виде красного щита, он вспомнил про посещение алтаря богини. Крепкий жрец в красной рясе с капюшоном как будто только его и ждал.

– Богиня предупреждала о твоём приходе, видимо, ты сильно заинтересовал её. Интерес Алой Леди к смертному – редкое явление, но эльфы еще более редки в наших рядах, вы тяготеете больше к своим богам, но это не моё дело.

– Расскажи мне о богине и церкви, – Сай колебался, принимать ли эту богиню, но чем-то его зацепил голос, который он услышал при клятве.

– Стратегия, дипломатия, планирование и только потом война, вот на каких догмах строится наше Братство. Алая Леди – любимая дочь Темруса, она, как никто другой, помогает ему в божественных битвах. Спокойная, без ярости Отца Битв, она не любит лишь предателей и клятвопреступников. Представителей Алого Братства можно найти во многих мирах в роли воинов, командиров, военачальников и дипломатов, – спокойный голос жреца был очень странным явлением в этом городе.

– Если я захочу принять посвящение богине, что нужно будет делать?

– Ты маг, поэтому не сможешь стать её жрецом или паладином, но можешь пройти посвящение Алой Леди и вступить в Братство. Будешь получать помощь, помогать братьям и продвигаться в иерархии, также мы всегда не против поделиться знаниями и подтянуть уровень командования и владения оружием. Магов среди нас очень мало, так что, здесь ничем помочь не смогу.

Теперь он оруженосец, следующий ранг в иерархии – рыцарь, тогда на татуировке щита дополнительно появится меч. Правильно ли он поступил, приняв посвящение Алой Леди, покажет время. Когда караван скрылся вдалеке, Сай вернулся в таверну, надо было уложить в рюкзак покупки и трофеи, после чего спать практически в обнимку с ним. Идти заранее в болото у него не было никакого желания.

Глава 27

Зал Воинов.

Воины и шаманы бурлили как котёл от гнева к представителям клана Барса

– Что здесь делают эти предатели?

– Убить грязных изменщиков!

– Заберите у них клановый тотем, пусть идут к изгнанникам!

– А ну, тихо! – конунг клана Медведя одним своим видом внушал уважение.

Бьерни знал точно, если сейчас не остановить толпу, то начнутся стычки, которые позже перерастут в кровавую резню. Ещё год назад кланы жили мирно, устраивали вместе набеги, справляли ежегодные праздники с пьяным мёдом и песнями, а теперь конунг Окил мёртв, запачкавшись связями с наёмниками южан. Ещё по походу на орков было понятно, что он сбился с пути предков.

Но, как будто, участия мага в походе кланов ему было мало, и этот помет йети успел нанять изгнанников, которые покусились на святое – жизни шаманов. Другие не лучше. Торлоф пьёт, не просыхая, и поговаривают, постоянно в каком-то бреду. Полностью отринул традиции предков, выгнал нового шамана и привечает посланников Совета из Бриндера. Ну а Вилфрид, как обычно, лишь презрительно улыбается на все проблемы кланов.

– Верховный шаман идёт, – подбежал к конунгу Бьерни воин его дружины.

Конунг вздохнул, наконец-то, будет на кого выплеснуть свою ярость и свалить все проблемы.

– Хрофт, ты затеял всю эту возню с предателями, так расхлёбывай её поскорее, пока нас не захлестнуло кровавым прибоем!

Хрофт степенно сел за стол к конунгам, сделал глоток мёда из налитой воином кружки и начал не спеша говорить:

– То моя вина, что я решил рассказать Кругу про козни Окила и советника. Гневом полны сердца народа Севера, и боюсь, не остановить нам волну кровопролития, но мы можем направить их ярость в нужную сторону. Наказать только виновных, а не объявлять войну всему Союзу Городов, которую мы всё равно не потянем. Раз советник решил прибрать к рукам клан Волка, значит, нам нужно опередить его и выставить счёт конунгу Торлофу.

– А не говорит ли в тебе, Хрофт, жажда мести Торлофу? Ты хочешь ещё один клан обезглавить, тебе мало того, что твой щенок убил Окила, так ты теперь хочешь нашими руками Торлофа убрать?! Место освободить своему приёмышу? Не бывать тому, пока я конунг клана Медведя! – Бьерни разошёлся не на шутку, привычная картина мира рушилась у него перед глазами.

– Остынь, Бьерни, и радуйся тому, что здесь нет моего внука, а то бы он быстро укоротил твою пустую голову. Что ты предлагаешь, сразу идти на Бриндер? Сколько воинов ты готов положить под стенами города… всех или, может, выберешь, кто пойдет в бесполезный штурм? Я предлагаю ударить по Торлофу, а потом по кошельку этой твари, которая хочет устроить свару среди нас и загрести жар чужими руками. Надо узнать, за счёт чего он живёт и есть ли у него враги, – Хрофт старался быть спокойным, но в его сердце горела ярость к тупому медведю.

– С этим могу вам помочь я. Есть город, который жаждет уничтожить советника Ганца и его торговлю. Но есть более важный вопрос, что делать с кланом Барса? Я думаю, потомки Окила больше не вправе сидеть за одним столом... – вмешался в разговор конунг Вилфрид, но был прерван ворвавшимися в Зал Воинов дружинниками.

Вбежавшие воины были встревожены. Глазами отыскав конунгов и шамана, тут же направились к ним.

– В половине перехода от стойбища воины клана Волка. Идут в боевых порядках, без женщин и детей, – с трудом переводя дыхание, начал говорить воин, после чего замялся и продолжил: – С ними три сотни железных воинов южан.

– Ну, Бьерни, вот и твой лучший друг по пирам и охотам конунг Торлоф пришёл, только пир будет кровавый, – шаман был нисколько не рад своей правоте, но пусть конунг Бьерни помучается.

– Я лично срублю этой псине голову, а наёмники будут молить о смерти после нашего гостеприимства! – ответил конунг шаману и повернулся к залу. – Воины, враги на подходе к общему стойбищу, конунг Торлоф хочет устроить сегодня пир мечей, так покажем ему, как сражаются истинные воины Севера, а не прихвостни южан! – красный от прилившей крови Бьерни вещал с топором в руке, воины в зале отвечали такими же воинственными криками.

Хрофт встал и поднял руку, приглушая крики:

– По традициям, у клана Барса есть шанс искупить свою вину, сегодня они будут биться в первых рядах и кровью вернут себе честь.

– Пусть искупят вину! Только пролитая кровь поможет им! Выдержат первый удар – пожмем локти и признаем их достойными сидеть с нами на пиру! – воины соглашались с Хрофтом, и, по крайней мере, у малой части клана Барса есть все шансы выжить.

Воины повалили на выход к своим племенам и кланам, чтобы успеть занять лучшие места в боевых отрядах и первыми проломить черепа предателям с наемниками. Шаманы не спеша выходили последними, ожидая указаний своего предводителя.

***

Варварский Север.

– Скажи мне, Кастер, зачем мы согласились на контракт? Участвовать в битвах дикарей тьфу… а ты видел, какие они здоровые – выше меня на две головы и шире вполовину, как дворфы, мать их. Ты слышал, отряд Одноглазого уничтожил какой-то варварский род. Этот холод сводит меня с ума, последний мой найм и вернусь обратно на Побережье Торговцев, – во главе колонны наёмников с капитаном отряда шел воин, не смолкающий ни на минуту.

Капитан наёмников в тёплой шкуре волка поверх доспеха шагал по тундре и сам проклинал этот контракт, но за такие деньги они могут год жить в тавернах и борделях всем отрядом. А он лично может купить небольшой надел с деревенькой и оставить опасное занятие на кого-нибудь другого.

– С нами три мага и пять подмастерьев. Одновременного залпа огненными шарами хватит, чтобы эти дикари разбежались в разные стороны. Две сотни ветеранов латников с твоим участием выдержат любой натиск, а сотня лучников поддержит вас в этом. Вдобавок к этому варвары клана Волка ведут две тысячи воинов, пусть дикари убивают друг друга, а нам важно лишь золото. Кстати, говорят в стойбище много горячих женщин, даже на твой гнилой стручок достанется, – от слов Кастера засмеялись наёмники, подкалывая «счастливчика» новым прозвищем.