3. Энергема, энергия, сущность. Сущность явлена в имени как энергема имени (80). В имени как символе сущность впервые является всему иному, ибо в символе как раз струятся те самые энергии, которые, не покидая сущности, тем не менее, частично являют ее всему окружающему. Отсюда видно также и то, что всякая энергема, как и энергия в целом, в самом существе своем, всегда символична, поскольку она есть уже не сущность просто, но сущность, соотнесенная с тем или другим видом инобытия и являющаяся, так или иначе, тем и другим видом инобытия (113). Существует предметная сущность, и существуют ее бесконечно-разнообразные вариации, выражающие ее энергемы (81). Мы получили энергему восприятия, энергему образного представления, энергему чистого мышления и энергему сверх-умного мышления. Все эти энергемы суть моменты и проявления общей энергии перво-сущности, в которой они – абсолютно едины. Каждая отдельная энергема есть и отличное от общей энергии, и тождественное с ней, как это уже давно утверждено нами на незыблемых основаниях диалектики (104 – 105); энергема сенсуальная есть сама сущность; энергема ноэтическая есть сама сущность, и т.д. То и другое – в совершенно одинаковой мере (169).
4. Иерархия интеллигентных самоутвержденностей. Вещь – воплощенность энергем. Но это значит, что во всякой вещи есть то, что абсолютно тождественно с самой сущностью, хотя иерархия энергий, не мешающая всем им быть в одинаковой мере самой сущностью, приводит, однако, в инобытийном функционировании, к разной степени отдаления от сущности. Всякая энергема, как бы «мала» ни была, есть сама сущность, ибо всякое свойство, всякое проявление сущности есть вся сущность целиком и совершенно не отделима от нее. Тем не менее, в инобытии эта энергийная иерархия обусловливает собою разное расстояние от перво-сущности (169). Разные виды и типы энергем суть разные степени меонизации энергемы, разные степени интеллигенции (87). И вот перед нами иерархия интеллигентных самоутвержденностей: внизу – вещь, которая есть чистое инобытие, вне-интеллигентно зависящая от инобытия (физическая энергема), далее – интеллигентная зависимость от инобытия, т.е. зависимость от чужой интеллигенции (органическая и сенсуальная энергема), еще выше – вне-интеллигентная независимость (перцептивная и имагинативная энергема); наконец, независимость от самого себя и от своей собственной интеллигентной и от вне-интеллигентной независимости (гипер-ноэтическая энергема) (107).
5. Виды и типы энергем. а) Мы говорили о чистых типах энергем, о чисто физической, чисто сенсуальной, чисто ноэтической энергеме, равно как и о субъектах столь же чистых энергем (177); чтобы видеть саму предметность, необходимо исключить из ее состава всякий меон, или инаковость, а тот меон, которого нельзя избежать вообще, должен быть доведен до состояния, когда он тождествен с энергемой или не мешает ей быть созерцаемой в качестве чистой энергемы (81); низшие энергемы (180); общая энергема человеческого субъекта и человеческого слова (178).
б) Физическая энергема. Физическая энергема есть совокупность абсолютно внеположных раздельностей (87). Физическая энергема слова ничем не отличается от всякой физической энергемы. Это – совокупность физических определений, объединенных определенным смыслом; физическая энергема сама по себе не физична. Физическая энергема установлена нами как форма примитивного осмысления меона (85); физическая энергема как такая, для себя самой (87); физическая энергема (88, 178); два понятия – части и целого – и есть то, что феноменологически и диалектически конструируют физическую энергему (86). Физическая энергема слова осмысливает и оформляет самостоятельный физический организм слова, установленный как один из необходимых моментов того или другого модуса существования самой предметной сущности слова (84). Физическая энергема превращается здесь в другой тип энергемы (87).
в) Органическая энергема. Оформление и смысловое освещение меона, происходящее в физической энергеме, остается совершенно позади перед органической энергемой слова, или органическо-энергенематическим моментом, где мы находим более существенное воссоединение дискретных меональных моментов и, след<овательно>, более глубокое воплощение смысла, или сущего, в «ином» (86); с чисто феноменологической точки зрения, органическая энергема слова есть принцип раздражающегося организма (88). В человеческом слове органическая энергема не просто дает растительное семя, но – органическую жизнь разумного существа, и каждая малейшая черта в росте, питании, размножении, вообще жизни этого существа продиктована высшей его энергемой, и уже нет самодовления физиологических функций, которое мы встречаем в сфере действия чистой органической энергемы. Органическая энергема вообще как таковая есть только она. Органическая энергема в слове есть выразитель всех смысловых тайн слова вообще (178 – 179). Органическая энергема есть знание «иного». Но этим знанием «иного» оно опять-таки должно явиться для себя, ибо для кого же еще? И вот, возникает новая энергема, которая есть не только знание «иного» (без знания факта этого знания), но и есть знание себя самого (правда, все еще без знания факта этого знания) (89). Мы сталкиваемся в проблеме органической энергемы с чисто феноменологической задачей описания сущности того, что такое эта (т.е. органическая. – В.П.) энергема, независимо от того, в каких фактах и как она воплощается и живет (88). Физическая энергема – чистое «вне-себя», органическая же энергема – такое «вне себя», которое знает иное как некое чистое «вне» (88).
д) Сенсуальная энергема. Сенсуальная энергема; энергема ощущения (179). Все есть эйдос, или энергема. Сенсуальная энергема, лежащая в основании субъекта восприятия, есть эйдос, определенным образом соотносящийся с собою, т.е. определенным образом полагающий себя как себя. Целиком и абсолютно он себя не полагает, ибо это не перво-имя и не первозданное имя (97). Животное – факт, осмысленный через ощущающую сенсуальную энергему… Ощущающая энергема есть еще более внутреннее преодоление меона; как можно мыслить живое слово, не мысля, что в слове есть момент ощущающей энергемы? (90)
е) Ноэтическая энергема. Ноэтическая энергема (173, 179); сущность ноэтической энергемы заключается в том, что она знает свое знание и себя (174); мы пришли к новой энергеме – к самому мышлению; мышление – результат ноэтической энергемы (91). Ноэматическая энергема предполагает осмысленную раздельность субъекта, «я» и – предмета, предметной сущности (92); понятие ноэматической энергемы богаче понятия ноэмы. Оно – понятие, полученное диалектически, и потому несет на себе смысл всех вообще различений, входящих в данный диалектический ход мысли. Когда мы говорили просто о ноэме, мы имели в виду произносимые слова как слова, без дальнейших деталей. Когда же мы говорим о ноэтической энергеме, то нами необходимо мыслится весь антураж понятий, связанных с ее диалектикой (129); аноэтическая энергема, рождающая из себя «психическое» (168); энергемы: перцептивно-ноэтическая (179); имагинативно-ноэтическая; собственно ноэтическая, или когитативная; гипер-ноэтическая; чистая ноэтическая энергема; все энергемы сразу (180).
6. Энергемы и слово. Совокупность всех энергем, изменившихся от одновременного действия, и есть общая энергема человеческого субъекта и человеческого слова (178). Так модифицируется каждая из энергем, вступая во взаимообщение с другими энергемами при порождении единосовокупного человеческого субъекта и человеческого слова (179). В реальном слове, произносимом у разумного и нормального человека, всякая физическая энергема, конечно, может быть только одновременно высшей энергемой, той, которая дает не только звуки, но и весь смысл слова (85); энергема, конструирующая в ином слово (168).
1. Определение. Энергия есть смысловое действие, воздействие, активность (193).
2. Энергия и сущее. Сущее как энергия (161).
3. Энергия и сущность. В сущности заключены моменты: энергия, или символ (225). Энергия – смысл сущности (159); внутренние смысловые энергии сущности. В энергии дана и сама сущность (158); в энергии сразу дается как-то и сама сущность (137). Энергия сущности есть смысловая изваянность сущности, неотделимая от самой сущности, но отличная от нее (182); энергия сущности неотделима от сущности, хотя и отличима от нее; поэтому она и есть сама сущность (168); если энергия сущности есть сама сущность, то сущность не есть энергия сущности (185). Какую бы часть энергии сущности мы ни взяли, везде присутствует вся энергия целиком (104); сущность целиком присутствует в каждой своей энергии (123). Энергия выражает сущность (159). Эту смысловую силу самовыражающейся сущности, в случае второго определения сущности, т.е. в абсолютном меонизировании, мы называем энергией сущности, в случае же первого, внутри-сущностного самоопределения, – эйдетическим меоном, или внутри-сущностным становлением (можно называть это и внутри-сущностной энергией) (158).
4. Энергия и иное. Данность смысла в «ином» есть его энергия, неотделимая от самой сущности, но отличная от его апофатической глубины, ибо раздельная (173); энергия сущности есть также сущность, ознаменованная своей соотнесенностью с инобытием. В энергии также заключается становление, и притом, конечно, тоже чисто смысловое становление, ибо энергия сущности неотделима от сущности. Разница – в том, что энергия берется как внутри-смысловое становление сущности вместе с самой сущностью, т.е. вместе с тем меоном, который свойствен ей самой по себе, до взаимоопределения со своим инобытием, т.е. с чувственностью. Энергия сущности поэтому необходимым образом содержит в себе всегда символическую природу. Она есть всегда вестник сущности; и по ней мы сразу видим, какая сторона сущности имеет проявиться в инобытии и как она будет проявляться (137). Этот абстрактный момент энергии сущности, которая сама по себе не есть инобытие, но только осмысляет его, т.е. является его смыслом и тем самым определенно отличается от сущности, которая дана сама по себе, без инобытия и без его осмысливания. Отличаясь по смыслу, по факту она тождественна с сущностью (138). Вся энергия сущности есть язык, на котором говорит сущность с окружающей ее средой (114).
