Алексей Кузнецов – Рубиновая роса. Книга I (страница 15)

Капитан Виктор фон Рутор, принял патент из рук командира – Служу Империи! – Не скрывая волнение в голосе, выкрикнул новый капитан «снежных барсов».

– Поздравляю, Вас, сударь! – От всей души, порадовался за Виктора, охотник.

– Благодарю. – Степенно кивнул фон Рутор – Господа, а в чём причина, этого бесспорно приятного события? – Больше к своему командиру, чем к обоим сразу, обратился капитан.

Герцог, хлёстко стукнул внешней стороной ладони по разложенной перед ним картой.

– Пока не знаю, во дворце я буду только послезавтра. – Маркус поскрёб щёку – Но единственная причина, которую я могу представить, это то, что грядёт крупная заварушка. А сроки, которые нам установил маршал, дают понять, что она не за горами.

– Вот демон! – Лицо капитана выражало смешанные чувства. С одной стороны, он, как и любой мальчишка, любящий приключения и только что получивший довольно таки высокое звание, горел желанием поучаствовать в славной баталии, с другой, он прекрасно понимал, чем для Империи грозит новая война.

– Колд, какие у тебя планы? – Поинтересовался Маркус.

– Вернусь в свою комнату, отдохну. – Неопределённо пожал плечами охотник – А вечером собирался заглянуть к сиру Архану, у меня к нему много вопросов, он обещал помочь.

Маркус кивнул – Хорошо, у нас настают хлопотные деньки, все будут заняты. Но ты если хочешь, приходи. Найдёшь меня или капитана. – Командир барсов кивнул в сторону фон Рутора, который вслушивался сейчас, как на слух звучит его новое звание – Или Верда, – герцог ухмыльнулся – я думаю, что у вас найдётся тема для разговора.

– Найдётся, – согласился Колд – я, пожалуй, пойду.

– Сам найдёшь дорогу? – Поинтересовался, капитан.

– Конечно.

– Тогда до встречи. – Маркус Д'Зула протянул Колду руку.

– Сударь. – Кивнул, прощаясь, фон Рутор.

Колд шагал по дороге ведущей обратно в Императорскую часть Астарга. Высоко в небе летали юркие ласточки, погода обещала быть великолепной. Мерно шелестели кольчужные кольца. Он так и не получил сегодня меч – «Но это и к лучшему» – думал Колд. Охотник, решил, что клинок должен выковать сам. Ещё его отец, деревенский кузнец и старый, опытный воин, говорил, что только рожденное твоими руками оружие, сможет защитить тебя, даже тогда когда сам ты уже не на что не надеешься. Не раз слова отца подтверждало и копьё охотника, и верный кинжал.

За такими мыслями Колд дошёл до ворот с чеканкой. Предъявив на входе свиток с печатью Императора, охотник прошёл внутрь. На стенах по-прежнему несли вахту арбалетчики, а из окошка над входом в башню, за ним зорко наблюдал человек с посохом.

Без труда отыскав свою комнату, которую они выбрали вместе с Маркусом, он зашёл внутрь. Как и все помещения Императорского города, комнату освещал светящийся лунным светом шар, дававший достаточно света, но совершенно не нагревающийся.

На стуле, который как помнилось Колду, был совершенно пустой, лежала аккуратно сложенной стопкой одежда. Подле стула, стояли новые из тонкой светло-коричневой, местами желтоватой, с тёмными пятнами, змеиной кожи, сапоги. Колд, решил обождать с примеркой, уверенный, что это очередной подарок ему. Раздевшись и сложив на пушистый ковёр возле кровати кольчугу, охотник забрался под одеяло и блаженно откинувшись на подушку, стал поуютней укладываться на так непривычной ему, мягкой перине.

Комната, была обставлена со всем возможным шиком, ведь в этой части башни, останавливались только гости Императора Эрика. В комнате присутствовал камин, над которым весела большая картина, изображавшая тихую летнюю заводь. Приглядевшись, Колд заметил, с какой точностью были нарисованы лилии, а под водой, почти на самой поверхности проступали спины, плавающих под озёрной гладью рыб.

Молодой охотник, положил руки под голову и, блуждая взглядом по комнате, стал вспоминать каждого нового знакомого, с которым встретился здесь на Иберии, в новом для себя мире, сулившему провинциальному лесному охотнику, интересную, полную приключений жизнь. Колд рассуждал, как же ему повезло. Ведь он и не ожидал туманным Зиальским утром, встретить своего нового друга, да никого ни будь, а Эрика, настоящего Императора, из незнакомого ему мира.

Единственное, что омрачало охотника, это мысли о его приёмном отце, оставшемся совершенно одиноким. Колд, был уверен, что отец найдёт среди его вещей, мешочек с серебреными монетами, которые он откладывал после каждой удачно проданной партии своих изделий. Сбережения он копил для того, что бы когда-нибудь перебраться в город и там открыть свою кузню. Денег по подсчётам Колда, должно было хватить на пару лет, в меру скромной, но отнюдь не голодной жизни. А там, он надеялся, что Эрик сможет отправить его обратно на Зиал, в его деревню. Повидаться с, как Колд был уверен, пережившему за его внезапную пропажу отцом.

Думая обо всём этом молодой охотник не заметил, как постепенно рассматривающие картину глаза закрылись, и он погрузился в свой первый, не считая удара по голове, сон на Иберии…

– Он здесссь… пришёл. Он просыпается… – раздался далекий, шелестящий, словно ветер в листве голос.

– Кто он, кто? Обещанный?!.. он уже здесссь, с наами… – вторили другие голоса.

– Скоро… – снова первый голос.

– …россса, руби… ая…

…Колд стоял на равнине. По колена, охотника охватывал розоватый клубящийся туман. Неба видно не было, просто туман и вокруг абсолютная, бесцветная пустота. Колд не мог увидеть ни себя со стороны, ни своё тело, просто был уверен, что это смотрит именно он. Охотник сделал первый шаг, земля под его ногами издала чавкающий звук, похожий на звук сапога выдираемого из вязкой, заболоченной жижи. Охотник попытался разогнать туман ногой, он быстро пошевелил ей, на миг его взору открылся участок почвы, поросшей красно-коричневым у самой земли синеющим мхом, уже в следующую секунду вновь затянувшийся клубами тумана.

Колд поднял голову вверх. Над ним проплывали бледно-розовые, редкие облака, медленно скользя по малиновому с оранжевыми прожилками небу. Вновь поглядев вперёд, охотник замер. Он уже находился на небольшом поросшем сочной, нормальной, зелёной травой луге. Колд огляделся, луг окружали стройные деревца берёз, над редкими жёлтыми цветами, кружились разноцветные бабочки. В отдалении, почти у другого конца луга, появилась каменная пещера, хотя раньше её точно охотник не видел. Вход в пещеру окутывала дымка, так, что самой горы, куда и вёл вход, видно не было, только её очертания. Провал входа залепила, чёрная, как сама Великая пустота, тьма. Немного повернув голову, он увидел рядом с входом в неведомую, отдающую не с чем ни сравнимым холодным, липким страхом пещеру, чуть выше человеческого роста – серебрящееся облако. Облако зависло в нескольких ладонях от земли, оно состояло из малюсеньких, переливающихся радужным, весёлым светом капелек росы. Облако имело вытянутую, немного овальную форму. От него шёл сильный, пронизывающий каждую частичку тела охотника, поток тепла, погружающий его в море спокойствия и любви. Любви ко всему живому, ко всему миру, ко всему мирозданию.

Между этими двумя порталами, а Колд не на мгновенье не сомневался, что это именно они, он увидел мелькнувшую тень, силуэт. Раздалось цоканье, как будто по выложенной булыжниками мостовой, не спеша прошел, гремя подковами конь. Кто точно там ходит, охотник увидеть не мог. Сразу за облаком и пещерой, картинку реального луга, как будто бы срезала, непроглядная, белёсая пелена. В следующий миг он заметил лошадиные ноздри, высунувшиеся из-за пелены, и что-то острое, жемчужное, мелькнуло над ними. Выпустив пар, часть конской морды снова скрылась, опять раздалось цоканье копыт. И в следующую секунду, пелену прорезал острый, покрытый угольно-чёрной, крупной чешуей хвост. Конец чешуйчатого хвоста завершал костяной, похожий на гигантский наконечник стрелы нарост. Хвост, взметнулся, закрутившись в спираль, и резко выпрямившись, ударил по каменной окантовке чёрного портала, словно острый нож масло, срезав огромный с самого Колда, каменный участок скалы. Чудовищный чешуйчатый хлыст втянулся в вязкую плоть барьера, сопровождая свой уход змеиным шипением и скрежетом когтей.

Что это было за чудовище, охотник, даже боялся подумать, однако, что он точно заметил, так это то, что чудовище исчезло ближе к тёмному входу, а лошадь, рядом с облаком.

Голова Колда, слегка закружилась. Картинка с лугом поплыла, размазываясь, словно акварель, и сразу же, охотник даже успел пропустить, когда именно, он снова оказался на лугу. Но вместо порталов, стоя, на него молча смотрели, справа, где был тёмный вход в пещеру – неприятного, отталкивающего вида карла, в похожей на одеяния монахов чёрной рясе. С лева, высокий, облачённый в ослепительной чистоты одежды, с длинными снежно-белыми волосами и опускающейся чуть ниже пояса бородой, старик. Между ними, туда, где скрылись неизвестные звери, протянулась тоненькой лентой тропинка.

Всё происходящее он уже воспринимал, как само собой разумеющееся, без страха и волнения. Криво ухмыляясь, Карла, приподнял руку и поманил его, скрюченным, узловатым, с обгрызенным жёлтым ногтем пальцем, поближе. Колд всё же не решился подойти, но когда взглянул в васильковые глаза белоголового старика, сделал шаг вперёд. До странной парочки оставалось несколько шагов, но сделав первый, охотник сразу же оказался возле них. Перед ним, между карлой и стариком, прямо в воздухе висела чаша из металла молочного цвета, её стенки были абсолютно гладкими, без каких либо украшений. За спинами пары, заново материализовались пещера и облако. В сияющих совершенной белизной одеждах старик, протянул к чаше, тонкую, грациозную руку и чуть обернувшись к облаку, зачерпнул в неё немного парящих в воздухе капелек росы. Повернувшись к карле, передал тому сосуд. Карла, схватившись рукой за чашу, в свою очередь развернулся к провалу в пещеру и добавил в неё чёрную, вязкую субстанцию своего портала. Гаденько хрюкнув, мерзкий карла, встав на цыпочки, подал чашу охотнику, посматривая на того двумя совершенно разного цвета глазами, жёлтым похожим на змеиный и без зрачка зелёным. Колд принял её, и вновь взглянув на старца, получив молчаливое успокаивающие согласие, сделал глоток. Субстанция в чаше, была густая и тягучая как мёд, при этом вкус у неё был чистейшей, прохладной, ключевой воды. За один глоток охотник проглотил всё налитое в чашу вещество, которое скатилось по горлу, легко, немного напоминая сырое куриное яйцо.