Алексей Кутырев – Дороги (страница 4)

Николай продолжал воевать, но узнав о гибели жены, он очень изменился, лицо стало чёрным с заострёнными чертами, виски поседели. Кто его не знал, меньше сорока лет ему не давали, а мальчишке не было и двадцати пяти. Тяжело терять близких людей, хоть на войне и привыкаешь к чужим смертям, становишься более чёрствым и грубым, но смерть очень близкого человека, всегда принимаешь тяжело.

Почти сразу после гибели Марии, командир полка отправил большую группу своих бойцов-разведчиков в глубокий тыл к врагу. Комбат не удержался и пошёл с ними, не поставив комполка в известность. Выйдя в тыл противника и удалившись километров на девять, Николай остался с тремя разведчиками на полянке они были в немецкой форме, майор в капитанской, бойцы в рядовой, а остальных отправил в разведку, получилось три группы по десять человек. Прошло больше часа, вдруг они услышали: «Хальт». Пытались оказать сопротивление, но тщетно, фашистов было не меньше дюжины, и они окружили полянку плотным кольцом.

Они собирались взорвать себя гранатами, но тут Николай увидел позади одного из фашистов своего разведчика. Знаком он показал, своим ребятам, что видит их, а тем, кто был с ним, что всё хорошо. Они бросили оружие на землю, тем самым отвлекая внимание немцев, в это время разведчики Сергеева окружили фашистов, и они все вместе положили на месте ножами всех немецких солдат, а немецкого лейтенанта взяли в плен.

Выполнив первое задание, надо было провести глубокую разведку и захватить говорящего офицера языка. Ребята вернулись рано утром следующего дня, волоча с собой пленных лейтенанта и майора-интенданта. Вернулись без потерь, но от генерала Сергеев получил такой нагоняй, что, наверное, хватило на всю жизнь. Генерал даже грозился понизить в звании майора, но потом немного успокоился и даже позвал Николая пить вместе с ним чай.

Тогда-же, в апреле, ему в очередной раз предложили стать командиром полка, но он хотел остаться в своем батальоне. Однако в мае 1944 года шальной пулей на НП был тяжело ранен командир полка, его друг Дмитрий Степанович. Подполковника отвезли в медсанбат, а утром начался вражеский авианалёт. Пара фашистских самолётов старалась попасть в красный крест. Противовоздушная оборона полка, благодаря Николаю, была на высоте. Хорошо работали зенитчики, да и наши самолёты быстро подоспели. В ходе воздушного боя было сбито восемь немецких самолётов, остальные покидали бомбы куда попало и разлетелись. На позиции полка упала только одна бомба. Но именно она попала в ту палатку медсанбата, где лежал после успешно проведённой операции командир полка Панкратов. Вместе с ним погибли еще шесть командиров и доктор.

Начальник штаба сообщил комдиву о случившемся, а на следующий день пришёл приказ о назначении командиром полка Николая Кирилловича Сергеева. Комдив знал характер Николая, поэтому и назначил его командовать полком письменным приказом. Сергеев не любил ничего менять в своей жизни, а ещё он очень боялся распоряжаться чужими жизнями. Но слово «Приказ» для него был свято, он сразу приступил к командованию полком.

22 июня 1944 года началась наступательная операция по освобождению Белоруссии от фашистских захватчиков. Четвёртого июля полк Николая вошёл в Минск. Войска Красной Армии освободили столицу Белоруссии и продолжили гнать немцев с нашей Советской земли.

За освобождение Минска Николая Кирилловича наградили двумя звёздочками, одну на погоны, а другую на грудь. Его представили к высокому званию Героя Советского Союза. Когда бойцы полка подошли к окраинам города Минска, огонь противника был настолько плотным, немцы успели сделать бетонные дзоты, спрятавшись за толстенными бетонными стенами. Поэтому продвигаться пехоте дальше было невозможно, они залегли. Но и окапываться было невозможно, каждая минута уносила всё новые и новые солдатские жизни, ждать было больше нельзя. Тогда командир полка приказал всей артиллерии ударить по дзотам противника, координаты передали с передовой, а всех бронебойщиков приблизили к наступающим войскам для подавления огневых точек противника, через смотровые щели. Минут через пятнадцать, прикрывая пехоту приданными ему пятью самоходными артиллерийскими установками, он лично поднял своих бойцов в атаку и на плечах убегающего противника вошёл в город.

Его и ещё пятерых награждённых из их дивизии пригласили в Кремль для вручения медали Золотая Звезда и ордена Ленина. Комдив специально для них договорился о выделении транспортного самолёта.

Свой денежный аттестат Николай отправил родителям, чтобы они с детьми ни в чём не нуждались. Но ему ещё надо было помогать вдове Дмитрия Степановича. Всё, что он получал в дополнительном пайке, он оставлял для них (сгущёнку, тушёнку, шоколад). Каждый месяц Николай отправлял продукты с оказией в Москву к вдове, а тут ему самому выпало ехать.

Неплохо помогли своему командиру полковые разведчики, они добыли трофейные продукты для вдовы и дочери их погибшего командира. За месяц получилась внушительная посылка: кубинский ром, французский коньяк, немецкие консервы сосиски и колбаски, швейцарский шоколад и печенье. Вместе с вещмешком комполка это была существенная поддержка.

Как-то из рейда по тылам противника разведчики Николая принесли огромный чемодан полный женского барахла. Что там только не было и чулки, и всякие пояса, а также другие предметы женского белья. Были даже платья, и всякая другая нужная женская дребедень, даже коробка с французским парфюмом. Всё было новое в красивых упаковках.

Разведчикам также удалось захватить грузовую автомашину, перевозившую продукты для каких-то генералов. Там были одни только деликатесы и всякие копчёности: икра красная, паюсная и чёрная зернистая, копчёный угорь и консервированные ананасы. Часть продуктов отправили командиру дивизии, другую часть в полковой медсанбат, ну и немного отложили для семьи погибшего командира.

Перед вылетом в столицу на награждение, для жены погибшего комполка собрали вещей и продуктов три полных чемодана и два вещмешка. Пришлось ему с собой в столицу брать ординарца, для оказания помощи при таскании чемоданов. А тот был рад побывать в Москве хоть и проездом.

До Москвы добрались без приключений в шесть часов утра. Пока остальные командиры остались на аэродроме ждать автобус, Николай с ординарцем Костей поехали домой к Панкратовым на автобусе, а потом на метро. Те жили на улице Белинского, совсем недалеко от Кремля. Дверь им открыла хозяйка квартиры, вдова Дмитрия Степановича Татьяна. Она была молодой красивой женщиной, как потом выяснилось на восемь лет старше Николая. Её дочери было 13 лет, она в настоящее время находилась в пионерском лагере. Николай с ординарцем разгрузились и захотели сразу уйти, но Татьяна не захотела их сразу отпускать.

Новоиспечённый подполковник сказал, что в десять часов утра его ждут в Кремле, на него и четырёх его товарищей выписан единый пропуск. Если он не придёт вовремя, то и их не пустят. Женщина разрешила ему уйти, но взяла с него слово, что после награждения он обязательно вернётся. Ординарец записал её телефон и обещал позвонить, если, что-то случится.

Татьяна жила одна, родители её погибли 22 июня 1941 года. Они были в Киеве в гостях у младшего брата отца, гуляли на его свадьбе. Там в первый же день войны они попали под бомбёжку. Отец закрыл своим телом маму. Осколок от авиабомбы попал ему в спину и через сердце вонзился в супругу, чуть задев её. Она перевернула тело мужа на спину, и в это время осколок от второй бомбы пробил ей легкое. Нашли её только через два часа, привезли в больницу, там она и умерла от потери крови. Так Татьяна осиротела в первый день войны.

В Кремле Михаил Иванович Калинин вручил отличившимся командирам Красной Армии медали Героев Советского Союза и ордена Ленина. После вручения наград ребята разбежались по Москве, договорившись встретиться в восемь часов вечера на Васильевском спуске, где их будет ждать автобус, который довезёт их до аэродрома. Костю отправили с автобусом на аэродром, так как у него не было с собой никаких командировочных документов, кроме солдатской книжки.

Николай вернулся к хозяйке квартиры на улице Белинского - Татьяне. У неё в этот день был выходной, и она ждала его, накрыв на стол. Женщина испекла домашний пирог с капустой и нажарила тоненькими ломтиками картошечки, а также порезала селёдочки, покрошив сверху зелёным лучком. Так она показала свою независимость от продуктов, которые привезли для неё фронтовики.

Николай оценил её щепетильность и достал из вещмешка бутылку французского коньяка. Он сам вообще не пил, но за знакомство не грех было пропустить рюмочку. Татьяна тоже не употребляла алкоголь, поэтому после первой рюмки её почти сразу повело. Сначала она стала плакать, жалуясь на свою жизнь, потом громко рыдать. Она жаловалась на то, что считает себя дурой, так как она отшивает мужчин, которые за ней ухаживают, а ведь ей очень хочется мужской ласки и внимания, её скоро разорвёт от плотских желаний.

Николай встал и, обняв Татьяну за плечи надеясь успокоить, прижав женщину к себе. Он стал поглаживать её по спине, и она потихоньку успокоилась. Николай ощутил, что от близости женского тела он возбудился, Татьяна, судя по всему, чувствовала то же самое. Она хотела поцеловать парня в губы, но попала в подбородок.