Алексей Курилко – Долгая дорога в Ад (страница 13)
- А Сталина ты видел?
- В кинохронике.
- А что так?
- В смысле?
- В живую не видел?
- Нет.
- Чего?
- Не пришлось.
- А Чингисхана?
- Нет, не видел.
- Тоже тот ещё был зверь.
- Тоже?
- Ну вы ведь далеко не святой.
- Ты.
- Что – ты?
- Мы перешли на «ты».
- Ну да. Ты не святой.
- Не святой. А кто без греха?
- Ой, не начинай! Веришь ты в Бога или нет – значения не имеет. Есть какие-то общие нравственные ценности, но для тебя человеческая жизнь – пустой звук… Я тебя вижу насквозь… Ты для меня – раскрытая книга! И знаешь что? Неинтересная книженция. Да! Неинтересная, злая и гадкая книженция! Без картинок. Я не встречал человека более безра…безнравственного и циничного.
- Циником обычно обзывают того, кто ко всему относится здраво и честно. Слышишь меня? Честно.
- Честность – слабое оправдание совершённых преступлений!
- Ты полагаешь, я преступник?
- А кто? Пасхальный заяц?
- Мне казалось, мы стали друзьями…
- Твои друзья, любезный, в овраге лошадь доедают. Ты зверь! Зверюга! У тебя и взгляд голодного мерзкого хищника. Таких как ты и отстреливать не жалко. А то неровен час – набросишься.
- Коньяк сделал тебя агрессивным.
- Чего?
- Ничего.
- Ий! Дурацкая икота.
- В разное время разные вещи считались преступными. Подчас совершенно…как сказать?.. Противоположные…
- Убийство невинных людей - всегда преступление.
- Невинность – понятие относительное.
- Очень даже конкретное… в конкретной ситуации.
- А как тебе такое:
«Преступник тот, кто преступил черту.
Не как другие поступивший в чём-то.
И большинство людей черту ту чтут.
Лишь единицы посылают к чёрту.
К чертям собачьим, чёрт меня дери!
Чужое чуждо мне нравоученье.
Не зря Господь сознаньем одарил –
Мне самому давать оценку и значенье».
Что скажешь?
- Это что?
- Это стихи. Те самые, что лишь на меня произвели впечатление в момент своего рождения. Мои стихи.
- Корявые стишата.
- Может быть. Но мысль точная.
- От скромности ты не умрёшь.
- Звучит как тост.
- Я не стану с тобой пить!
- Почему?
- Не хочу. Ясно? Я выпью сам. Вот так!
- Ладно. Тогда я тоже выпью сам.
- Да пожалуйста. Сколько угодно.
- Стало быть, ты меня не уважаешь?
- А кто ты, собственно, такой, чтобы тебя уважать? Кто? Учитель младших классов? Или, может, врач-реаниматолог? Что хорошего ты сделал в жизни? Я не говорю, что нужно обязательно быть выдающейся личностью, дабы снискать уважение, нет. Вот, скажем…Моя мать, к примеру. Тридцать четыре года она проработала на ткацкой фабрике простой рабочей… Тридцать четыре года – ни одного прогула, ни одного опоздания… Многие скажут – гордиться нечем. А я уважаю… Я бы не смог…
- Ты засыпаешь, дружище…
- …Да, уважаю… Она, конечно, не Герой Социалистического Труда… У неё не было никаких особых достижений… Хороший человек – и только…
- Как насчёт того, чтобы вздремнуть?
- Работа и моё будущее – вот и всё, что её волновало… Она… она…
- Я приду утром. Отдыхай.
- …Она мечтала видеть меня юристом… Хотела гордиться мной… Больше гордиться было нечем… Что уж тут… Жизнь… А я… В жизни…
- Спи.