Алексей Курбак – Следы на камнях (страница 9)
– Нормально… – кивнула супруга, – Нормально, говоришь… А ты послушай, как она поет, да с приплясом… вылитая эта, с монистами… помнишь, у нас от моей бабушки патефонные пластинки остались?
– Патефонные? Нет.
– Помнишь, помнишь, они на даче, на чердаке… мы их, правда, не слушали никогда, они на семьдесят восемь оборотов…
– Разве ты их не выбросила?
– Как я могу? Это же память!
– Так что – пластинки на семьдесят восемь?
– Там на одной певица такая, Ляля Черная…
С тех пор следователь, садясь за руль, помимо воли улавливал в привычном звуке мотора визгливые цыганские нотки. «Ляля», блин! Вспомнила детство… Но почему – «Черная»? Машина-то у нас белая!
Да, сказал родственник последней пропавшей, видел я вашу машину, да… сочувствую. Спору нет, вам, при вашей профессии, наверное, по-другому и не полагается, но дача-то у вас есть? А на дачу следует ездить на джипе.
– Такого зверя, как у одного нашего обиралы, из налоговой, – видя вопросительно поднятые брови собеседника, бизнесмен пояснил, – Ну, здоровый такой, вроде меня… короче, «Мерина» не обещаю, да и вам светиться ни к чему… а вот хорошего скандинава или азиата подгоним, ручаюсь.
– А откуда вы знаете, какая у него машина? – подозрительно прищурился Брага, – И какой это такой обирала?
– Кто ж Гурмана не знает?! То есть Гурова, конечно… Кстати, это не он там случайно, в вашей описи? То-то, я вижу… верней, наоборот – не видать его, не слыхать…
«Ну и глазастый, подлец!» – изумился сыщик, – «Секунды три смотрел всего, вверх ногами, а главное просек… Ишь, «кто не знает…» кому от налогов прятаться не надо, тот и не знает… вот я, например».
– А вы не удивляйтесь, – посетитель, оказывается, умел читать мысли, – У меня это профессиональное – раз гляну, и документ как на фото перед глазами. А Гуров этот…
– Давайте о нем не будем. Ваша озабоченность судьбой… в общем, не будем отчаиваться, поиски ведутся, будут приложены…
– Все силы и возможности, мощности и ресурсы… Мне, вообще-то, на работу пора, – Александр поерзал на стуле, но вставать не спешил, – Визитку я вам оставлю, появятся новости – звоните. Ну, и я вам, с вашего позволения, идет? Держите в курсе, и все.
– Но…
– Тихон Савельевич, не волнуйтесь. Кроме моего, – Лобов с нажимом выделил это слово, – Моего дела, меня больше ничего не интересует – ни Гуровы, ни Чуровы… Служебных тайн мне не надо, а вот про тещу знать хочу. А теперь обещанная фактура.
– Весь внимание, – ну-тес, чем собрался удивить проныра-толстосум? – Еще минут пять у меня есть.
– Видите ли… машинку, на которой раскатывала наша Света-старшая, я знаю как свою – сам дарил. Я ее покупал, проверял, чтоб там все путем… короче, знаю. Тесновата, не мой вкус, но приличная вполне. А тут – пропала, вместе с хозяйкой. Так я ее нашел.
Второй раз за полчаса в кабинете состоялась немая сцена.
Глава третья
Судя по выражению лица, он был чем-то серьезно озабочен или встревожен. Мужчина в потертой кожаной куртке, на вид около сорока лет, ростом выше среднего, имел резко выраженные залысины и близко посаженные водянистые глаза. Загрузив в багажник объемистую сумку и два пятилитровых пластиковых ведерка краски, он уже сел за руль и собирался захлопнуть дверцу, когда процесс был прерван ботинком, вставленным в проем.
Люди в форме о чем-то спросили водителя, получили утвердительный ответ, после чего предложили выйти из машины. Возражать и тем более оказывать сопротивление в подобных случаях бессмысленно, поэтому он подчинился, а спустя пять секунд на немного лошадином лице появилась уже не тревога, а откровенный испуг. Еще бы – не каждый день на тебя надевают наручники и заталкивают на заднее сиденье полицейского джипа между двух мордоворотов…
– Неплохая погода сегодня. Сухо, не жарко… как раз годится, чтобы немножко подкрасить яхту, правда?
Невинный на первый взгляд вопрос прозвучал из уст улыбающегося человека в гражданской одежде, сидящего рядом с водителем «УАЗа-Патриот».
– Какую яхту?.. Подкрасить? – задержанный попытался принять независимый вид, но со скованными за спиной руками это не так-то просто, – Зачем?
– А вот ты нам сейчас и расскажешь, какую… А зачем – понятно. Название же поменял, теперь надо регистрировать на себя, а там красочка свежая… вопросики возникнут… Всю хорошенько промажешь – никто и не догадается, что твоя – как там ее?.. «Земфира»?.. совсем недавно и не твоя была, и звалась «Анжеликой»… нет, какая там Анжелика… «Адель», так?
– Ну и что? – ему все же удалось выпрямиться, в глазах появился упрямый блеск, – Какая разница, как раньше называлась? Моя, и все! Документы есть… хотите, покажу!
– Ну да, ну да… название и вправду ни при чем. И даже твоя липовая дарственная нам, в принципе, до фени. Мы, видишь ли, не лодками занимаемся, не машинами и не домами с квартирами. А про убийство придется рассказать.
– Убийство?! Какое, на хрен, убийство? Он же сам… – и сжатый крепкими патрульными боками человек с лязгом захлопнул рот, – Его же никто…
– А теперь давайте-ка поподробнее… начнем по порядку: фамилия, имя, отчество…
К середине разговора, вернее уже допроса, продолжившегося в служебном кабинете до позднего вечера того же погожего, подходящего для лако-красочных работ денька, спеси у мужчины в кожанке поубавилось, плечи поникли, взор погас, а вытянувшееся лицо приобрело сходство уже не с лошадью, а скорее с верблюдом.
– Итак, – подвел следователь предварительный итог, – Вам будет предъявлено обвинение в преднамеренном убийстве вашего родственника по линии жены, а именно – зятя. Понятно?
– Понятно… – прозвучало в ответ, – Но я все равно его не убивал, и говорю вам чистую правду… Вот ей-богу, блин… простите, честное слово!
Божиться и отпираться можно сколько угодно, но лучше сразу признаться, этим и свою душу облегчишь, и следствию поможешь – так несколько часов кряду раз за разом повторялось задержанному, упорно отстаивавшему свою явно проигрышную позицию.
…Родственника, говорите?.. С этим, мягко выражаясь… педофилом… я знаком давно. Как познакомились? Да он ведь на моей сеструхе женился, вот тогда и познакомились… век бы его не знать… а поначалу – сносный паренек показался, жирноватый только, но так – ничего особенного. Варюха-то мне сначала ни шиша не говорила, даже когда родила, только вскорости бухать начала. Ну, не назавтра, ясен пень, а уже когда их девчонка в садик пошла… я не преувеличиваю, правда, бабы сейчас многие выпивают, но, я бы сказал, в меру, что ли… винца там, вискаря с колой… а она – водяру. Возьмет пузырь, и сама, понимаешь?.. то есть, понимаете?.. И так, получается, седьмой год.
В натуре, мне за сестру как бы тревожно, вот я и стал выпытывать, с чего это она? Ага… как-то сам ей налил от души, она и выдала: а ты, мол, не догадываешься? А я – ни сном, ни духом… спрашиваю: неужто этот твой дохляк ручонки свои поганые распускает?! Да ну – говорит, какое там… он меня вообще не трогает… понял?.. не только руками, а и остальными конечностями… совсем. Тогда я ей: гы-гы, и хером, стало быть, тоже?.. а детку откуда взяли? А она: а вот так и взяли, она, дочурка, ты не сомневайся, точно наша – хоть гены проверяй и все такое, только сделана как царь-пушка. Я не въехал, о чем она, а Варька ржет: уникальный экземпляр, с первого и единственного раза!
Я ей: так уж с одного? Не одного, говорит, так с двух, трех… не десять – голову даю. На свадьбе я такая счастливая была, он же тогда и ласковый, и все такое… и поспали… ну, ты понял… все как надо. А потом – как отрезало. Я думала – может, сглазили его или заболел… мало ли, трипак подхватил, поэтому на меня не лезет, а после уже и мне нельзя было, я Аденькой трудно ходила, сохранялась два раза… Год прошел, а он – как чужой… еще хуже – чужие, те наоборот, к своим кое-как, а на сторону аж пищат…
Я говорю: а давай его к сексопатологу? Сестра – так там же вдвоем надо, я готова, а он – ни фига. До меня, говорит, и без патологов скоро дошло… ты ж помнишь, я за него какая шла – целка целкой, ни сиськи, ни письки, жопа с кулачок… а поносила, покормила, стала баба как баба, при всем положенном… А ему, получается, такая не в кайф… ему, извращенцу, пигалицу подавай… К таким, скорее всего, и ходит, скот. Я говорю: точно знаешь?.. а где он их берет?.. Есть же частные детективы, наймем кого, вычислим… на развод подашь, капусты с него срубим?
Где берет, говорит?.. Ты, братишка, говорит, как вчера родился… у него ж своя фирма компьютерная, ему давалку-малолетку найти – раз плюнуть! Короче, говорит, живу типа соломенной вдовой при живом муже… Если б у него там непорядок был какой – так нет же, все как у всех, даже встает, я-то вижу. А мне, выходит – в монастырь? Слава богу, мир не без добрых людей, только намекни – отымеют по полной программе… так и живем, брат.
Я тогда прикинул: ну-ну, таких добрых через тебя, по самому скромному счету, минимум человек сорок уже крутанулось… и начал к нему приглядываться – неужто гомик?.. не, ни фига не обнаружилось… тогда и стало мне ясно – с головой там явно непорядок. А так, в целом – мужик как мужик, при делах, фирма у него классная, бабок немерено… и не жмот в этом смысле – пару раз только намекну – на, говорит, потом как-нибудь отдашь… я бы отдал, правда, да он и не просит… то есть не просил… а тогда и говорит: вот тебе, братан, типа, презент, а ты за это мне поможешь.