Алексей Кукушкин – Курсант-адмирал (страница 33)
За фуршетом к Эбергарду подошел старший флагманский артиллерист Смирнов, и это ни у кого не вызывало подозрений. Но разговаривали уже Бурлаков с Козловым:
– Ну как тебе курсант в шкуре адмирала?
– Не очень, – ответил Николай, – вроде все уважают, честь отдают, приказы стараются выполнить, а на самом деле всё через пень-колоду117.
– Но что ты прочувствовал, когда за «Кенигом» шел со своими пятью кораблями? Было ощущение, что потопишь его? – поинтересовался Козлов.
– Я не шел за ним, а тащился, это, во-первых, а во-вторых, сердце кровью обливалось, когда то один броненосец отстал, а значит получил критические повреждения, то второй на циркуляцию, то у третьего башня главного калибра из строя вышла путем детонации. Жуть! Не надо мне такого счастья. Это какая на адмирале ответственность, не просто за отдельный корабль, а за все и еще за порученное дело!
– Ну вот теперь ты готов и понял, в какую шкуру попал, – Козлов чокнулся с Эбергардом шампанским, – не зря я с тобой все эти испытания прошел, ты мальчик из подростка-переростка благодаря пережитым испытаниям стал на молодого мужчину похож.
– Только Николай Николаевич одна мысль меня гнетет, – Бурлаков отпил шампанское из хрустального бокала, оглядел дам, уже присоединившихся к своим мужьям на флотском приеме, и произнес, – неужели мы этого пирата «Кенига» не проучим?
– Здесь на Черном море, в этой реальности нет, да и выходить нам надо, уже тело пощипывает раствор, а значит гель на наших телах уже белыми волосами отслоился и своих функций почти не выполняет, но наказать конечно надо.
– Придумай что ни будь Николай Николаевич, ну пожалуйста, – попросил курсант.
– Хорошо. Помни мою доброту. Сушон сейчас получит приказ о перебазировании, а нам еще представиться возможность пострелять, но не долго. Тут уж все будет зависеть от нас с тобой.
Свет перед Бурлаковым померк и опять они с Козловым очутились в виртуальной пресс-конференции, а информер выдал новую сказку:
«Пришел срочный приказ из штаба Кайзерлихмарине, для адмирала Сушона. Он гласил: «Ваши боевые товарищи нуждаются в помощи. Эскадра адмирала Шпее. Броненосные крейсера "Шарнхорст" и "Гнейзенау" отправив на дно эскадру адмирала Крэдока идут домой. Прошу организовать им встречу, так как вероятно на перехват им Британия выслала свои линейные крейсера, они и быстроходны, и отлично вооружены. Вы будете нашим тузом в рукаве. Заканчивайте ремонт, вас ждет южная Атлантика.
Приказ есть приказ, и адмирал Сушон задумался: «На дворе 7 ноября, и недавно у Кайзерлихмарине были две славные победы при мысе Сарыч, и Корнуолле. Моральный дух команд на подъеме, надеюсь успехи скажутся и на действиях сухопутных войск. Решено, отдаю приказ плотникам сделать деревянную модель «Кенига» в масштабе 1:1 и поставлю её в док, а самим скрытно ночью с тремя угольщиками и «Эмденом» прикажу покинуть гостеприимную Порту, взяв курс на Гибралтар, а затем направлюсь в Эфиопский океан118».
Прошел месяц. «Особенностей этого месячного перехода раскрывать не хочу, скажу одно, Бог хранил нас, – вновь возвращаемся мы к мыслям адмирала Сушона, – удача, 6 декабря я вижу Порт-Стенли, а туда пытаются войти краса и гордость Королевского военно-морского флота, линейные крейсера «Инвинсибл» и «Инфлексибл».
Линейный крейсер «Инвинсибл». Водоизмещение нормальное 17 526 тонн, в перегруз 21 060 тонн. Длина 172,8 х 24 х 8,0 метра. Бронирование Пояс: 4-дм и 6-дм; траверзы: 6-дм и 7-дм; башни: 7-дм; барбеты: 2-дм и 7-дм; боевая рубка: от 6-дм до 10-дм; палуба: от 3/4-дм до 2 1/2-дм. Двигатели 4 ПТ Parsons, 41 000 л. с. (30,2 МВт), 4 винта. Скорость хода 25,5 узлов (47,2 км/ч). Дальность плавания 3090 морских миль на 10 узлах. Экипаж 784 человека. Вооружение: 4 × 2 – 12-дм/45 Mark X, 16 × 1—4-дм/40 Mk. III Минно-торпедное вооружение 5 × 1 457-мм торпедных аппарата
Дистанция около между противниками 140 кабельтов, адмирал Сушон отдал приказ идти на сближение. Противник был тоже настроен решительно, у них был вероятно четкий приказ не допустить прорыва тяжелых германских кораблей в Германию, что они и собирались сделать, даже ценой собственной гибели.
– Мы то зачем здесь? – Бурлаков спросил у Козлова в переговорке.
– Я подстроил, чтобы этого «героя» погнали к Фроклендам, а мы здесь из отличных британских орудий по нему постреляем.
– Николай Николаевич напомните характеристики британских орудий.
– Это, ты мне должен рассказывать, но вижу не знаешь салага, так что слушай: Вес снаряда 385,6-кг, начальная скорость 823 м/с, максимальная дальность стрельбы, 13 716 метров, при угле возвышения в 15° и 17 370 метров при угле возвышения в 13,5°, усиленным зарядом.
– Усиленный заряд вреден для стволов орудий, – Бурлаков задумался, а сила энергии в мегаджоулях какова?
– Где-то 130 мегаджоулей, так что показатель весьма хорош.
– У «Кенига» сколько?
– У него масса снаряда 405-кг, а начальная скорость 855 м/с.
– Таким образом, – подхватил Бурлаков, – у него больше, а именно 148 мегаджоулей. Теперь то я понимаю, почему «Кениг» вышибал броненосцы Черноморского флота как кегли в боулинге.
– Не дрейфь салага, – Козлов подбодрил курсанта, – ты же помнишь, что моряк может дрейфовать, но никогда не дрейфить. Дослушивай сказку и на палубу «Инвинсибла» (Непобедимого), а я тебе с «Инфлексибла» (Непреклонного) помогу.
Капитан-адмирал Сушон, внимательно вглядывался в бинокль. По всем прикидкам, он успел как раз вовремя. Тяжелый переход и отсутствие какой-либо информации, камнем висели на его душе. В памяти всплыло все. Сломавшийся невовремя красавец "Гебен", но как говорится, все что не сделается все к лучшему. И отданный в его руки наспех достроенный и укомплектованный "Кениг". И как за время скорого перехода он – Вильгельм Сушон смог спаять экипаж не только своей железной волей, но и осознанием важности их цели и миссии для будущего всей Германской империи. Успешно проведенный им бой у мыса Сарыч, когда "Кениг" противостоял всему Черноморскому флоту Российской империи, который последняя укрепляла все 20 лет, а особенно после Цусимы. И даже русские разработали такой тип стрельбы, чтобы компенсировать своё отставание, который взял на вооружение английский флот. Причем, во время последнего боя потери были на «Кениге» минимальны, а из четырех броненосцев Черноморского флота, два сделаны полными инвалидами снарядами "Кенига". Они проникли в самое нутро корабля к котлам и машинам и только там разорвались. Затем германскому дредноуту предстоял спешный ремонт в Стамбуле, и построенный буквально за три дня макет из дерева и досок 1:1 линкора, затем спешный переход через Средиземное море, потом Гибралтар, пара дозаправок углем и нефтью, организованное морским штабом, и вот мощнейший линкор Германии готов выручить из ловушки своих боевых товарищей броненосные крейсера "Шарнхорст" и "Гнейзенау".
«Сражение при Коронеле». Художник Ганс Бордт
Чувство предвидения у Альфреда фон Тирпица119 было очень развито, и вылилось в приказ, который и предписывал "Кенигу" двигаться, несмотря на риск к Фолклендским островам. Так как Германии нужны живые, а не мертвые герои. Бой у мыса Коронель120, в которой наши броненосные крейсера утопили два британских крейсера: "Гуд Хоуп" и "Монмут", так как те были построены, как защитники торговли, не предназначенные для эскадренного боя. Их экипажи составляли новобранцы, орудия 6-дюймового калибра, были близко расположены к воде, а сражение протекало при значительном волнении океана. Приборы управления огнем и наводчики, не видели германцев на фоне темного моря и неба, хотя сами британцы были отлично освещены на закате, совокупность всех этих факторов и сказалась на результате боя, когда на германской эскадре два человека ранены, а Британия.
– Хватит, все и так понятно, – Бурлаков сказал Козлову, давай начинать. И он в тот же миг ощутил палубу «Непобедимого» под ногами и содрогнувшийся корпус крейсера от залпа четырех башен главного калибра. И обращение к нему старшего офицера крейсера, как к капитану:
– Сэр. Мы ожидали увидеть в этих водах два германских броненосных крейсера с 21-см орудиями главного калибра, а боши пригнали сюда свой самый новейший линкор, здорово уже потрепавший русских на Черном море. Что будем делать? Сражаться или отходить?
– Если Вы ещё заикнетесь о сдаче, то я прикажу Вас повесить, – ответил Бурлаков, – полный вперед, и атакуем!
Бой начался с дистанции 80 кабельтов в 8.12 утра. Британские крейсера пристрелялись с пятого залпа, за три минуты, а "Кениг" с девятого, так как противников мало было, что два, так они еще и маневрировали раздельно, за пять, и две минуты британские крейсера стреляли по жирному германцу как на учениях.
Во временной промежуток с 8 часов 15 минут до 17 минут "Кениг", как уже было сказано выше – пристреливался, а «Непобедимый» и «Несгибаемый» выпустили 48 снарядов главного калибра весом в 385,6-кг и добились 3% процентов попаданий, дистанция была еще далека. Первый снаряд попал позади кормовых рулей и взорвался детонирующим подводным взрывом, вызвав гидроудар, слегка приподняв корму, но не причинивший особых проблем, а второе попадание было снайперским, аккурат в носовую башню главного калибра. Германцам повезло, что британцы стреляли на дальней дистанции фугасами, но 30-см броня стойко выдержала удар. Контуженные артиллеристы выползали с кровотечением из ушей, но на работоспособность башни это не повлияло, и расчет был немедленно заменен, как и всё хрупкое, что разбилось.