Алексей Кукушкин – Курсант-адмирал (страница 29)
Без 10 минут три, Озеров высунувшись из рубки на небольшое мгновение, увидел, как огонь крейсера "Ивате" особенно из орудий главного калибра замедлился. Но самое главное, что его поразило, что "Император Александр III" вывалился из строя, и взял вправо, но быстро справившись с повреждениями пристроился к нам в корму. Под сосредоточенным огнем японских броненосцев, он продержался не более десяти минут! Это событие так поразило его, что ни донесения Витгефта, о затоплениях, в носу, ни Ивкова о повреждениях корме броненосца, не произвели на Мануила Васильевича сильного впечатления. «Вся Россия в целом, а Вторя тихоокеанская эскадра в частности, вступила в бой с гидрой, которая сейчас изрыгает свое пламя, через жерла японских броненосцев. Словно в хорошо знакомой сцене, где Георгий Победоносец убивает гидру копьем, то здесь она извернулась и ударила огнем Георгия, а коня уже сожрала, стреножив героя. Он мог либо победить, либо умереть. Причем эта гидра в мирное время тихо покоилась, как в головах банкиров и политиков стран Запада, так и в банковских хранилищах, а также в промышленном капитале. Затем ей захотелось явиться на свет, и лучшие судостроительные верфи мира клепали корпуса и броню, вставляли стальные сердца и легкие, устанавливали зубья орудий, и комплектовали всем необходимым, и напоследок залили шестьсот японских людей эритроцитов чтобы все работало, и офицеров, для осуществления руководства, и вот эта сила во всей красе, словно змей-Горыныч из русских сказок сражается с героем», – все это ощутил Мануил Васильевич в краткий миг озарения, сквозь разрывы, крики и стоны.
«Какого черта Бухвостов не маневрировал?» – возникла у него в голове другая мысль, – «Понятно, что гвардейский экипаж, но не телок же, которого ведут на убой. Почему не применил противоартиллерийский маневр? Не прибавил скорость? Думал не успеем? Вот и поплатился».
В 14 часов 52 минуты, словно услышав мысли командира, словно живое существо, "Сисой Великий" выпустил в "Ивате" четыре копья-снаряда, пытаясь убить гидру, или хотя-бы ранить. Одно копье достигло цели, нырнув в воду, недалеко от борта, и врезавшись в небронированный борт взорвавшись в нижней динамо-машине, вызвав течь. 6-дюймовый снаряд попал в броневую рубку, и пара осколков проникла в саму рубку, и штурман с дальномерщиком поплатились своими головами. С капитаном крейсера Кавасимой, ничего страшного не случилось, потому что он, подражая Хэйхатиро Того стоял на штурманской рубке открыто.
В 14 часов 54 минуты Петр Осипович Серебрянников102 удостоился чести вести эскадру, стоя в рубке броненосца "Бородино" в эти минуты боя, он понял, что если чего не предпринять, то уже через десять минут разделит судьбу "Императора Александра 3", и поэтому у него в голове созрел план. Но перед этим пронеслись словно в гонке события предстоящих минут: «В 14.12 получено первое попадание японским «чемоданом», в 14.18 из-за задымления "Князя Суворова", японцы перенесли на нас огонь своих броненосцев, 14.30 мы сбились в кучу с "Орлом" и "Ослябей", который сейчас тонет где-то позади. А в 14.38 подобралась эта прости Господи подлая авизо "Тихая" и с дистанции 13,5 кабельтов выпустила две торпеды, и с какой радостью наши комендоры выпустили в нее и 6-дюймовые и тьму 3-дюймовых снарядов, после чего это корыто показав винты пошло на блядки к Нептуну, несерьезно подкрадываться к большим дядькам сзади со своим маленьким ножичком. И капитан 2го ранга Огути отправился к праотцам».
Авизо «Тихая». Водоизмещение 1464 тонн, 87,7 х 9,6 х 2,76 метра. 2 вертикальные машины тройного расширения, 4 котла, 6000 л. с. (4,4 МВт), 21 узел. Экипаж 125 человек. Артиллерия 2 × 120-мм/40, 4 × 76-мм/40, 4 × 457-мм торпедных аппарата
Маневр, созревший в голове этого правильного и смелого человека, был красив и прост. Повернуть на Норд, и обрезать корму всему объединенному флоту, тем самым поставив его под фланкирующий огонь, и увеличив количество попаданий в пять раз. Петр Осипович мужественно повел сражающуюся эскадру курсом на север. Он, уверенный в себе, и наполненный чувством суровой решимости выполнить свой долг, не только перед императором Николаем II: «Какие-то недоумки именуют его царем, хотя всем со школы известно, что они были только до Петра Великого», так и перед собственным, горячо любимым им русским народом.
Броненосец "Сисой Великий" в этот момент пристреливался по "Адзуме", кормовом в отряде японских броненосных крейсеров, но пока напрасно.
В 14 часов 56 минут. Ох как медленно тянется время. Старший артиллерийский офицер "Сисоя Великого" Малечкин/Бурлаков, стоя в броневой рубке и определяя дальность до "Адзумы" – самого изящного броненосного крейсера японской эскадры, французской постройки. Так как, корабли месье103 строят с особой изящностью, то земляки Наполеона, и тут извратились и разместили третью дымовую трубу несколько отдельно, чем две первые, тем самым существенно оказав помощь своим союзникам, пусть да-же и бумажным, как показал переход второй тихоокеанской эскадры, сместив третью дымовую трубу несколько назад, не только позволяя однозначно определить тип крейсера, но и узнать куда он движется.
IJN Azuma в Портсмуте. Водоизмещение 9 953 тонн, 137,9 х 20,94 х 7,21 метра. Крупповская броня. Главный пояс: 3 1/2-дм до 7-дм, верхний пояс 5-дм, палуба: 2 1/2-дм, траверзы: 6-дм, барбеты: 4-дм и 6-дм, башни: 6-дм, казематы: 2-дм и 6-дм. Боевая рубка: от 3 до 14-дм. 2 вертикальные паровые машины тройного расширения, 24 котла. Мощность 16 960 л.с. Движитель 2 винта. Скорость хода по паспорту 20 узлов, но вскоре стала не более 16! Дальность плавания 3 900 миль на 10,5 узлах, 1275 тонн угля. Экипаж 650 человек. Вооружение: 2 × 2 – 8-дм/45-кал, 12 × 1 – 6-дм/40-кал, 12 ×1 – 12-фн, 12 × 1 – 47-мм, 5 × 457-мм ТА
Залп броненосца, осыпаемого 8-дюймовыми и 6-дюймовыми снарядами по "Адзуме" пришлась кучно, и русский бронебойный попав под бронепояс и пройдя коффердам, проник в котельное отделение, как всадник апокалипсиса104 и там взорвался, еще более снижая и так уменьшающуюся в два раза на циркуляции скорость. 6-дюймовые разорвались позади боевой рубки, разорвав на части как выбегающего из нее вестового, так и дублера. Дальность артиллерийского огня, и цифры ненадолго застыли на отметке в 4600 ярдов. Второй 6-дюймовый срубил кран-балку, примерно на 1/3 длинны, и теперь мощный рей раскачивался на тросах, и стучал по палубе и надстройкам словно набат, предвещая беду.
Контр-адмирал Симамура, отвечая на смелый маневр русской эскадры, понял предварительный приказ, об одновременном повороте всех броненосных крейсеров. Данный маневр неоднократно отрабатывался, на многочисленных маневрах флота.
В нашего героя – эскадренный броненосец "Сисой Великий", за предыдущие моменты боя попало немало снарядов, но в этот миг, в носовую башню попал фугас, и по всем предвоенным расчетам, ничего страшного не произошло бы, но вмешался его Величество случай. Супермощная японская взрывчатка, сила взрыва которой оставила на броне огромную вмятину, и от удара, вылетел один из болтов цепи Галя105, которая обеспечивала вращение носовой башни. Менять ее пришел, через некоторое время кондуктор Калашников, а мичман Всеволожский – выходя из башни, сказал ему: "Пойду погляжу, что в 6-дюймовой батарее делается, глядишь на что-то сгожусь", – и вышел из башни.
Без двух минут три Петр Иосифович Серебрянников, стоя в броневой рубке эскадренного броненосца "Бородино" смотрел в бинокль на японскую эскадру. Все те же грозные четыре японских броненосца – наши главные противники, осыпающие нас «чемоданами» с жидкой взрывчаткой. Позади всего четыре броненосных крейсера. «Знать здорово их второй и третий броненосные отряды пощипали, что отстали самураи», – промелькнула у него мысль, а на обветренных губах образовалась улыбка и появился лучик надежды в благоприятном исходе сегодняшнего боя. Но расслабляться пока рано. В данный момент невольному флотоводцу целой пока еще эскадры без трех выбывших броненосцев, опять хотят поставить галочку, как час назад Рожественскому. Но Серебрянников из нижегородских, и поэтому всегда отмечался смекалкой и задиристостью, и Петр подумал: "Вы узкоглазые, хоть и отменно стреляете, под управлением английских инструкторов, а может вы только бескозырками машете и уголь в топки кидаете, а стреляют они? Но эскадры водите, так гардемарины у нас смышленее», и скомандовал в румпельное отделение: «Правый поворот».
Эскадры стали расходиться противоположными курсами, под взаимную канонаду.
Вице-адмирал Камимура Хиконодзё, находясь на броненосном крейсере "Идзумо", у которого оказалась сломана рулевая машина, и затоплено румпельное отделение, а также оказались взорванные волей рока, два каземата 6-дюймовых орудий, собирал поврежденные в первой фазе боя корабли.
Попадание в крейсер Ивате 8-дюймового снаряда
Ими оказались: броненосный крейсер "Ниссин" итальянской постройки, и броненосный крейсер "Асама" английской.
«Видимо русским снарядам было все равно, какие борта дырявить. Но и дырявили они очень умело, и в нужных местах, лишь новейшая жидкая взрывчатка, в 12-дюймовых и 8-дюймовых снарядах, коих осталось мало, а не пресловутая шимоза, которая под другими названиями применялась и во французском, и в английском флоте, а так же две подлодки Холланда, оказавшиеся как раз на пути русской эскадры, и так кстати пустившие на дно броненосец "Ослябя". Да кораблики малы, да и торпед на борту всего две, и дальность плавания всего 250 миль, из них в подводном положении всего двадцать пять, но для Цусимского пролива самый раз, а что, на испытаниях числятся, так это пусть русские гайдзины так думают, им обманные слова голову туманят, где проходить практику, как не там, куда идет эскадра противника, одним своим существованием во Владивостоке, кстати то же обладающим четырьмя подлодками, поставит крест на всем снабжении армии микадо на континенте», – рассуждал, благо появилось время вице-адмирал Камимура Хиконодзё.