Алексей Кукушкин – Двуединая монархия. В Великой войне 14 года (страница 8)
Таких насмешек флот союзников, превосходивший австрийский по всем статьям стерпеть, не мог, и в море вышла как британская эскадра из Гибралтара в составе трех линейных крейсеров типа «Инвинсибл», пяти супердредноутов типа «Орион» с 343-мм орудиями главного калибра чей бронебойный снаряд весом 635-кг, выстреливался из дула с начальной скоростью 824 м/с и обладал энергией в 215 мегаджоулей, против 450-кг снарядов, 800 м/с и 144 мегаджоулями австро-венгерских кораблей, два дредноута «Съюперб» и непосредственно сам «Дредноут», родоначальник серии, а также четыре эскадренных броненосца, броненосный крейсер «Шеннон», восемь бронепалубных крейсеров и три десятка эсминцев, под руководством адмирала Перси Скотта.
Дредноут «Париж» (25500 тонн, 166×28×9 метров, броня борта до 10,6-дюйма, 24 котла, 4 турбины, 28000 л/с, 21 узел, 1115 чел, 6×2 305/45 и 22 14-см орудия)
В принципе такой армады было достаточно, чтобы загнать австро-венгерский флот в свои базы, но в море еще вышли и французы, чтобы смыть позор, нанесенный им кораблями Франца Иосифа, и выкатили свой сверхдредноут «Париж», дредноуты «Курбе» и «Жан Бар», а также видимо всерьез опасаясь австрийцев и не надеясь на помощь англичан, которые в файф о клок вообще не воюют, послали в сопровождение шестнадцать эскадренных броненосцев, и четыре просто броненосца, видимо для числа, а также семь броненосных крейсеров под руководством адмирала Огюстена Буэ де Лапейрера, добившегося увеличения финансирования французского флота с 333 миллиона франков в 1909 году, до 567 миллионов франков в 1914 году, которые предлагалось потратить на строительство восьми линейных крейсеров, а также множества других кораблей флота, а также президент ожидал от адмирала решительных действий.
7 августа, пятница. Главнокомандующий армией двуединой монархии Фридрих Австрийский герцог Тешенский, который лично обещал Францу Иосифу захватить Сербию с Черногорией при поддержке болгарских войск пребывая в своей ставке в Сараево, узнал, о занятии соединениями 4-й и 6-й германских императорских армий Люксембурга, и дальнейшей его аннексии. Он подготовил для двух немецким генералам командующим 6-й и 4-й армиями соответственно: кронпринцу Баварии Рупрехту Мария Луитпольду Фердинанду Виттельсбаху и герцогу Альбрехту Мария Александру Филиппу Иосифу Вюртембергскому, поздравительных телеграмм.
Кронпринц Баварии Рупрехт и герцог Альбрехт из Вюртемберга, причем последний был внуком Герцога Александра Фридриха Карла Вюртембе́ргского, брата жены Павла 1-го, австрийского и российского генерала от кавалерии, министра путей сообщения и строителя Северодвинского канала, соединившего реку Шексну и Кубенское озеро, открывшего для Петербурга Вологду и Архангельск.
У его самого в подчинении находились тридцать соединений австро-венгерской армии и он помимо уже увенчавшегося успехом удара на Цетинье, подготовил удар в направлении Белграда, силами 4-й и 5-й армий, всего до дюжины дивизий, против трех сербских окопавшихся в городе и пригородах и испытывающих недостаток во всем, особенно в боеприпасах. Здорово помогали десять болгарских дивизий, занявших уже Бор, заставивших отступать сербов из-под Куманово и ведущих бои за Ниш и Пирот. Одну дивизию, а именно 100-ю Книнскую пехотную численностью в 16000 штыков, 62 орудия и 6780 лошадей отправили морем в Иерусалим.
8 августа, суббота. Начальник генерального штаба двуединой монархии Франц Конрад фон Хётцендорф был разбужен дежурным офицером, доложившим, что русские, не удовлетворившись результатами наступления на Тарнополь, а у нас там те же четыре кавалерийские дивизии. Но Конрад позвонил генералу армии фон Дента и попросил держаться до подхода подкреплений, после чего будет возможность отдохнуть в тылу. Конрад поглядел на фотографии вступления германцев в Варшаву и остался доволен, как внешним видом солдат союзников, так и тем, как встречает местное население освободителей.
Немецкая кавалерия входит в Варшаву.
Следом была получена телеграмма из Ченстоховы, что её с наскока взяли эскадроны и бригады 3-й кавалерийской дивизии, а в этой провинции, как назубок знал Конрад работает крупный металлургический завод, который в прошлом году изготовил 114 тысяч тонн чугуна, 87 тысяч тонн стали и 81 тысячу тонн проката, плюс к этому текстильные, бумажные, спичечные фабрики и кроме того 678 небольших мастерских, в которых работало 2000 рабочих, делало город лакомой добычей. Что до того, что четверть из 50 тысяч населения это евреи, так где из нет? Еще оставалась надежда через неделю захватить Радом и тем самым замкнуть в клещи русский 15-й армейский корпус и поставить после этого ультиматум неспокойному соседу, мол: «Или Вы сдаетесь, либо мы Вас уничтожаем», что позволит не только захватить промышленно-развитые районы с интеллигентным и грамотным населением, которое легко будет интегрировать в империю, но и наступать.
9 августа, воскресение. Адмирал флота Рудольф Монтекукколи ступил на пыльный скалистый берег Калимноса, после недели пребывания в море, принесшего славную победу у мыса Пассеро, оглядел свою эскадру изрядно нахватавшуюся соли из Средиземного моря, и видя как корабли начинают принимать с берега и барж припасы, уголь, нефть, боеприпасы и все остальное задумался о дальнейшей судьбе всей операции. Сейчас за его эскадрой из трех дредноутов, трех преддредноутов, шести броненосцев, легкого крейсера «Адмирал Шпаун» и десяти турбинных эсминцев гоняться английская эскадра и французская, каждая из которых превосходит флот двуединой монархии. То обстоятельство, что в его распоряжение переданы три оттоманских броненосца, легкий крейсер и пятнадцать миноносцев ситуации не меняет. Рудольф узнал из телеграммы с Балтийского моря, что русский флот, не в силах мериться силами в открытом бою уже потеряв крейсер «Аврора» с честью прошедшего Цусимское сражение и потерявший только покончившего собой, не выдержавшего позора капитана, стал предпринимать набеговые операции силами крейсеров. Но, как и любой воришка всегда бывает пойман, так и здесь «Диана» и «Россия» нарвались на главные силы германского флота и получили тяжелые снаряды под свои бронированные палубы не раз спасавшие от японских фугасов, но оказавшиеся бессильными от германских бронебойных, и погибли.
Броненосный крейсер «Россия» (12000 тонн, 144×20,9×8 метров, броня борта 8-дм, казематов 5-дм, 3 паровые машины, 32 котла, 17600 л/с, 19,7 узла, 28/811 человек, четыре 8-дм, шестнадцать 6-дм).
В принципе Рудольф в Средиземном море намеревался сделать тоже самое, против численно превосходящего флота и приказал 3-й эскадре перебазироваться на Калимнос, 4-й перебазироваться в Книн, чтобы запереть вход в Адриатическое море, а Оттоманскому флоту проваливать в Стамбул и не допустить входа Черноморского флота в проливы, такая вероятность не исключалась, а сам с 1-й и 2-й эскадрами отправился в Тель-Авив чтобы держать под контролем Суэцкий канал к которому рвалась 100-я дивизия.
14 августа, пятница. Все последующие дни у адмирала Рудольфа были как в замедленном кино. Сперва он спешно грузит припасы и отдав приказ о перебазировании старых кораблей 3-й и 4-й эскадры на Албанский порт Влёра[25] выходит со всеми силами к берегам Леванта. По сведениям разведки в виде капитанов торговых паровых судов и капитанов каботажа по пятам идет английский флот, но опасаясь минных банок не сильно напирает, решив запереть суда двуединой монархии в пустынном порте, чтобы потом добить огнем тяжелых орудий. Превосходство англичан чувствовалось во всем: скорости передвижения, способе расчета с берегом, неторопливости и обстоятельности.
План же Монтекукколи состоял в том, что смелым маневром, перебазировав эскадру поближе к Суэцкому каналу, на который уже наступает 100-я пехотная дивизия двуединой монархии, переброшенная туда заблаговременно, когда Гранд Флит еще не появился на горизонте крейсером «Зента» и пятью транспортами.
Бронепалубный крейсер «Зента» (2600 тонн, 97×11,7×4,8 метра, палуба 2-дм, две ПМ, восемь котлов, 8000 л/с, 20,8 узлов, 308 человек, восемь 12-см орудий)
В принципе перебазирование в отдаленный порт прошло гладко, только упустили французские крейсера «Потю» и «Арнкасто», успевшие укрыться от таких мощных противников в канале, так как на памяти у всех было избиение трех французских броненосных крейсеров. Обустройство на новом месте прошло штатно, только надоедала постоянная жара и песок, а также плохие жилищные условия и отсутствие развлечений как для офицеров, так и команды, на что Рудольф заметил: «Развлекаться будем в море», и боевая подготовка уже обстрелянной эскадры продолжилась.
15 августа, суббота. Войска генерала армии Светозара Бороевича фон Бойна, численностью в три пехотные и две кавалерийские дивизии окружили в Лодзи 15-й армейский корпус генерала Мартоса Николай Николаевича и начали их атаковать. Если рассмотреть ситуацию глазами окруженных следуя по часовой стрелке, то на севере оборонялся 32-й Кременчугский полк полковника Зундблада Александра Оскаровича, который прикрывал позиции корпуса, против шедших мимо на восток пяти германских резервных дивизий, чтобы пройти Варшаву и попасть на бой в провинции Седльце[26] и Остроленка[27]. Так как честь взять русских тепленькими германские генералы оставили скрепя зубами своему австро-венгерскому коллеге. Восточную часть котла оборонял 31-й пехотный Алексопольский полк, полковника Лебедева Александра Ивановича, над штабом которого развивалось знамя с надписью «За взятие приступом Варшавы 25 и 26 Августа и за Севастополь в 1854 и 1855 гг.» с Александровской юбилейной лентой, а музыканты полка дули в трубы с надписью «Алексопольскому пехотному полку 1813 года 13 Апреля, за мужество и храбрость против Французских войск».