Алексей Кукушкин – Чао! Древний Рим (страница 2)

Луций Юлий ходил взад-вперед по балкону своей виллы наместника в городе Ареццо, обладающего населением в четыре тысячи жителей, куда отец поставил его управляющим. Ни жена Поппея, находящаяся в цветущем возрасте двадцати девяти лет, ни дочка Фадия, которой уже тринадцать, ни сыновья: семилетний Деций и трехлетний Марк, не могли отвлечь его от дум, как собственного предназначения в этой жизни ни о судьбе государства в ближайшие десять лет.

Городок Ареццо, помимо виллы наместника, обеспечивающую комфорт и удобства имел: казармы ополчения, в которых могли тренироваться воины городской стражи и гастаты; порт, расположенный в красивой и уютной бухте на берегу Лигурийского моря; деревянный частокол, обеспечивающий минимальную защиту от бродячих банд грабителей и воров; примитивные поля и ранние дороги, ведущие от города в Рим и Аримин4, где управлял брат Луция, двадцатидевятилетний, взрослый не по годам, Квинт.

Донесение от сборщика налогов пока не радовало. Город собирал дани мало, а требовалось еще 138 тысяч денариев5. Луций решился пойти на крайние меры и установить очень высокие, по местным меркам, налоги, да такие, что все кто платит запищали, так как по его расчетам, будет собрано до 280 тысяч денариев, так как когорта гастатов из восьми десятков солдат в год требует 170 тысяч денариев, а в городе было два подобных подразделения Бенедикта и Ювентуса. Более того, у самого Луция в отряде состояло тридцать восемь всадников с прекрасной экипировкой в смысле вооружения, но вместо седел использовались примитивные четырехрогие, да и стремян6 они не знали!

Городок не смотря на высокий налоговый пресс быстро рос, благодаря урожайной почве и небольшим усовершенствованием в её обработке, а также стараниями местных жителей и множества приезжих колонистов. Порядок поддерживался на четверть влиянием правителя, на четверть законами Римского государства, но на половину численностью гарнизона, против которого граждане просто боялись восстать или сказать что-либо поперек.

485 год от основания города и 268 год до нашей эры. Amata nobis quantum amabitur nulla (Возлюбленная нами, как никакая другая возлюблена не будет)

В новом году в Греции заключён антимакедонский союз между Афинами (предводитель Хремонид) и Спартой (Арей I) при поддержке Египта (Птолемей II Филадельф), вскоре переросший в Хремонидову войну. Римская республика: Консулы Публий Семпроний Соф от плебеев и Аппий Клавдий Русс от патрициев. Основаны колонии Беневентум и Ариминум. В Риме открылся монетный двор7, впервые начавший чеканку серебряных денариев.

В город Ареццо, с большой помпой, прибыл глава патрицианского рода Юлиев – Флавий и младший брат Вибий, который был младше старшего сына всего на три года, но в отличие от Луция навыки городского и муниципального управления были у него значительно ниже.

– Дети мои, – обратился Флавий к сыновьям, – Сенат, в лице верховного понтифика Сервия Максентия приказал нам захватить поселение Сегеста, находящееся на северо-западе. Я что-то неважно себя чувствую, простудился немного, и хочу послать Вас, своих сыновей.

– Отец, мы занимались военной подготовкой с детства, но города не штурмовали, – произнес Вибий.

– Захват Сегесты будет подобен бою в поле с незначительными препятствиями, так как поселение не имеет городских стен, а гарнизон, как доложил мне посланный туда мой шпион Деций Куртий, составляют всего десять дюжин копейщиков с круглыми щитами и подобное количество крестьян с большими ножами – кинжалами, больше подходящими для разделки мяса, нежели серьезного боя, – ответил Флавий.

– Какие центурии мы можем взять с собой? – поинтересовался Луций, уже мысленно поблагодаривший судьбу, что его посылают на войну, а не тухнуть здесь в Ареццо, где под его чутким руководством за три года налажено общинное земледелие.

– Наши совместные войска насчитывают: шесть центурий гастатов, одну триариев, одну лучников и одну велитов, – сообщил лидер, тяжело дыша, – совсем нас без войск не оставляй, возьми две когорты гастатов, те, что были у тебя, центурионы Бенедикт и Ювентус, лучников и велитов».

– Хорошо отец, так и сделаю, – проявил сыновью преданность Луций.

Сборы долго не заняли, так как войска Римской республики всегда были готовы к выступлению из города, в течении короткого времени. С центуриями, находившимися в Ареццо, он был хорошо знаком, знал многих рядовых, и даже отличившихся воинов, он часто присутствовал на занятиях, как на мечах, так и на бросании пилумов – коротких копий. Центурия лучников, под командованием Поллукса – проворного, как стрела, и гибкого, как тетива, была построена в две шеренги и Луций, пройдя вдоль строя, смог в полной мере оценить одежду и снаряжение, которое нарекание не вызвало. Бойцы глядели весело, подтянуто и строго. Защиты никакой, но на дальней дистанции могли всадить во врага много стрел и сделать из обычного варвара – ежа.

Центурия велитов под командованием Татиуса держалась тоже бодрячком. Вооружение простого велита составлял короткий меч – гладиус и несколько дротиков – уменьшенных копией пилума, с железной частью 25-30 см и деревянным древком длиной около 90 см и толщиной в палец. Велиты не носили панцирь, в качестве защиты у них были простой шлем и круглый лёгкий щит диаметром 90 см – парма. Лёгкая защита и вооружение делали их наиболее мобильным видом римской пехоты.

– Нашей целью в бою стало метание дротиков в противника и быстрое отступление за спины хорошо защищённой пехоты, – учил молодых воинов более опытный Татиус, а затем, уже стал рассказывать Луцию, – поверх шлемов воинов волчьи шкуры, для того чтобы я мог отличить своих солдат8, когда те отступали назад, да и другие наши солдаты тоже и не убили случайно.

– Дротики не так дальнобойны, как стрелы и требуют максимального сокращения дистанции с противником, ведите стрельбу с фланга, с тыла или под прикрытием тяжелых пехотинцев, так как в открытой перестрелке твои бойцы долго не выстоят, – распорядился Луций, а сам подумал: «Как изменчива судьба. Недавно думал, как доход города поднять, а тут уже четыре отряда солдат и иду в Сегесту, захватить его для славы Рима».

Марш до заветной цели назначения, по узким, каменистым дорогам, продлился месяц, хоть и расстояние было не очень далеко, и даже большую часть вела вдоль моря, что радовало глаз, но, то еды никак не могли найти, то через реку переправиться. Луций понял, как ценность своевременного снабжения, так и важность хороших дорог, где надо оборудованных средствами переправки через реки и озера.

К берегу пристали два десятка бирем, с опытными экипажами из сорока человек каждая и на берег, сошел контр-адмирал Оппий, командующий данной миниатюрной эскадрой.

– Отец послал проконтролировать, как я продвигаюсь к Сегесте? – поинтересовался Луций.

– Мне и ходить то особо некуда, – дружелюбно ответил старый моряк, в своё время много перевозивший вина по Средиземному морю, – жена и дети твои в порядке, привет передавали.

– Есть планы по увеличению нашего флота?

– Все зависит от поступлений средств в бюджет, так как Вы повысили налоги население может просто взбунтоваться, почему отец и не дал тебе больше войск. Твой брат строит в Аримине новый порт, так что часть средств пойдет туда.

– Да, тебе кораблей тогда не добавят, – согласился Луций, – тем более, что Квинт бросил зов и собрал еще когорту городской стражи, а отец Флавий когорту гастатов и теперь у него в Арреции их под его командованием целых пять.

Прибыл к старшему сыну посланник от гальского народа, со странным именем Сенакул из Сабиса, с предложением установить торговлю в смежных городах по выходным дням. Писарь Каликс, который уже год служил у Луция, сообщил, что, другими словами, имя и происхождение усатого, рыжеволосого дипломата произноситься как уверенный человек с берегов реки Сабис.

Луций отправил посланника к отцу, сам выразив своё мнение, что не возражает и узнал для себя, что галлы очень богатый народ, у них много золота и серебра, женщины имеют те же права что и мужчины и часто на битву их вызывают как подмогу. Все дела у галлов решаются на пиру с обильным угощением, а друиды выполняют функции мудрецов, философов, медиков и ростовщиков, чему немало удивился.

486 год от основания города и 267 год до нашей эры. Amicus certus in re incerta cernitur (Надёжный друг познаётся в ненадёжном деле, употр. в знач. истинный друг познаётся в беде. Верный друг узнаётся в несчастье)

Консулами в данный год назначены: Марк Атилий Регул от плебеев и Луций Юлий Либон от патрициев; курульным эдилом был выбран Квинт Фабий; плебейским эдилом Гней Апроний.

Произошло завершение завоевания Римом Южной Италии. Учреждение четырёх италийских квесторов. Организация управления флотом улучшена и расширена. С 267 года по 261 годы шла Хремонидова война9.

Все проходит, закончилась и дорога его отряда в триста шестьдесят человек до вражеского города – Сегесты. Атаковать Луций приказал с ходу, чтобы враг не мог бежать или излишне укрепиться, что могло привести к немалым жертвам.

Сам городок ничего примечательного не представлял, но три десятка круглых каменных домов под конусообразной соломенной крышей, несколько амбаров в виде перевернутых больших лодок, и здание центральной ратуши составляли все богатство. Защитники сосредоточились в центре поселения, так как частокола не было, а на площади были перевернуты все прилавки и телеги изображая из себя импровизированные баррикады.