Алексей Кудряшов – Становление (страница 52)

— Нифига себе. Так они же тут к осаде готовятся? И это ради одного русского летчика?

— Теперь понятна наша заинтересованность?

— Интерес-то понятен, не понятно им это зачем. Мне кажется, они только этого и добиваются. Они же явно ждут от нас нападения. Или не от нас?

— Ждут. Там целая армия. Морф, покажи досье на летчика.

— Сергеенко Петр Валентинович, учился, женился, ушел на контракт. Все, больше ничего интересного. Он даже не знает, что его родственник имеет отношение к правительству. Я проверил все его родственные связи, его самого, его жены, его друзей, даже его собаки, кстати породистая. Ничего, за что можно было бы ухватиться. Обыкновенный тихий алкоголик, бросает пить только во время полётов. Перепроверил всех его однофамильцев, никого, кто был бы интересен афганцам и за кого они могли его принять.

— С нашим родственничком куда более интересная ситуация. Он в аппарате одного из министров. Доступа к секретным данным нет, но он в дружеских отношениях со своим начальством. Скорее всего, нужно копать в этом направлении. Но там векторов и пересечений очень много, пока связь не нашел.

— Спасибо Морф. Мы тоже ищем эти ниточки, но пока тоже безрезультатно. Наша группа идет параллельно, по следам того, что нарыл Морф, на всех возможных кандидатов на игру, но так ничего и не обнаружили пока. Пора подергать за концы. Пусть думают, что мы играем на их поле. Нужно узнать, кто это затеял и с какой целью.

— Соловьев, задача твоей группы проникнуть в крепость и освободить летчика. Мне он нужен живой. Может он что-нибудь расскажет, а может, не расскажет, но выдернуть его надо. Как видишь, в лоб не взять, нужно действовать скрытно. Дополнительная информация у Морфа. Все что будет появляться, сразу же сообщу.

— К скрытной атаке они подготовились, обнаружат вмешательство, они его убьют. При открытом штурме они его убьют. Других вариантов не вижу. Значит в игре он пешка. Им нужно его убить именно во время штурма? Зачем? И почему так сложно? Они ведь уверены, что будет штурм. Бред какой-то. Ладно, задача ясна. Морф, подготовь на утро всю схему этой крепости. Нужно полазить там.

— Все что знаю, покажу. Датчики я все расшифровал. Это датчики движения, тепловые, камеры ночного видения, даже датчики обнаружения электроники и лазерных лучей целеуказателей. Так что там готовы к любым сюрпризам. Большинство датчиков американские, есть израильские и английские. Часть из них пока не подключена, но проводка уже есть. Либо это муляж, либо все в процессе.

— Как ты узнал, что не подключено?

— Подключенные излучают немного тепла, спутник покажет. Часть из датчиков холодные, ночью это хорошо видно.

— Цирк? Еще интереснее становится.

— Пока не могу дать точный ответ. На месте проанализирую слепые зоны.

— Вань, как думаешь? Пройдешь?

— Я так понимаю, черновой вариант уже есть? Ребята прикроют снаружи, Морф прикроет внутри. Пока я не вижу серьезных проблем. Если брать за основу, что Морф что-нибудь придумает с этой электроникой, то попасть туда не сложно. Они же на эти железки рассчитывать будут. Как думаешь командир?

— Да пока никак не думаю. Переменных много. Пока придерживаемся этой схемы. Поработаем над ней, а на месте уже решим.

— Морф, я тут привез форму, которую ты заказывал, зачем она тебе так никто и не понял. Вроде жизненные показатели ты так снимаешь, зачем тебе столько датчиков и проводов на форме?

— Это для тренировок. Я же говорил. Митяй, надень, покажу.

Митяй скинул свою форму и стал одевать на себя нательное белье не переставая ворчать. — Чего сразу Митяй-то, как чего попробовать, так сразу Митяй. Фигню эту колючую напяливать. Чего дальше то?

— Не ворчи, сейчас смоделирую. Вон смотри за той колонной, охранник в тебя целится.

— Их ты, как живой гад, аж увернуться хочется.

— Ну, вот если не увернёшься, то получится вот так.

Прозвучал выстрел, и Митяй отлетел к стене схватившись за плечо. Упал на колено и перекатился, спрятавшись за стулья. Все пригнулись и насторожились, поняли, что произошло не сразу, Гоша среагировал первым, округлил глаза и бросился к Митяю. Стал стягивать нательник и увидел красное пятно на плече. Ничего страшного, но удар получился ощутимый.

— Потерпи, сейчас пройдет, извини. Это я погорячился, подрегулировать надо.

Митяй пыхтел и с подозрением смотрел на замершего охранника за колонной. Глаза были сосредоточенные и по-боевому злые. — Не надо Морф. Так доходчивее. Вот ты штуку придумал, злодейская штуковина. Сразу зауважал твои картинки.

Гоша, Соловьев и Григорий Иванович взяли свои нательные комплекты. Ивану не досталось, видимо постоянное присутствие Морфа в качестве защиты подразумевало неуязвимость. Спрашивать не стали, вроде и так понятно.

— Митяй ты живой?

— Уже да. Шибануло, мама не горюй. Но сейчас уже никаких болезненных ощущений нет. Только рефлексы вздрогнули.

— На сегодня все. Григорий Иванович, придумай, где нам поработать. Нужен ангар для тренировок, нужны ящики какие-нибудь, для имитации препятствий, закажи барахло афганское, короче обеспечь. Завтра утром начинаем знакомство с территорией. Всем отбой.

Весь следующий день Григорий Иванович размечал с трудом выбитый у службы обеспечения двор. Пустой ангар таких размеров не нашелся, пришлось огораживать территорию. Постоянно сверяясь с Морфом, сделал разметку и с десяток здоровенных бойцов, у которых в руках даже молоток терялся, стали помогать ему собирать грубую конструкцию из ящиков и досок. Делать полноценный макет времени не было. С проекцией Морфа этого было вполне достаточно.

Критически оглядев полученный результат, он ужаснулся, затем наложил проекцию, кивнул головой и ушел к себе. Помогавшие бойцы еще долго укрепляли ящики и колотили доски. Не видя общую картинку, они естественно остались недовольны результатом, но раз у ветеранов не было времени готовить, что-либо более подходящее, то нужно постараться хотя бы закрепить то, что получилось.

И вообще эта группа была какой-то очень странной. Занимались отдельно, и практически не пересекались с бойцами учебки. О них ходили слухи один интереснее другого. Григорий Иванович знал, практически все особенности любой территории нашей необъятной, Гоша, кажется, так звали худого грузина, мог ходить сквозь стены и видел их насквозь, снайпер от бога. Митяй, огромный детина, добродушный украинец до мозга костей, вообще стен не замечал и тоже ходил сквозь них, но только уже с заметно другим результатом. Только Молодой был не понятен, но видимо это был спец разведки. Ходил постоянно с собакой и очень тихо. Нереально тихо, он неоднократно пугал бойцов своим неожиданным появлением. И это все. Больше о них ничего не было известно. Если возможно быть общительным и неразговорчивым одновременно, то это про них. Вроде и не чураются никого, а информации ноль.

Бойцы неоднократно пытались заигрывать со здоровенной собакой этой группы, но вскоре забросили эти попытки. Когда наталкиваешься на равнодушный взгляд собаки и понимаешь, что она с таким же равнодушием оттяпает руку, протянувшуюся её погладить, сразу отпадает охотка даже подходить к ней. Никого не удивляло, что её не выгоняли даже из очереди в столовой. В редкие моменты, когда Молодой приходил в столовую за термосами и стоял в очереди, собака неизменно была рядом, и вокруг них образовывалось пустое пространство. Прапорщик, заведующий столовой, с большим уважением и каким-то даже трепетом относился к этой псине, неизменно выносил для нее какие-то свертки и с не терпящим отказа взглядом подавал Молодому. Этому прапору, единственному человеку, было позволено находиться рядом с хозяином псины и не быть покалеченным. Пес внушал уважение. Никто никогда не слышал его голоса, и это только добавляло жути. Даже служебные собаки в своих клетках переставали суетиться и смотрели без страха, но с явным уважением на псину.

Командира группы знали все, даже высокие чины звали его по имени-отчеству и здоровались за руку. Было ощущение, что он мог спокойно отдать приказ любому из вышестоящих, и они обязаны были его выполнить. Эта теория имела под собой почву. Штатскому, который приезжал к этой группе, брали под козырек даже генералы, случайно или не случайно оказавшиеся на территории режимной учебки. Все прекрасно понимали, что никакой он не штатский, но знать о его воинском звании, должности, и тем более сфере деятельности, положено далеко не каждому. И уж кому как не будущим бойцам спецподразделений понимать всю эту кашу. Возможно, кто-то из них вырастет до такого уровня. Им было на кого равняться.

Утро выдалось ясное, до крепости удалось добраться незамеченными. Группа кралась вдоль стены, через десяток метров необходимо было перебраться через забор, который был непосредственным продолжением стены. Ванька мог видеть только ближайшие десять метров, поэтому узнать, что там будет за забором было невозможно. Спутник должен был появиться с минуты на минуту и только после этого был шанс узнать расположение противника. Тепловизор Морфа не работал через старую крепостную стену, все тепло поглощалось. Тут умели делать на совесть.

— Морф, что со спутником, скоро камера начнет в нашу сторону поворачиваться.

— Через четырнадцать секунд в нужной точке… есть сигнал. Есть данные. Готово. Обрабатываю снимки… камеры все подключены, датчики в рабочем состоянии. Тут через забор не пройти. Вань, нужно к камере, попробую вывести из строя.