Алексей Кудряшов – Становление (страница 51)

— Гоша полез, да сразу передумал. Ну, как в дерево отлетел, так и передумал. Сам еле встал. Мы, когда ближе подскочили, Митяй его уже своротил.

— Все-таки прибил кабанчика?

— Прибьешь его, как же. Если бы весил как Гоша, до сих пор бы скакал на нем по лесу. Он пока силу не почуял, не успокоился. Минут двадцать держал его. Он аж захрипел от злости, а потом ниче, успокоился, ласковый такой. Глазками зырк, ждет, когда отпущу, скотина. Только в глазках такая лютость… Гоша, когда очухался, сказал, пускай гуляет пока, сказал, сегодня рыба на ужин. Так эта сволочь еще минут пять на меня пялился и землю рыл. Потом только удрал.

— Ладно, Малой, сейчас мы немного оклемаемся и поесть бы чего. Давай дуй на кухню, дай Гоше выдохнуть. Потом поговорим про твои приключения.

— Я не знал, что сегодня рыба, сделал макароны по-флотски. Так что без рыбы как-нибудь переживете. Компот в столовке взял, там в термосе.

Вышедший Гоша поплелся на кухню, но, когда увидел уже приготовленный ужин, с удовольствием развернулся обратно. Про рыбу в этот вечер вспоминал только Морф, на что ему предложили слопать её сырой, наивно полагая, что откажется…

Утром приехал Крылов и снова застал Митяя за подгонкой формы. Спрашивать ничего не стал, завалился на диван и проспал целый час, пока не почуял возвратившуюся группу.

— На меня не обращайте внимания, поспать не удалось, ночь выдалась та еще. Я к Морфу.

Морф уже сидел на столе и активно умывался, как будто пробежка с группой, очень сказалась на его шкурке. Тем более, все уже знали, что грязь попросту не могла никоим образом оказаться на Морфе. Она просто слетала с него, или бесследно исчезала. Первое время они с ужасом наблюдали, как он наступает в мазутные пятна, периодически появляющиеся возле гаражей, потом привыкли, что даже после этого за ним не оставался грязный след. Лишние телодвижения по обходу таких луж он делать не собирался.

— Морф, догадайся, чем я был занят всю ночь?

— Вижу, что не спал и по запаху, ты голодный как черт, а вот что делал, не могу знать.

— Голодный? Вот даже не хочу спрашивать какой запах у голодного черта, но ты прав. Голодный. Значит, не знаешь? После твоих слов о том, что ты напрямую со спутником свяжешься мы тебя хотели поймать.

— Я действительно ночью пробовал, и как? Поймали?

— К нашему стыду, нет. Были, какие-то несанкционированные доступы, но они были на уровне прощупывания, и мы их все идентифицировали и отследили. Не местные и вполне постоянные, если можно так выразиться.

— Я тоже только пощупал, а потом не стал дальше лезть, нужно сначала согласовать что можно, а что нельзя. Коды доступа я подобрал ко всем шести спутникам, которые были над нами, но дальше не пошел. Канал, впрочем, наладил, получился очень узкий сигнал, но надежный и безопасный, отследить сложно. Следы старался не оставлять. Все входы подчистил.

— М-да, из них наших только два было из живых. И ты вот так просто их вскрыл?

— С последним были сложности. А потом оказалось это спутник тупой. Половина оборудования не работала, зачем он там летает, не понятно. Это скорее мусор.

— С этим, что-то нужно делать. Ты сможешь помочь повысить безопасность?

— Чтобы я не смог попасть?

— И ты в том числе.

— Когда разберусь, как это все устроено. Мне бы почерк программистов посмотреть, чтобы, похоже было.

— Ну ладно. Вот тебе жесткий диск с координатами, позывными, где есть, траекториями и прочими штуками. Разбирайся. Это наши, и не только наши спутники. Единственное ограничение, канал наших спутников можно занимать не более чем на шестьдесят процентов, не наших — сам понимаешь. И дай точное время, когда, предположим, завтра, ты будешь выходить на связь. Попробуем еще раз отследить. Еще, чужие спутники без нужды не тронь. И следов не оставляй.

— Мог бы не говорить, и так понятно.

— Считывай диск, нельзя его оставлять.

— Уже.

— А пожужжать?

— Ну, я же их тогда первый раз видел, не разобрался еще, вот и жужжал.

Гоша накрыл на стол и кивнул Сычу, чтобы садился с ними. Долго уговаривать не пришлось. Он сделал какие-то пометки в своем блокноте и молча сел за стол вместе со всеми.

Крепость (1995 год)

Новый год прошел буднично. Тренировки продолжались в обычном графике. Мелкие задания не представляли собой ничего существенного. Помочь ОМОНу, поучаствовать в поиске заблудившихся в тайге. Такие задания немного разнообразили рутину, но разогнать кровь все-таки не могли. Группа застоялась. В воздухе витала напряженность и пока было не понятно, почему нет настоящего дела. Сыч не появлялся и лишь изредка выходил на связь.

Вот уже два месяца Морф был вялым. Все понимали, что он впитывает информацию, до которой дорвался, но все равно было непривычно видеть его таким. Он практически не слазил с Ивана и даже не огрызался на все колкости Митяя. От еды он не отказывался, но уже и не выпрашивал, как, бывало, раньше. Митяй провел кое-какие ассоциации и стал переживать. Когда Гоша по неосторожности стал открывать много файлов на компьютере разом, то комп повис. С тех пор Митяй косо поглядывал на Морфа. Вот и сегодня за ужином он вновь поднял старую тему.

— Морф, с тобой точно все в порядке? Нам тот компьютер перегружать пришлось, у тебя тоже кнопку искать надо будет?

— Все нормально, я скоро закончу. Не надо искать никакую кнопку.

— Завязывал бы ты с этим, до добра не доведет.

— А ты знал, что такое Интернет?

— Нет, и знать не хочу, как посмотрю на тебя, так бояться этого компьютера начинаю. Сколько же там всего понатыкано. Сроду столько в голове не уместить.

— На самом деле ты ошибаешься. В мозгах обычного человека может много поместиться. Есть утверждение, что человек использует только 10 % собственного мозга. Бред, конечно, все совсем не так устроено, но потенциал у мозга очень большой, просто каждый его развивает по-своему. Например, в твоем мозге хорошо развиты отделы, отвечающие за рефлексы и выживание. У Сыча стратегия и более широкая картина мира. Ну и так далее. Если судить…

— Стоп. Морф, ты сейчас взорвешь мой настроенный на рефлексы мозг. Достаточно было просто сказать, что с тобой все в порядке.

— Со мной все в порядке. Но ты, пожалуй, прав. Я изменю свои планы. Самое важное я уже нашел, остальное буду искать по мере необходимости. Тем более, нужно все тщательно обработать, столько мусора в сети… Тут есть над чем подумать. Так чего, говоришь, сегодня на ужин?

— Вот это дело, а то я уже забеспокоился, как бы ты не похудел.

— Зря беспокоишься Митяй. В последнее время он даже увеличил потребление энергии. Так что, скоро в двери пролазить не будет.

— Я просто переосмыслил некоторые вещи и на всякий случай делаю больший запас.

— Я же говорю, похудеть ему не грозит.

— Так, народ. Сыч на связь выходил, сейчас прикатит. Чую намечается что-то. Шевелитесь, а то поесть не даст.

Сыч буквально ввалился в комнату и сразу же пошел на кухню, налил себе кофе и уселся в кресло. Группа собралась и все молча, смотрели как он пьет. Первым не выдержал Морф. Он подошел и вцепился когтями ему в ногу. Просто, и без затей.

— Черт. Морф, больно же. Имей терпение, я, между прочим, только что с самолета.

— Терпение у меня есть, а вот желания терпеть намного меньше.

— Ты в курсе, что я старше по званию?

— Зато у меня когти острые.

— Соловьев, вот у тебя вся группа такая, никакой субординации. Нет, чтобы дать человеку отдохнуть, так нет, когтями его.

— Слушай, давай уже не тяни, куда нас?

— Пока никуда. Через две недели будет операция в Афганистане. Нужно вытащить оттуда нашего летчика. Его взяли талибы, на переговоры не идут, держат в старой крепости. Он родственник одного нашего деятеля. Ни то чтобы важная персона, но, похоже какая-то игра с ним затеяна. Мы разбираемся, а пока решили один из козырей у них вырвать.

— Талибы в своей каше варятся. У них проблем хватает, не похоже, чтобы они интересовались еще чем-то, выходящим за рамки их племенных разборок.

— Именно Григорий Иванович. Именно. А тут игру затеяли. Чужая рука чувствуется. Вот и нужно немного игру подправить. Чтобы понятно было, откуда ноги растут.

— Морф, я тебе координаты неделю назад сбрасывал, у тебя все готово?

— Да, материалы я изучил, еще собрал сведения из открытых источников. Немного пошерстил по закрытым, думаю, хватит для начала операции.

Мир вокруг изменился. Вся группа оказалась в афганской степи недалеко от какого-то города. Вблизи была старая крепость, немного разрушенная, но в целом вполне обитаемая. Крепость приблизилась и стала видна вся несуразица происходящего. По периметру старых стен, местами разрушенных, были расставлены современные камеры наружного наблюдения. Натянута колючая проволока и оборудованы пулеметные гнезда.

— Не по-детски они тут расположились. Что тут?

— В том то и дело, что ничего. Это была загородная резиденция одного из полевых командиров, он тут почти не появлялся, но буквально в течение месяца из нее сделали неприступную крепость. Зачем им это надо пока не понятно. А неделю назад туда переводят нашего летчика и посылают письмо его родственнику. Ни выкупа, ни просьб. Просто оповещение, что он жив и находится у них. Письмо мы перехватили, а вот что оно означало, пока не поняли.

— Морф, покажи внутри.

Вся группа переместилась вовнутрь крепости. Караул, пулеметные гнезда, мешки с песком и кругом видеонаблюдение. Кое-где пометки Морфа о дополнительных датчиках движения и еще чего-то там. Даже часовые ходили во дворе, периодически проходя насквозь кого-то из группы.