Алексей Кудесин – Проект "New de Goya" или Алина в стране кошмаров (страница 3)
Конечно, были на сайте вещи, с которыми Алина согласится никак не могла. Например, картина "Мать пожирает свою дочку". Когда девушка впервые увидела ее, та неприятно поразила ее. Мать там очень походила на её маму и выглядела страшно. Алине было ещё двенадцать лет, поэтому она с жаром попыталась возражать.
- Но ведь семья — это не плохо. Мама — это святое.
- Э, ты отстала от жизни. Родители ещё те монстры. Ведь Сатурн на оригинальной картине Гойи тоже родитель...
- Но это утрированный образ...
- Да что вы с ней говорите?! Видно же, что это ребёнок! Она ещё не познала мир!
- Она ничего не понимает в искусстве. Ещё одна жертва патриархального общества.
- Да нет, я понимаю. Но...
- Давайте дизлайкать ее. Пусть админы забанят это костное сознание недостойное понять мысли гения!
После пары таких споров Алина перестала высказывать своё мнение. Уж что-что, а быть забаненой ей не хотелось. С гениальностью автора она была согласна, как никто другой.
Единственное, чего она не нашла на сайте - единомышленников и общения. В чатах сайта творился форменный бардак. Все кричали друг на друга и на хозяина ресурса. Количество хейта превышало все мыслимые и немыслимые пределы. И создателя это полностью устраивало.
Из всей этой кучи поклонников НьюГойи ни один ни разу не упоминал тот самый сладкий ужас, который привёл её сюда. Поэтому она смотрела и наслаждалась. Молча.
Так она жила и взрослела. И не было у неё человека, которому она по-настоящему могла бы доверить свои чувства. Не было до тех пор, пока не появился Вадим Петрович, новый учитель ИЗО.
Глава 3. Ленка. Рисунок. Месть.
- О, так и знала, что ты тут, - от рисования её оторвал голос, такой же мягкий, как сама Ленка. - Слышала, как Золька тебя склоняет, решила, что ты прячешься...
Ленка Постникова, полноватая, слегка неряшливая девушка с короткими волосами и в больших очках. Очень похожа на Грусть из мультика Головоломка. Подруга, если можно назвать этим словом столь различные натуры. Но коль скоро других претендентов на это звание не наблюдалось и не предвиделось, и памятуя ту самую пироженку в виде жука - то да, Ленка - подруга.
- Ниче я не прячусь, - зло буркнула Алина. - Велика честь.
Отчего так. Вот враг у неё самый настоящий, готовый нанести серьёзные душевные раны. А коль Золька была уверена в собственной безнаказанности, нанесла бы и настоящие. В ней Алина не сомневалась. А вот Ленка, наоборот, всегда была настроена против неё. В этом Алина тоже имела практически стопроцентную уверенность. Если бы не было того пирожного в виде жука в детстве и ещё пары моментов позже, она давно бы порвала с Ленкой. Хотя скорей всего даже не сошлась бы.
Не ведая об этих размышлениях, Ленка примостилась рядом и сунула ей большую шоколадную конфету. Это её помощь и терапия на все случаи жизни. Она и сама все время что-то ест и с друзьями охотно делиться. Соответственно и фигура у неё больше напоминает шар. Впрочем, Ленку это мало волнует.
Если Изольда использует для творчества собственную внешность и перекраивает её под стандарты мира, Ленка к внешности равнодушна. Весь её творческий потенциал направлен на кулинарию. Пирожки, булочки, десертики — вот её страсть. Она даже пыталась создавать на продажу огромные подарочные торты, но бросила.
— Это потому, что ты игнорируешь пожелания клиентов. Везде пихаешь свою розовую глазурь... - не преминула уколоть её Алина.
- Ну, жуков мне тоже ещё ни разу не заказали, - невозмутимо парировала Ленка
Алина нахмурилась от этого воспоминания и отодвинула руку подруги. Какие могут быть вкусняшки, когда она творит.
- Не надо. Ты же знаешь - не люблю эти орехи... Они слишком светлые...
Ленка пожала плечами, и сама распечатала конфету. Отказ подруги её никогда не обижал.
- Чего там у тебя? - Ленка заглянула в блокнот и откусила конфету.
- А это... - Алина улыбнулась, накладывая последний штрих. — Это мой ответ невежеству Зольки и её подхалимов. В лучших традициях моего учителя НьюГойи.
Услыхав такое Ленка начала отстранятся, но было уже поздно. Блокнот замер у самого её носа. Глаза за стёклами очков сделались ещё больше, конфета упала на пол.
Ленка прижала руку ко рту, будто пытаясь удержать рвотный позыв. Алина рассмеялась, лучшего подтверждения её таланту сложно представить. Сама ощущала отблески сладкого ужаса, когда рисовала эту картинку. Давно уже приметила схожесть ощущений, которые испытывала сама, разглядывая картины НьюГойи и тех, что поднимались в ней, когда видела ужас и отвращение на лицах других. А когда подобное вызывает твоя собственная картина - вдвойне сладко.
Алина спрятала улыбку. Ленка все-таки не Изольда. Какая никакая, а подруга.
- Ты чего! Я же ем! - воскликнула девушка. - Меня чуть не вырвало!
Впрочем, через пару мгновений она уже подняла конфету с пола и внимательно осмотрела ее. На пухлое лицо вернулись обычные мягкие черты.
- Ну ты даёшь... - проговорила Ленка, пережёвывая конфету. Стресс она всегда предпочитала заедать. - Как теперь это развидеть?
- Так и не надо развидывать? Хорошо же вышло! - Алина глянула на собственный рисунок. Он копировал серию картин НьюГойи, только вместо Сатурна там была целая толпа парней лизоблюдов, а пожирали они Изольду. - Конечно не так реалистично, как у мастера, но ведь я использовала простой карандаш.
Она вновь повернула листок изображением к Ленке. Та вновь ухватилась за горло.
- Убери от меня это... Вот рисовала бы нормальные картинки, давно бы уже получила признание. Ведь у тебя талант, все это признают. А ты загнала себя в рамки и гробишь его...
- Загнала в рамки? - Алина подняла брови. Ничего себе. Всегда считала свой вкус в творчестве чем-то вне рамок, за гранью возможного, а тут такое мнение.
- Да. В рамки ненормальности. Я и раньше подозревала, но после того, как ты вчера в сеть вывалила...
У Алины похолодело внутри. Только сама хотела поднять эту тему. Стало быть, Ленка зашла и оценила. Может быть, когда она узнает о ней больше, то и сама раскроется? Они сготовят вместе новый шедевр с целой кучей жуков. Тогда они станут настоящими подругами, а не той имитацией, что сложилась у них сейчас.
- То, что ты выложила, это нормально, вообще? - черты лица Ленка утратили мягкость. В голосе Алина уловила нотки, которые использовала Изольда. - Если такое увидят учителя - не то, что к психологу, в дурку тебя отправят. На исследования.
Алина вскочила. Ленка использовала слово, которое кричала Золька. Оно до сих пор звучит в ушах.
Дурку! Попадёшь в дурку! Вот и у НьюГойи одна из самых лучших картин — это "Психиатр, пожирающий дурака, который к нему пришёл". Дурак был с очень доверчивым, наивным лицом. Глядел на доктора почти с обожанием. Тот улыбался своему пациенту, но за спиной держал нож с капающей кровью с лезвия. А за неплотно прикрытой дверью соседней комнаты лежали расчленённые трупы и сидел ещё один пациент, закутанный в смирительную рубашку. На его лице застыло такое реалистичное выражение безысходного ужаса, что Алина впервые испытывала не сладкий ужас, а настоящий ледяной неприятный страх.
- Вы сговорились что ли?! - закричала она. Блокнот упал на пол, карандаш звонко покатился по коридору. - Ладно Золька, но ты ведь моя лучшая подруга!
- Подруги для того и существуют, чтобы вовремя предупредить, - рассудительно сказала Ленка. - Ты же знаешь педагогов. Они просматривают наши странички, делают выводы и должны реагировать...
- За педагогов можешь не беспокоится! - понизила голос Алина. - Если хочешь знать, меня поддержал Вадим Петрович. Если бы не он, я бы ни за что не решилась выложить это на общий суд дилетантов.
- Дилетантов? - лицо Ленки побледнела, она ухватилась рукой за горло. Алина почувствовала удовлетворение, неужели её набросок настолько удался!? Но лишь на миг. Ленка продолжает: - Давно хочу тебе сказать. Натурально нарисовать кучку дерьма и внезапно подсунуть зрителю не означает получить признание. Да, реакция будет. Но это физиологическая реакция на экскременты. Это не реакция на твой талант! Неужели ты это не понимаешь?!
Увидев её лицо Ленка, спохватилась и тут же пошла на попятный.
- Прости!.. Я не то хотела...
Но уже поздно.
- Дерьмо!? - Алина стояла перед ней расставив ноги и сжав кулаки. - Физиологическая реакция?!
Вот значит, как про неё думают окружающие? Это не Золька, которая изначально враг. Это подруга. Вернее та, кого я считала подругой. Потому что после такого...
Ее вдруг охватывает ледяное спокойствие. Это ещё больше напугало Ленку. Она панически подтянула рюкзак и зашарила внутри в поисках шоколада или булки.
- А тебе полезно было бы проблеваться чутка, - процедила Алина, ощущая в собственном голосе лучшие презрительные нотки Изольды. Те самые, которые приносили наибольшую боль Алине. И вот теперь она сама использует их, чтобы побольнее вонзить нож. - И жрать поменьше! А то толстенная, как корова...
Ленка застыла с разинутым ртом. Глаза увлажнились, и прям, как у коровы. Алина рассмеялась, физически ощущая, как обидно это выходит. Она подхватила сумку и блокнот с пола. Перед тем как уйти, помедлила и добавила:
- Если Зольку поклонники за пару укусов сожрут, тебя они десять лет жрать будут - не закончат. А впрочем, что это я. У тебя же нет поклонников.